Настя. Горячая штучка
Шрифт:
Пока все недовольно гудели, Настя успела проникнуть на лестницу и скрыться с глаз.
— Что, явилась, акула семейного права, — почему-то страшно довольный, Данила Александрович широко улыбнулся смущённой секретарше. — Давай, вари кофе, коварная. Наверняка ведь нарочно делаешь его таким вкусным, чтобы я без тебя страдал и мучился.
— И вам доброе утро, — Настя не удержалась от ответной улыбки, хотя на душе скреблись и гадили кошки. — Сама не знала, какие во мне имеются скрытые таланты.
— Правильный настрой. Как самочувствие?
— До сегодняшнего утра было нормальное.
— Расстроилась из-за грымзы? Плюнь. Ей сейчас главный вставит прочищающую мозги клизму, и больше она тебя не побеспокоит. Почву я подготовил.
— Вы о чём, Данила Александрович?
— Как думаешь, пока ты скрывала характер в больнице, куда я ходил пить кофе и ксерить документы?
— Ой…
— Учись, начинающая хищница. Пей кофе с витаминами, — он кивнул на вазу с фруктами, — а потом заходи, будем нарушать субординацию.
Глава 11
Полина Станиславовна посоветовала Настиного благоневерного взять за жабры прямо на рабочем месте. Охрана там поставлена из рук вон плохо, камеры не работают, кабинет в дальнем коридоре, где свидетелей почти не бывает. Ольга Дмитриевна любила жаловаться, в каких сложных условиях работает её сынок. Олег действительно без проблем прошёл мимо охраны, пристроившись к группе старшекурсников.
Он шёл по коридорам и запоминал расположение помещений. Планы эвакуации, конечно, хорошо, но половина пожарных выходов оказалась перекрыта. Под ногами поскрипывал вытертый паркет, штукатурка во многих местах держалась на честном слове. Небогато живут.
Дверь в логово аспиранта оказалась приоткрыта.
— Василий Званцев? — имя Настиного мужа в устах Олега прозвучало плевком.
— Да, чем обязан? — на лощёной морде застыло выражение вселенской скуки.
— Бить буду, — очень захотелось кулаком стереть это выражение с лица блондинчика, но хватило слов.
Василий вздрогнул и с испугом уставился на незваного визитёра. Конечно, рукоприкладство — последний аргумент. Здесь хватит обычного психологического давления, такие вещи Олег просекал сразу. Он подошёл ближе и склонился над побледневшей жертвой.
— Я вызову полицию, — Василий вжался в спинку кресла, прикрываясь папкой. — И вообще, мы с вами даже не знакомы, за что меня бить?
Олег смотрел на трясущееся существо и понимал: марать руки об это — себя не уважать. Как такого вообще можно полюбить? Настя же, по рассказам, мужа боготворила. Неужели она не замечала его гнилую натуру? Хотя откуда, если они никогда не сталкивались с проявлениями агрессии. Олег совершенно не сомневался — блондинчик сдулся бы при первых же признаках опасности.
— Не за что, а за кого, — он сделал «морду кирпичом». — Имя Анастасия Званцева ни о чём не говорит?
— Что с Настей? — Василий вдруг всполошился. — Вы её выкрали и теперь будете меня шантажировать?
В его голосе явственно звучал страх. Вид здорового мускулистого мужчины с экстремально короткой стрижкой действовал на Василия подавляюще. Что делать в подобной ситуации, он не понимал и был на грани истерики. Неужели ему не всё равно? Не такого эффекта хотел добиться Олег.
— Меньше читай всякую фигню и реже смотри новости, чтобы ерунда потом в голову не лезла.
Он сделал шаг назад, позволяя Василию нормально вздохнуть.
— И всё-таки — кто вы и что с моей женой?
— Тебе есть до неё дело? — этот вопрос был для него самым важным.
— Вы не понимаете! Настенька, она особенная! Светлый, чистый человечек!
Такого потока восторгов Олег тоже не ожидал. И ведь муженёк говорит с придыханием, будто и правда так думает. Только жёнам, к которым действительно так относятся, не изменяют и развод не предлагают.
— Если всё так хорошо, то какого же ты, интеллигент недоделанный, её до больницы довёл?
— До какой? Где? О, нет! — Василий совершенно по-женски заломил руки и вдруг посерьёзнел. — Представьтесь уже наконец. Уверен, что вы не являетесь близким другом моей супруги.
— Пока нет, но всячески к этому стремлюсь. Так что в твоих интересах доходчиво мне объяснить, что между вами происходит, — Олег снова придвинулся к нему, чтобы давить собеседника сразу массой и голосом. — Если тебе будет легче получать по морде, зная моё имя, пожалуйста: Олег Семёнов.
— Я не совсем понял, какие у вас планы на мою супругу.
— Сделать её своей.
— То есть у вас с ней всё серьёзно?
— Более чем.
— Ну слава богу! Настенька не приспособлена к жизни в нашем жестоком мире, ей обязательно нужен тот, кто будет её направлять и оберегать.
— Ты же на ней женился, — Олег едва удержался от фэйспалма. — Не справился с управлением?
— Подробности — не ваше дело, но я могу честно сказать: Настя замечательная девушка, способная сделать счастливым любого мужчину.
— Но не тебя.
— Именно. Так что там с больницей?
Василий приободрился. Прочухал, что прямо сейчас ему ничего не угрожает, и начал качать права. Даже спину выпрямил и подбородок задрал, но стоило Олегу напрячь мышцы, как снова сдулся.
— После вашего разговора в кафе Настя потеряла сознание, и я отвёз её в больницу. Она проведёт в неврологии всю неделю.
— Чёрт! Я даже не могу о ней позаботиться!
— Почему же? Или поездка в Штаты важнее надоевшей жены?
— Кто вы такой, чтобы бросаться подобными обвинениями? Если хотите знать, было бы слишком жестоко по отношению к ней питать её несбыточные надежды, — в голосе Василия было столько патетики, что он совершенно не вызывал доверия. — Наш брак оказался ошибкой, но, при кажущейся хрупкости, моя Рыбка — боец и ни за что не сдастся. Поэтому я решил разом оборвать с ней все связи.
— Какого ты вообще на ней женился? — Олег всё-таки не удержался от этого вопроса. — Года ведь не прошло, а ты уже всё осознал и передумал.
— Это жизнь, так бывает. Я надеялся, что женитьба на такой девушке поможет мне решить некоторые личные проблемы, но всё оказалось слишком сложно, — Василий поставил бровки домиком и состроил жалобное выражение лица. — По отношению к Насте честнее развестись, чем поддерживать иллюзию семьи. Рано или поздно она бы всё поняла, и это разбило бы ей сердце. К счастью, детей у нас нет, а квартиру я оставлю ей, так что делить нам нечего и можно развестись через ЗАГС.