Чтение онлайн

— Меня это ничуть не затруднит, честное слово.

— Конечно, горячий шоколад — звучит заманчиво… — Голос его вдруг сорвался. — Прости, — сказал он, сдерживая рыдания.

Пэтси бросилась к Уоррену и обняла его.

— Ничего, ничего, — приговаривала она, — тебе надо выплакаться. Поплачь, поплачь.

— Все так ужасно, мне так жаль. Я стараюсь быть сильным для Кейси…

— Невозможно быть сильным двадцать четыре часа в сутки.

— Но не могу. Иногда накатывает такая тоска, такой я никчемный.

— Что ты говоришь. Ты лучший мужчина из всех, кого я знаю.

В комнате стало тихо, и Кейси, не способная видеть, увидела Пэтси в объятиях Уоррена, их губы были нежно прижаты друг к другу.

— Ох, прости, — сказал он, вдруг отпрянув. — Не знаю, что это на меня нашло. Как я мог такое сделать?

— Ничего страшного не случилось, Уоррен. Все в порядке.

— Нет, не в порядке. Я поставил тебя в неловкое положение. Я пойму, если ты захочешь уйти.

— Я не уйду. Я знаю, что ты не в себе, ты переживаешь.

— Это меня не оправдывает. Я не имел права.

Снова молчание. Потом голос Уоррена:

— Ты такая нежная. Кейси так повезло, что ты у нее есть. Нам обоим повезло, — добавил он.

— Так я приготовлю горячий шоколад?

— Лучше я пойду спать, — сказал Уоррен, направляясь к двери. — Что-то я явно не в себе.

— Тогда увидимся утром. Спокойной ночи, Уоррен.

— Спокойной ночи, Пэтси. Мне очень, очень жаль…

Через несколько секунд Кейси услышала, как закрылись двери комнат Уоррена и Пэтси, а еще через секунду она почувствовала свои руки — они были крепко сжаты в кулаки.

— «Доротея, совершенно обессилев, позвонила и попросила Тэнтрип принести накидку. Потом она недвижно просидела несколько минут, но не потому, что снова впала в нерешимость: она была готова принять свой приговор; ее охватила такая слабость, так страшила мысль о…» Ладно. — Джанин прервала чтение. — На сегодня хватит. Кажется, бедная Доротея скоро станет действовать мне на нервы. Попробуем переключиться на что-нибудь более интересное, например на свежий номер «Вога», он у меня как раз с собой. — Шуршание, шелест страниц. — Ты знаешь, стиль хиппи в осеннем сезоне вновь актуален. Какой ужас! Нет, я этого не перенесу! — Она положила журнал на кровать.

Медленно, осторожно Кейси потянула пальцы к руке Джанин.

— К нам гости, — объявил Уоррен, появляясь в дверях.

Кейси тотчас убрала руку. Он заметил?

— Детектив Спинетти, — поздоровалась Джанин, не скрывая удивления.

Детектив Спинетти? Слава богу, вы пришли.

— Мисс Пигейбо, — откликнулся детектив, — рад вас видеть.

— Ну как продвигается расследование?

— Боюсь, что никак.

— А что Ричард Муни? — спросила Джанин.

— Консьерж дома его матери вспомнил, что видел его примерно во время несчастного случая с Кейси, так что…

— Несчастного случая? — переспросил Уоррен.

— Мы не можем считать происшествие несчастным случаем, но у нас нет доказательств того, что было совершено покушение.

— Вы так и не нашли внедорожник? — уточнила Джанин.

— Мы продолжаем поиски. Но сейчас это, наверное, уже груда металлолома.

— И, насколько я понимаю, никаких новых подозреваемых, — констатировал Уоррен.

— Боюсь, что нет. Но дело пока не закрыто. Придется набраться терпения.

— Так зачем вы пришли, детектив? — спросил Уоррен.

— Я слышал, миссис Маршалл выписали из больницы, и решил проведать ее.

— Вы очень любезны, — сказал Уоррен. — Как видите, она практически без изменений.

Наоборот. Посмотрите на меня, детектив. Посмотрите!

— Как вы справляетесь?

— Справляюсь. У Кейси есть сиделка и физиотерапевт, подруги заходят почти каждый день.

— А ее сестра? Заходит?

— Да, а что?

— Ничего.

Она здесь совсем ни при чем.

— Что ж, мне пора.

Не уходите! Посмотрите на меня! Возьмите меня за руку!

— Я провожу детектива Спинетти, — сказала Пэтси. В нос Кейси ударил запах лаванды.

— Счастливо, Кейси, — попрощался детектив Спинетти.

— До свидания, детектив, — сказала Джанин.

— Мисс Пигейбо, мистер Маршалл. — Детектив быстро вышел из комнаты.

Нет! Вернитесь! Вернитесь!

— Что бы это значило? — спросила Джанин. — Он словно бы продолжает подозревать Дрю. Тебе не кажется?

— Не знаю, что и думать. — Уоррен тяжело вздохнул. — Ну, как дела на работе? Не похоже, что ты там днюешь и ночуешь.

— Я махнула на нее рукой.

— Решай сама, но тебе не обязательно приходить сюда каждый день.

— Я понимаю.

Снова вздох.

— Тебе не в чем себя винить.

— А кто говорит, что я себя виню? Ты?

О чем это вы?

— Жизнь слишком коротка, чтобы о чем-либо сожалеть, — заявил Уоррен.

В дверь позвонили.

— Какое оживленное утро, — заметила Джанин.

Через несколько секунд на лестнице послышался топот маленьких ножек и крики.

— Тетя Кейси, сейчас я покажу, что я для тебя сделала!

— Тише, Лола, — сказал Уоррен, когда девочка вбежала в комнату.

Кейси представила себе племянницу — в шортиках и футболке, с волосами, забранными в хвост высоко на макушке, как у матери.

— Я нарисовала картину для тети Кейси. Это зебра.

— А я думал, зебры черно-белые, — удивился Уоррен.

— Эта зебра особенная, черно-бело-красно-оранжевая.

— Очень красиво, — похвалила ее Джанин. — Кейси обязательно понравится.

— Можно ей показать?

— Сейчас она пока ничего не видит, — сказал Уоррен. — Давай я повешу картину на стену, и как только тетя Кейси проснется, то сразу ее увидит. Пойду возьму скотч.

— Не уходи, ты нам не мешаешь, — сказала Дрю, входя в комнату.