Чтение онлайн

Я не стала портить ей аппетит, объясняя, что в случае чего еда может попроситься наружу, а если меня ещё и судорогой в этот момент сведёт, то я рискую захлебнуться…

В общем, тема была действительно не самая приятная.

О том, что мельвы поддерживают мою вынужденную голодовку, я упоминать не стала. Побоялась, смены настроения Марго. Она могла бы пересмотреть свой взгляд на этот вопрос и повесить всех собак на меня. Я решила отшутиться:

— Зато похудею!

— Угу. Или заработаешь гастрит или язву.

Я ограничилась молчанием, а Марго не стала развивать тему дальше. Мы просто приступили к ужину.

Еда придала мне сил, поэтому я даже обрадовалась предложению Марго прогуляться. Сати организовала нам почётный караул, и мы отправились на прогулку.

Оказалось, что в это время суток дворцовый парк — очень оживлённое место. А ещё мы смогли увидеть, сколько же народу гостит здесь. Я не представляла с какой целью Правитель Илкаса пригласил всех этих сайри к себе, да мне это было безразлично. Ровно до того момента, пока нам не повстречалась Джизаль Аманди.

— Вот су…

— Рита! — оборвала я девушку. Хотя где-то на подсознательном уровне была согласна с не озвученной до конца характеристикой. Уж очень мне не понравилось, как эта женщина вела себя на приёме в день нашего прибытия.

— Что?! — прошипела она, сделав большие глаза. — Неужели тебе нравится, когда кто-то так смотрит в твою сторону?

— Марго, за взгляды не убивают, — напомнила я, но голос мой в тот момент звучал неубедительно.

Неприятно было вспомнить под взглядом этой особы о том, что я так и не удосужилась сменить платье, о том, что неплохо было бы и причёску поправить. Правда, потом я вспомнила: пёрышки распускать мне не перед кем, а себе я и такая нравлюсь!

Марго ворчала до тех самых пор, пока мы не разошлись по спальным. Я молчала и мечтала о визите Сорада. Не ко мне, разумеется. А ещё я раздумывала над тем, почему вчера не было грозы. Может, Рита с мельвом придумали, как сделать так, чтобы их совместное времяпрепровождение не становилось достоянием широких масс.

Совместного купания у нас с Марго почему-то не получилось, но я этому даже рада. Увидев своё отражение в одном из зеркал купальни, я поймала себя на мысли об изменениях, которые, возможно, уже произошли во мне после трёх сеансов.

Даже сейчас, оставшись одна в своей спальне, не могу от неё отделаться. До возвращения Баисара остались сутки. Что, если во время следующей встречи, он поймёт, что я изменилась?

По спине пробегает нехороший озноб, заставляя передёрнуть плечами.

Внезапно приходит осознание: мне совершенно всё равно изменилась ли я или осталась прежней, заметит ли что-то Баисар или нет. Я просто безумно хочу его увидеть!

Шестой день в Асисе

Стараниями Давида я отрезана от мира потоком воспоминаний. Но даже он не способен замаскировать возмущенный возглас Сорада:

— Куда?! Мы же работаем! Неужели так сложно было подождать?

— Я перед отъездом ждал, ничего хорошего из этого не вышло, — раздражённо отвечает Баисар…

Он здесь! Он вернулся!

Теперь никто и ничто не заставят меня сидеть спокойно, и Давид это понимает. Сверхзвуковая скорость картинок и звуков замедляется, а после они исчезают совсем. Миг, и я оборачиваюсь к входу, откуда доносился голос Баисара, однако демон успел подобраться совсем близко. Он стоит буквально в двух шагах от лавочки, буравя недовольным взглядом улыбающегося Сорада.

Даже я понимаю: если вежливо попросить мельва удалиться, прихватив за компанию друга, он из вредности откажется. К сожалению, невежливое поведение на него тоже особого влияния не оказывает. Жаль.

Давид, по заведённой традиции сидящий рядом со мной, внезапно поднимается. Не проходится долго гадать, с какой целью он это делает.

— Сорад, думаю, нам стоит сделать перерыв.

Вот! Я с первого же взгляда поняла, что совесть — синоним этого парня. Как бы странно моё утверждение не звучало!

Хмыкнув, Сорад направляется к выходу из галереи, не дожидаясь друга. Но Давида это ничуть не смущает. Он не торопится и даже оборачивается где-то на середине пути, чтобы предупредить:

— Мы вернёмся через пять минут. К сожалению, прерываться на более долгий срок нельзя.

Я понимающе киваю. Баисар тоже, но он недоволен.

— Почему это нельзя оставить нас хотя бы на пятнадцать минут?

— Давид мне объяснял, что в его деле есть один нюанс, я его называю принципом горячей плиты. Если плита горячая, то чайник греется быстрее. Во время сеансов мы потихоньку разогреваемся, достигая максимальной скорости, и на ней отрабатываем сеанс. Больше шести часов Давид не решается меня нагружать даже с поддержкой Сорада. Мозгу необходим отдых, ровно сколько-то там часов.

— Понятно, — Баисар вздыхает.

— Как прошла поездка?

Мой демон недовольно кривится. Что-то мы никак не выберем удачную тему!

— Давай не будем об этом. Если кратко, то всё прошло отлично. Подробно отец расскажет за ужином. Ты, разумеется, на него тоже приглашена.

— Ясно.

Опускаю взгляд, на собственные руки, нервно теребящие едва заметные складки верхнего халата. Вечером вместо долгожданного разговора тет-а-тет, нас снова ждёт приём, где мы едва ли сможем обменяться парой слов.

— Тебя удовлетворили мои ответы?

Вопрос Баисара заставляет меня посмотреть ему в лицо.

— Вполне.

— Ты… тихая и грустная. Это непривычно.

— Ты тоже выглядишь не особо счастливым, — возвращаю «любезность».

— Да уж! — Баисар решительно берёт мои ладони в свои. Несколько секунд спустя наши пальцы уже крепко переплетены. — Здорово, что скоро всё это закончится!

В голосе демона столько надежды, что мне становится немного не по себе. Но я беру себя в руки. Напомнив, что нехорошо быть эгоисткой и думать только о себе, я честно стараюсь представить, что бы я сама чувствовала, окажись на месте Баисара.

Он привык сам распоряжаться своей жизнью, а сейчас вынужден действовать по чужой указке. Естественно, Баисар ждёт день, когда на него возложат венец Правителя Илкаса, как благословения. Тогда он сможет вздохнуть спокойно и действовать свободнее. Проще говоря, его всё задолбало до такой степени, что он готов взвалить на себя управление страной, лишь все отстали. Зная взрывной характер демона, могу сказать: он ещё хорошо держится!

— Понимаю, — произношу совершенно искренне, — ты устал.