Чтение онлайн

Он кивнул и сел за стол рядом с окном. Цветочные шторы над головой надувались пузырём и совсем легко представить будто находишься на парусном корабле или на воздушном шаре.

— Я отвлёк вас от занятий? — спросил Виталий.

— Теоретическую физику у нас преподают удалённо— отмахнулась колдующая на крохотной кухне девушка — Вечером просмотрю в записи.

— Какая у вас основная специальность?

На кухне часто и дробно застучал кухонный нож по разделочной доске. Запахло разогретым подсолнечным маслом и свежим луком. На секунду выглянув с кухни в обеденный зал, девушка ответила: —Координатор-настройщик, специалист по сопряжению. Но готовить всё равно интереснее. Если я сдам экзамен на кулинар-мастера, то пойду работать в большую столовую, где лучшие блюда готовят вручную.

— Пожалуйста попробуйте— девушка поставила тарелку на стол — Осторожно, горячее.

— Я не могу есть, когда повар стоит рядом и внимательно смотрит— пожаловался Виталий.

Она вздёрнула носик: —Могу и отвернуться. Так нормально?

— Более-менее— согласился Виталий с её спиной. Плечи у девушки загорелые. Шея белая, видимо большую часть времени её закрывала коса, сейчас перекинутая через плечо. Юный повар в волнении теребит и комкает концы собственных волос.

— Я не такой уж искушённый ценитель вкуса, не критик и тем более не кулинар-мастар— произнёс Виталий: —Но это вкуснее чем из автоповара.

Большие глаза посмотрели на него: —Правда?

Таким глазам невозможно соврать. Он сказал: —Правда.

Штора вздулась и накрыла его с головой. Ойкнув девушка бросилась закрывать окно. Справившись с непослушной шторой и пригладив волосы Виталий сказал: —Очень вкусно. Я голодный как медведь после зимней спячки поэтому сейчас перестану разговаривать и начну есть, хорошо?

— Конечно— девушка скрылась на кухне и загремела тарелками. Кажется она переставляла их с места на место сгорая от желания посмотреть как Виталий будет есть то, что она приготовила, но стараясь держать себя в руках. Она бы не выдержала и выглянула, но ей пришло предупреждающее о скором приходе семи человек (обеденное время практически наступило). Активировав автоповара девушка освободила два стола. Тем временем Виталий освободил тарелки собрав остатки соуса на хлеб и подошёл чтобы рассчитаться.

Взглянув на сумму, девушка сказала: —Пожалуйста без чаевых. На совете претендентов в кулинар-мастера Фрунзенского района мы постановили не брать чаевые потому, что нельзя брать деньги за то, что кормишь людей. Только за использованные в процессе продукты. Если вам действительно понравилось оставьте в сети отзыв.

— Обязательно оставлю— пообещал Виталий.

— И про шторы упомяните— попросила она — Одноклассницам будет приятно.

В столовую вошла весёлая компания из семи молодых людей принявшихся сразу и наперебой выкрикивать номера блюд из стандартного меню, которые они хотели бы получить.

К вечеру зарядил редкий и долгий дождь. Почему бы небесам не взять бы и не вылить разом всё, что они припасли. Так нет, цедят по капли в минуту. Вроде бы можно оставить зонтик дома, но если долго будешь гулять, то совершенно незаметно промокнешь. Отправляясь на состязание аромат-мастеров Виталий вышел без зонта. Дождь — кот наплакал и за собой вытер — решил Виталий. Намокший свитер лип к коже, а воротник буквально закручивался вокруг шеи. Намоченные дождём тротуары потемнели, очистившаяся от пыли листва приобрела более насыщенные цвета жёлтого и красного оттенков. Над хмурыми тучами солнечные лучи прорывались во все стороны разом создавая сюрреалистическую картину как будто нарисованную художником — абстракционистом.

Ароматическое произведение Виталия критиковали нещадно и зло, как могут позволить критиковать друзья знающие, что их критика послужит для исправления ошибок и не вызовет ожесточения. Критиковали за дело. По сравнению с прошлыми работа есть несомненный прогресс, но для звания аромат-мастера этого недостаточно. Тоньше следует действовать товарищ, тоньше. Материя запахов невесомей самой тонкой ткани и лишь немногим вещественнее музыки. Она должна указывать путь и направлять, но не тащить за собой словно ломовая лошадь перегруженную телегу. Аромат Виталия сравнили с выстрелом артиллерии, тогда как аромат-мастера ожидали увидеть укол шпаги.

Вечером ему позвонила практикантка с вопросом по работе. Как оказалось в лаборатории также была Римма, да и профессор не спешил уходить вместе с окончанием рабочего дня.

— Как жалко, что ты проиграл— сказала Римма оттолкнувшая Наталью и занявшая собой весь канал связи без остатка.

— Пустяки— вздохнул Виталий.

— Никакие не пустяки— возмутилась Римма: —Я знаю как сильно ты старался.

Виталий настаивал: —Именно пустяки. И знаешь почему? Потому, что я люблю тебя. По сравнению с этим почти всё не более чем пустяки.

Двое влюблённых беседовали минут двадцать как могут говорить между собой только влюблённые: по сути не сказав ничего.

Воркование прервала практикантка извинившаяся за назойливость и повторившая свой вопрос. Пришлось спускаться с сердечных возвышенностей и вспоминать о работе. Вспоминалось с трудом, а спускаться не хотелось.

— Давай поедем на выходной в Москву вместе? — предложил Виталий

— Зачем?

— Хочу показать одну удивительную столовую. Ну и кроме того Москва — город городов. Она сама по себе стоит сколько угодно выходных дней.

Неспешно бродя по ночным улицам, Ташка вспоминала видеозвонок Виталию и его бессвязный и бессмысленный диалог с младшим научным сотрудником Риммой. Похоже, любовь оглупляет, а большая любовь оглупляет ещё сильнее.

Время перешагнуло за полночь и потому число прохожих на улице значительно уменьшилось по сравнению с тем что было какой-то час назад. Семейные вернулись домой, для них день практически закончился. Для влюблённых парочек день напротив только начинался, вернее начиналась ночь. Одинокие специалисты, пылающие страстью исключительно к работе торопились по домам, желая как можно скорее обдумать ту или иную идею. Мечтатели: художники и музыканты, записывались в очередь, чтобы несколько ночных часов управлять автолётом выписывая нули и восьмёрки в мягком, как дуновение ребёнка, лунном сиянии. А Ташка спокойным шагом мерила длину пути от института до многоэтажки, которую она могла назвать домом.

По стенам неспешно скользили нарисованные золотым пером лица и строки. Порхали большие нарисованные бабочки и стоило прохожему остановиться и поднять руку как на ближайшей стене появлялся большеглазый олень или печальный медвежонок или вставший на задние лапы горностай с сыплющимися с огненной шкурки золотыми искрами и спрашивали: —Не заблудился ли человек? Не нужна ли ему какая-то помощь?

Не поднимая руки Ташка двигаясь неторопливо, но целенаправленно. Но вдруг двухметровый распускающийся золотой цветок, на ближайшей стене превратился в стрелку указывающую на девушку. Если раньше каждый фонарь в линии горел равномерно и сильно, то через мгновение они образовали градиент достигающий максимума над Ташкиной головой.

Случайные прохожие обернулись удивлённо глядя на девушку.

— Прекрати— попросила она шёпотом.

Огненная стрела исчезла, а фонари загорелись в прежнем режиме.

— Здравствуй— произнес тротуар под ногами голосом города-интеллекта Новосибирска.

Не останавливаясь Ташка заметила: —Мы здоровались утром, до того, как я пошла на работу.

— Это было вчера. Целый день назад— сказал интеллект.

Ташка запросила у спутника время и озвучила: —Сейчас тридцать одна минута первого.