Чтение онлайн

От одного его вида захватывало дыхание. Он обладал каким-то животным магнетизмом, и она уже не раз ловила себя на мысли о том, что вот-вот не удержится и упадет в его объятия, откликнется всем телом на его очередное «случайное» прикосновение. И тогда будет трудно остановиться. Поражало, насколько легко Стиву удавалось вывести ее из равновесия. От одного его взгляда у нее начинало дымиться сердце, грозя мгновенно воспламенить все тело. Напряженность в их отношениях постепенно возрастала и когда-то должна была вырваться наружу.

Стивен тоже страдал. Просто сходил с ума, чахнул от неразделенной любви. Но не мог себе в этом признаться. Это было бы слишком патетично и театрально. Ведь Дженифер заявила, что хочет забыть его, что лучше бы она его никогда не знала. Он тоже хотел бы забыть ее, но не мог. Ее постоянное присутствие рядом будоражило и волновало кровь. От одного ее прикосновения и взгляда вскипали гормоны. Он уже с трудом контролировал себя, чудом удерживаясь от неразумных, но таких естественных порывов. Да и любой нормальный мужчина рядом с этой богиней любви не смог бы держаться в рамках пуританских нравов. Это было бы противно зову мужской природы и заложенному господом инстинкту продолжения рода.

И однажды это произошло. Они были вдвоем в раздевалке. Стив помогал ей стаскивать плотно сидящий на теле костюм для защиты от перегрузок и, естественно, не сдержался. Это было выше его сил. Особенно когда случайно обнажилась некая интимная часть ее тела.

Дженифер чуть не закричала, но, быстро опомнившись, вступила в борьбу с превосходящим по силе противником. В борьбу честную и незатейливую, вплотную друг к другу, без всяких изощренных приемов карате, айкидо и прочих боевых искусств, без бросков и ударов. Грудь к груди, бедро к бедру… Как будто в постели, но только стоя.

— Ты что делаешь? — гневно прошипела Дженифер. — Ты что себе позволяешь?

Он и сам этого не знал, поэтому просто прижал ее к себе еще сильнее и впился губами в ее рот. Она тут же застыла, и он понял, что жертва осознала бесполезность сопротивления и покорилась. Конечно, если бы она продолжила борьбу, он бы ее отпустил. Это было бы трудно, очень трудно, но он не терпел насилия в отношениях с женщинами.

Правда, победа носила неполный характер. Ответного поцелуя он не дождался. А ведь так хотелось видеть ее искрящиеся от страсти глаза, чувствовать ее трепещущее и жаждущее слияния тело. Так хотелось повторения предыдущей встречи в номере гостиницы, когда она смотрела на него, как на бога любви, единственное создание на Земле, способное удовлетворить все ее желания.

Несмотря на отсутствие поддержки своих действий с другой стороны, он продолжил свой сексуальный натиск. Ее теплые и сочные губы притягивали к себе, как магнит, его руки блуждали по ее спине, спускаясь постепенно все ниже, к бедрам. Она вдруг произнесла его имя, приглушенным, уже задыхающимся голосом и одновременно обвила руками шею.

Из уст Стивена вырвался сладостный стон. Их руки изменили положение, быстро перебравшись под покровы одежды. Он ласкал ее обнаженную грудь, она гладила его спину под рубашкой. Поцелуи становились все продолжительнее, глубже и горячее, все слаще и звучнее…

И в этот момент внезапно раскрылась входная дверь.

Дженифер мгновенно застыла и похолодела, чувствуя, как ее охватывает нервная дрожь и ужас. Первым пришел в себя Стив. Он прижал пальцы к ее губам и втолкнул Дженни в дверь соседней с раздевалкой ванной комнаты, быстро скользнув следом за ней. Оба напряженно вслушивались, пытаясь уловить малейшие подозрительные звуки. Оба чувствовали себя как подростки, которых чуть не застукали в пикантном положении внезапно вернувшиеся домой родители.

— Боже мой. Не могу поверить своему счастью. Мы чуть не съели друг друга. Чуть было не повторили нашу первую встречу, — взволнованно заявил Стивен.

— Да, мы были близки к этому, — задумчиво и несколько нервозно ответила Дженифер. Она закрыла глаза и терла виски, снимая нахлынувший жар и нервные спазмы. — Но не по моей инициативе. Мне этого не хотелось.

— А ты можешь общаться со мной сексуально только тогда, когда я для тебя являюсь полным незнакомцем?

— Не надо передергивать сказанное и фантазировать. Мы с тобой сейчас просто поцеловались. Случайно. Временная утрата самообладания. А теперь вернемся к своим обязанностям. Спокойно и тихо, как товарищи по работе. Как учитель и ученица в школе после звонка на перемену.

— Как ты можешь так хладнокровно говорить? Так быстро переключаться? Еще пару минут, и ты бы уже достигла оргазма. Да ты заводишься от одних моих касаний. Достаточно было только слегка тронуть твою грудь.

— Не надо выдумывать, Стивен. Мы взрослые люди, и должны вести себя соответственно. С учетом окружающей обстановки и нашей работы. В раздевалке тихо. Мне кажется, там никого уже нет. Пошли, закончим переодевания. Но порознь. Обойдусь без твоей помощи, а то это плохо кончится.

Весь следующий день прошел в приеме бесконечной череды нудных и однообразных посетителей, и к вечеру Дженифер чувствовала себя совершенно истощенной. Не из-за работы. Из-за Стивена.

Из головы не выходила их вчерашняя встреча, их объятия и поцелуи. Еще одно напоминание о том, что происходит с людьми, когда они руководствуются в своих поступках не разумом, а эмоциями, когда поддаются сиюминутным порывам и увлечениям. И это в полной степени относится к ней самой. Отдаться совершенно незнакомому человеку в номере гостиницы… Такое действие никак не назовешь ответственным.

Правда, как ни странно, но себе самой она могла бы вполне искренне признаться, что нисколько об этом не жалеет. Совершенно, ни капельки не жалеет и не стыдится за свое сумасбродство. В том числе и за вчерашний порыв. Конечно, лучше все же общаться в приличной обстановке, раз уж этого не избежать, а не в раздевалке или душевой комнате, шарахаясь от каждого подозрительного звука.

Ночью она долго не могла уснуть. Лежала, уставившись в потолок. И думала не о работе и не о предстоящем полете на реактивных сверхскоростях. В голове прочно засел образ высокого, крепкого, симпатичного парня, способного увлечь ее на любой безрассудный поступок. И она начала осознавать, что вполне созрела для таких безумств. Именно с ним. В отношении других мужчин такой готовности она в себе не находила. Она их теперь вообще никак не воспринимала. Их просто вытеснил из сознания Стивен, затмив все собой.

Но, помимо личной жизни, надо подумать и о подготовке к полету. Она не будет просить о снисхождении. Наверное, тогда, на совещании, она поддалась какому-то внутреннему порыву. Должно быть, сказалось воздействие летной среды и нервного напряжения. Сейчас она уже понимает, что это был совершенно иррациональный поступок, за который придется расплачиваться. Но ее никто не тянул за язык. Сама напросилась. Отступать назад уже поздно. Осталось только стойко нести свой крест до конца и рассчитывать на мужское понимание и сострадание. Должны же они осознавать, в какую авантюру она ввязалась, и не доводить дело до крайности.