Чтение онлайн

Сестра, разрыдавшись, выбежала из зала.

– Главное, чтоб самой себе нужна была, – пробормотала под нос кадет, остывая.

– Ну и чего ты добилась? – поджала губы тётка. – Между прочим, она права, Рейле уже семнадцать, если ты не помнишь.

– А мне почти двадцать, – буркнула Недил.

Злость схлынула, оставив едкий осадок.

– Ты себя, греховодницу, с ней не сравнивай. Рейла чистая девушка, строго себя блюдущая. И, пожалуйста, выйди из-за стола. На сегодня, думаю, твоих спектаклей достаточно.

Леора встала, отодвинула стул, громко скрипнув ножками по ничем не прикрытому каменному полу, поклонилась по-военному, по-мужски.

А мать так ни слова и не сказала. Казалось, что скандал вообще мимо прошел, она и не заметила.

Лечь спать пришлось рано, всё равно делать было решительно нечего. Но уснуть никак не удавалось: одеяло воняло псиной и совершенно не грело, да ещё бок разнылся. Ну и, конечно, мысли одолевали.

– Леора! Пс-с, Леора, ты спишь? – послышался из-за двери придушенный шепот, когда серенький свет, пробивающийся через щелястые ставни, окончательно погас.

– Нет, – в полголоса ответила Недил, улыбаясь непонятно чему. – Иди сюда.

Дверь тихонечко скрипнула и Алика, обряжённая в слишком длинную, не по росту рубаху, мышкой скользнула в комнату. Кадет приглашающе приподняла край одеяла, охнув, когда абсолютно ледяная ступня проехалась ей по ноге, обняла девчонку, согревая. Сестрёнка довольно, точно как щенок, сопела ей в подмышку.

– Слушай, совсем забыла! – шлёпнула себя по лбу Леора. Потянулась к сумке, брошенной тут же, рядом с кроватью, достала куклу. – На, тебе.

– Что это? Это подарок? – Алика уселась, натянув одеяло на голову, шалашиком, пытаясь на ощупь определить, что ей сестра сунула. – Ой, это кукла, да? Всамделишная? Вот прям настоящая? Мне?

– Всамделишная и тебе, – кивнула Недил, пытаясь справиться с подкатившей к горлу виной.

– Я никому-приникому её не покажу, – серьёзно поклялась девочка, – знаю, где спрятать.

– А почему её никому показывать нельзя?

– Так тётка осерчает, что ты!

Святой отец! «Прям», «осерчает», вот «радовая»! И это дочь властителя!

– Тогда не показывай. Ложись давай, спать пора.

– Ой, я не могу! Я обещалась! Леора, ты королеву видела? Ну хоть одним глазком? А других дам? Расскажи, ну расскажи, пожа-алуйста!

Алика, прижимая куклу к груди, молитвенно сложила руки и вроде бы даже глаза вытаращила.

– Кому это ты обещала и что?

– Так Рейле, она под дверью подслушивает, только сюда не пойдёт. А обещалась, что про королеву расскажешь, и какое у неё платье, и драгоценности, и, вообще, про всё. А, может, ты её не видала? – расстроилась сестрёнка.

– Не только видела, но и разговаривала, – успокоила Леора, снова укладывая девчонку. – И она не королева, а императрица, потому что у нас империя.

– А она красивая? И в короне?

– Ты слушать будешь?

– Молчу, молчу, – испуганно пробормотала Алика, натягивая одеяло выше носа.

– Тогда слушай…

За дверью кто-то явно переступил с ноги на ногу и вздохнул.

Левый всё побери, о чём она только думала? Ах, любовь не получилась! Ой, подвига не оценили! Подумаешь, ну хам маркграф, её всерьёз никто не воспринимает и цели в жизни нет. Какие, к чёрту, цели, когда сестёр на самом деле спасать надо! И никто, кроме неё, этого не сделает. Просто некому делать-то.

***

Алика сказала, что мальчишка, которого с запиской в деревню можно послать, по утрам на конюшне работает. Правда, для того, чтобы отыскать эту самую конюшню, Леоре попотеть пришлось, покружить между старых заброшенных сараев, сложенных из речного камня. Ну а когда нашла, никакого мальчишки там, конечно, не оказалось. Собственно, в конюшне вообще никого не было, даже лошадей. Только перегородки, пытающиеся сойти за денники, охапки сена, да прямые спицы солнечного света, упирающиеся в засыпанный трухой земляной пол.

Недил постояла, покачала ладонью калитку загона, раздумывая, как лучше поступить. Уже хотела было уйти, да заметила, что умудрилась сапог навозом испачкать, наклонилась, подобрав пук соломы.

– Позвольте мне, госпожа.

Леора выпрямилась так резко, что едва равновесие не потеряла, спасибо, мужчина, вдруг оказавшийся рядом, под локоть поддержал.

Впрочем, он скорее походил на сказочного гиганта, чем на человека – такому прямая дорога в императорские гренадёры. Конечно, незнакомец и стоял-то против света, но ещё и лицо его было так высоко, что оказалось в тени.

– У меня ловчее получится, – заявил бугая, чересчур проворно для такого громилы опускаясь на колено, и, отобрав у Недил солому, принялась неторопливо, тщательно вытирать сапог.

А Леора только таращилась на ходуном ходящие могучие лопатки.

– Ну вот и всё, – здоровяк отряхнул ладонь о ладонь, опёрся локтём о колено, поднял голову, с откровенной насмешкой глядя на кадета.

Что-то знакомое в нём определённо было, но Недил могла бы поклясться: никогда его не видела. Широкоскулый, как и большинство местных крестьян, рот великоват, а вот нос внезапно породистый, длинный, хрящеватый. Светлые, неровно обрезанные волосы падают на зеленоватые, странно приподнятые к вискам глаза.

– Флайп! – ахнула Леора, наконец, узнавая.

– Рад тебя видеть, кузина, – широко улыбнулся парень.

– Тише ты, – даже для себя неожиданно, хихикнула Недил, – услышит тётка, опять за розги схватится.

– Не, это она давно бросила, – ухмыльнулся Флайп. – Меня теперь если только дрекольём проймёшь.

– Это точно. Ну, вымахал!

Честно говоря, «братец» всегда был высоким, только вот Леора помнила его тощим – всё рёбра наперечёт. Впрочем, наглости ему и тогда было не занимать, за что тётушка Флайпа особенно не любила. Конечно, если не считать того пикантного факта, что он умудрился родиться бастардом, плодом страстной любви тёткиного супруга и пятнадцатилетней дочки мельника. Причём, на свет он появился за два дня до рождения законного наследника. Да ещё и почему-то пользовался у дяди особой любовью – его единственного из всех прижитых на стороне отпрысков взяли в господский дом.

С Леорой они познакомились после падения Краснодолья и перед её поступлением в корпус. Дружба у них вышла короткой, но крепкой, а местами даже горячей.

Недил поняла, что стремительно, а, главное, активно краснеет.

– Нравлюсь? – с широкой улыбкой деревенского сердцееда спросил «кузен».

– Не очень. На тебя смотреть – шея заболит, – нервно хмыкнула Леора.

– Ну тогда я так останусь, – кивнул Флайп, на самом деле подниматься не спеша.

Кадет обернулась, глянула на закрытые двери конюшни. Ситуация из забавной угрожала стать двусмысленной. Не дай Отец, ещё войдёт кто-нибудь.