Чтение онлайн

— Блядство отца ты теперь копируешь? Дим, мы на могиле твоей мамы. Ты же не станешь здесь совершать непотребства!

Он запутал кулак в ее волосах и повернул лицо к своему. Приподнял бровь, улыбаясь. А сердце Элины чуть не остановилось. Какой контраст! Его улыбка. Она пьянит и дурманит. Он точно Демон! Самый демонический и волнующий.

— То, что мы творили вчера под дождем ты так называешь? Непотребство? Элли! Никогда не думал, что ты ханжа. — девушка попыталась встать, но ей не позволили.

— Ты не его, а себя простить не можешь.

— Эль, я тебя сейчас отшлепаю. Прямо тут. Как раз, солнышко скрылось. Не желает видеть твой позор. Психологиня, блять.

— Я педагог. А психология основная часть моей профессии.

— Себя хорошенько пропесочь! По всем фронтам! Озабоченная одиночка! Неспособная хоть одно дело довести до конца! И насколько я знаю, ты взяла академ в универе.

— Взяла. Кажется, академ у меня и в жизни. Мне не нужно понимать себя. Я знаю. Я ищу. Понимаешь? Спасение. Потому что получить то, чего хочу, никогда не смогу. Никогда. А в последнее время, ты подкинул мне такие задачки, что я уже скоро завою! Иногда понимаю, что пережила прошлое и готова к настоящему. Новый поворот и я в тупике.

Дима встал, все так же обнимая, Элину.

— Что это? Что ты не сможешь получить никогда? — смотрел в зеленые глаза, которые тут же потемнели. Почему-то ей вспомнилось то время, в больнице. Запах больницы резанул обоняние. Словно наяву.

— Семья. Как мои родители. Дом, муж, дети. Любовь. Понимание. Это было моей установкой. Приоритетом среди множества других целей. Дим, ты скорее всего в курсе, я пустая оболочка. Не могу иметь детей. Не могу лазить по горам. Достигнуть вершины. Победить. Оторваться от земного притяжения. Меня лишили этого. Собственные ошибки лишили самого важного. И будущее кажется пустым болотом! Я падала, но забывая о боли, стремилась идти дальше. Теперь не знаю, в правильном ли направлении двигаюсь.

— Из-за вот этого ты хотела всю жизнь быть одна? Андрей, как пес послушный возле твоих ног кружится. Ты столько лет тянула его за собой, одновременно отталкивая. Наблюдал, и понять не мог, чего же принцесса добивается. Хотела влюбить в себя посильнее? Не угадал. Поставила цель разогнать вокруг всех, кто посмел бы претендовать на право быть с тобой! Элли! Ты серьезно?!

— Да.

— А со мной? Никогда, ни каких приемчиков.

— Говорил, что не хочешь близких отношений. Мы же соседи. Приходилось иногда подслушивать. — улыбнулась, не то чтобы приходилось. Специально разведывала тайны двух братьев, — Вы разные с Андреем. И сравнивать вас нельзя. Две отдельные вселенные. Ты сразу сказал, насколько уважаешь свою свободу. Я была уверена, что не смогу стать той, с кем ты захочешь больше, чем секс. А потом, просто полностью отпустила тормоза. Перестала пытаться доказать себе, что я хорошая. Хочу быть как все.

— Элли! Принцесса моя! Ты прогадала! Как все тебе не стать. Никогда. Даже во всем черном выглядишь, как солнце. Мое личное солнце. Моя душа. Я тебя люблю. И очень давно. До того, как ты связалась с Андрюхой. В смысле вашей дружбы. Считай, сегодня привел тебя знакомится. Пусть мама видит, как хорошо мне с тобой. Она порадуется. А по поводу секса! Всегда хотел тебя. Всю. Целовать твои пальчики и гладить стройные ножки. Терзать пухлые губы. Так чтобы щеки покрывались румянцем, чтобы кричала в моих руках. Люблю твою неудержимую силу. люблю твой взгляд, который читается, как книга. Люблю твое дыхание, и стук сердца.

— Ты изменился. И несешь чушь. Не люби меня. Во мне нечего любить.

— Ты сама по себе целая вселенная! — он ее поцеловал. В своей манере. Грубовато и нежно одновременно. Языком врываясь в рот. А руками лаская поясницу, спускаясь ниже. Остановился. Дыхание тяжелое. Сбивается настрой. Возбуждение волной накрывает тело. И молнии страстного безумия пронзают их насквозь. — Я, Элли, убил свою мать. Думаешь, это вообще можно простить?

— Она погибла во время спуска со скалы! Тебе было 10! Ты что, все эти годы винишь себя за то, чего не делал?

— А ты все эти годы не даешь себе право быть счастливой из-за несчастного случая?!

Она направилась по дорожке в сторону выхода. Но Дима догнал ее и развернул к себе.

— Это же правда, Элли.

— Что было на самом деле с твоей мамой?

Дима опустил голову. Запустил руки в карманы джинсов.

— Никто ни разу за двадцать лет не задал этот вопрос.

— Ты был там?

— В тот день она не хотела ехать. С утра плохо себя чувствовала. А я знал, мама не умеет болеть и долго лежать в кровати. Уговорил ее. Там замечательная команда собралась. Я мечтал об этой поездке. Да, я видел, как она упала. — он зажмурился. — даже слышал тот глухой удар. О камни. — Элли в этот миг сама истекала болью. Протянула руку, но так и не коснулась. Жалости он точно не выдержит. Он открылся ей не для этого. Просто это маленький круг спасения. Слова. Близость. Вот что ему нужно. Не жалость! — Прошло столько лет, а я словно слышу ее вскрик. Иногда ночи не сплю, потому что ее вижу. Она упала. И головная боль. Была не случайной. Острая форма глиобластомы. Опухоль головного мозга. Мама слишком любила эту жизнь, каждый миг куда-то спешила. Торопилась жить. И не хотела тратить ее на больницы. Она никогда не жаловалась. Только в тот день. Видимо боль была слишком сильной. — Элину вдруг прошиб горячий озноб. Сейчас она поступает точно так же. Не ради жизни. Он панически боялась повторения. Легко сказать — нужна повторная операция. Ее случай это не просто разрез и швы. Это переломанные кости, замена металлических пластин. И снова учиться ходить, мириться с адовой болью. Снова отказаться от чего-то важного. Если Дима узнает. Нет. Она уйдет тихо, не прощаясь. Сначала сделает нечто важнее жизни. Освободит жизнь того, кого любит.

— Дим. Димочка мой. Но ты не думал, что умереть для нее так было лучше, чем в больнице. Жестокие слова. Прости. Прости за такие фразы! Но зная это, как ты можешь винить себя! Да, принять выбор близкого человека иногда очень сложно. И мама твоя тоже немного эгоистично поступила. Но в той ситуации ты все равно не смог остаться с ней. Даже если была бы операция. Это необходимость помощи со стороны. Это невероятная сила воли. Стремление жить и побеждать. Она могла превратиться в овощ. и ты не смог бы ей ничем помочь в любом случае!

— Я должен был заметить это! Должен был настоять на лечении!

— Тебе было 10!

— И я упивался ненавистью к отцу. Бесконечными походами и прогулами школы!

— Пусть возраст 10 лет это не оправдание. Дим. Но твоя мама, наверняка знала, что делает. И отец твой мог знать. Скорее всего, Алексей знал о состоянии Татьяны. Да?

— Мог. Он быстро приехал. Очень быстро. Когда все случилось, мир перевернулся для меня. Элли! Я ведь и отца хотел прогнуть. Гонимый своей ненавистью.

— Решил откровенничать до конца?

— Выдержишь?

— О! Раньше так редко слушала твой голос. Только глазками сверкал.

— Я хотел отжать бизнес отца, когда вернулся из армии. Мне тогда 22 было. Кажется. Тебе 12.

— При чем тут я? Ты ко мне и близко не подходил.

Они уже стояли возле машины. Дима подсадил Элли на капот. И встал рядом. Тихо так. Даже ветер, гоняющий листву, стих.

— Ты не помнишь. Но мы целовались. За долго до того, как ты в меня влюбилась.

11

Глаза Элли очень сильно расширились. Она даже дышать перестала.

— Не верю! Я что под наркозом была?

— Хуже. Твоя первая пьянка. Вы тогда только начинали свои вечеринки у озера. Вот тогда родители точно против были. Из дома тайком сбегали. Андрюха был еще правильным мальчиком. Так что ты одна поселок на уши поднимала. Вы с Лизой и еще парочкой каких-то придурков решили в 12 лет оторваться. И пили. Много пили. Или курили. Не знаю точно. Я тогда с ума сходил. Не мог разобраться правильно ли поступаю. Бродил по поселку. Даже хотел дом спалить. Дождь лупил, как из ведра.