Чтение онлайн

Стало уже традицией, что именно я сообщала номера свободных аудиторий. Некоторые ребята подозрительно щурились в мою сторону, словно пытаясь разгадать секрет, как я так быстро могу их определять.

На сей раз свободная пара аудиторий находилась не напротив друг друга, а в противоположных концах здания.

– Мальчики – направо, девочки – налево, – распорядилась Полина излишне суховатым голосом. После происшедшего ей было немного не по себе.

– А можно наоборот? – Пошутил какой-то мальчишка.

– Можно, – не без юмора "позволила" Полина. – Девочки – налево, мальчики – направо.

Мы разошлись.

– Всё в порядке? – Шёпотом спросила она меня.

Я кивнула. Можно было бы сказать, конечно, сколько у меня очков, но я решила погодить с этим до вечера. А то как-то некрасиво получится, всё равно что брать в долг у человека, который час назад получил наследство. А до вечера со своим балансом я решила кое-как доковылять: всё-таки у меня работа не такая опасная, как у Полинки. Да и по жизни я не особенно высовываюсь.

Кстати, интересно, заметила ли Полина, что я ей баллы со своей карточки не переводила?

Аудитория оказалась как две капли воды похожей на вчерашнюю. Девочки забирались в костюмы, весело переговариваясь. Полина была задумчивой.

– Столько всего нужно сделать, – сказала она (наши костюмы висели рядом) – на обычный сайт можно спуститься с платформы персональника, понахватать всякой всячины – и подняться опять. А тут конструкция сайта – нечистый ногу сломит. Сейчас опять будет ночь, дождь, где наши домашние платформы искать – ума не приложу! И ещё не понятно, где нас выкинет! А на платформы как забираться? Маразм!

– Ты бы с Никитой поговорила, – предложила я. – Он целыми ночами в Сети висит. Наверняка об этом сайте он сейчас знает больше, чем все мы вместе взятые.

– Это дело! – Согласилась Полина, повеселев.

В Сеть нас выбросило внутри нашего корпуса. Увидев перевёрнутую мебель, мне сразу подумалось, что здесь, в "Штуке", очень неприятная традиция устраивать погромы жилых помещений. Хорошо, что пока только виртуальных и до нашей с Полиной комнаты в холле пока ещё никто не добрался. Не хватало ещё, чтобы и там кто-нибудь "навёл порядок"!

– Как тебе твоя платформа? – Подошёл ко мне Никита. Со вчерашнего дня я отвыкла видеть его маленьким, поэтому не смогла сдержать невольной усмешки.

– Я ещё там не была.

– Увидишь – не падай.

– Хватит мне падать. НапАдалась уже.

– Я в переносном смысле.

– После того, как я тебя увидела в оболочке старика-рокера, я уже ничему, связанному с тобой, не удивлюсь. Только вот если Красная Шапочка узнает, что ты разгуливаешь, пусть даже по своей платформе, не в этой оболочке, какая сейчас у тебя, у тебя будет куча проблем.

– А кто скажет? – Подозрительно прищурился он. – Не ты случайно?

Я заверила его, что нет, очень мне нужно на своих же наговаривать.

– Тогда всё в порядке.

– Скажи мне Никит, – я помолчала, собираясь с мыслями. – А может компьютерная программа по реалу бродить?

– Запросто! В виде дисков, – принялся перечислять он, – в виде распечаток разных…

– Нет, я про другое…, – прямо между нами из-под пола вынырнула какая-то наша девочка, мы отпрянули в разные стороны, потом продолжили разговор. – Я сегодня Красную Шапочку видела. В реале. Она даже дала до себя дотронуться.

Никита смотрел на меня гораздо дольше, чем Полина вчера. И взгляд у него становился таким же, как у неё – участливым и понимающим.

Как раз в это время подошла Полина.

– Иванова, – сказал мальчик, – ты бы поменьше Настю нагружала, что ли? Я не знаю, что вы там вечерами у себя в комнате делаете, но у неё компьютерные глюки оживают.

– Этот компьютерный глюк, как ты его называешь, триста очков с моей карточки снял!

Ребята, удивительно похожие, воззрились на меня. Первой опомнилась Полина.

– Бахмурова! – С угрозой в голосе начала она. – Совокупное количество очков на всех карточках – это фонд курса. Если ты такими темпами будешь разбазаривать народное достояние…

– Я, что ли, сама эти очки ей вручила, а? – Огрызнулась я, потом мне стало смешно. "Народное достояние"! Нашла словечко. И вправду, Генеральный секретарь, кто ещё будет оперировать такими категориями.

– Вот что, Наська, – предложил Никита, – расскажи свою биографию за сегодняшний день, только чтобы интересно было, а мы послушаем, а вместе решим, что с тобой делать.

Он, конечно, же шутил, но у меня такое чувство юмора прилива энтузиазма не вызвало.

– Давайте потом, в реале. Сейчас времени нету. Полина, ты вроде хотела с кем-то поговорить?

– Ага! – Она увлекла Никиту за собой, и они вполголоса принялись совещаться.

Вскоре мальчик ушёл.

– Сказал, что сейчас приведёт свою платформу, – доложила мне Полина, – а на ней уже мы доберёмся до наших.

– А как он её найдёт? – Полюбопытствовала я.

– Это его проблемы, – отмахнулась Полина.

– Хорошо, что он не вспомнил, как ты обещала, больше ни в чём кроме охраны его не использовать.

– Охрана – это работа, а то, что я его прошу сделать здесь – для него это так, развлечение.

Под Полининым руководством мы принялись наводить порядок в корпусе. Сначала она просто давала указания, куда и что складывать, потом не вытерпела, и сама принялась работать наравне со всеми.

– Пока им объяснишь, – буркнула она, проходя мимо меня, – проще всё самой сделать.

Куча мусора посреди помещения неумолимо росла. Наконец, появился Никита.

– Разойдитесь, чтобы я кого-нибудь из вас не форматнул, – сказал он и снова ушёл.

Очень долго ничего не происходило, потом куча мусора дрогнула, и составляющие её обломки принялись медленно расползаться по тем местам, где были до этого. Ребята, жавшиеся к стенкам, ошарашено наблюдали за всем этим.

– По-моему, форматирование – это как-то по-другому, – сдавленным голосом выразил общую мысль кто-то из мальчишек.

– Ребята! – Попросила Полина. – Когда Никита сюда войдёт, закройте свои уши ладонями, я буду сильно ругаться.