Чтение онлайн

Но почему меня вдруг посетило неприятное чувство, что что-то не так? Пойду, посмотрю, и если она решила поработать сегодня — задушу своими руками.

В приемном отделении я встретил ту самую женщину, которая в вечер аварии давала Ане успокоительное.

— Добрый вечер, — я обратился к ней, — Вы не подскажите, где мне найти Смирнову Анну.

— Да тут где-то была только что. Алька, — крикнула она молодой сестричке, — ты Смирнову не видела?

— Видела, в кадрах с ней были вместе. На втором этаже была. Она там еще с Ленькой поругалась, он сегодня какой-то странный. Вы поднимитесь на второй этаж, я убежала, меня пациент позвал, а она еще там была.

Мне это не понравилось. Этот Ленька вился вокруг моей женщины и раньше, а сегодня решил в очередной раз испытать судьбу. Ну, сегодня-то я ему нос точно сломаю.

Я поднялся на второй этаж, прошел по коридору в административный корпус. Тут уже почти никого не было, кабинеты были закрыты, но из последнего доносилась какая-то возня. Интуитивно я снова набрал ее номер. Как раз из этого кабинета заиграла знакомая мелодия. Я на автомате подскочил к кабинету, схватил ручку — закрыто. Что за херня?

— Аня, — насколько возможно громко позвал я. В ответ услышал странное мычание, потом грохот, затем отборный мат какого-то мужика.

— Тимур, я… — это моя девочка, голос ее был испуганным, но ей не дали договорить.

— Эй, открывай, иначе вынесу дверь, — за этой самой дверью началась нешуточная борьба, Аня пыталась звать на помощь, но у нее выходило туго, как будто кто-то ей мешал.

Ничего не оставалось, кроме как вынести эту чертову дверь. На мой крик прибежали девочки- сестрички.

— Что происходит? — Единственная знакомая мне Алька почти кричала.

— А нихрена хорошего, — я был зол как черт, — Этот ваш Ленька, что неадекват? Какого хрена он заперся нам с Аней? — от моего крика казалось тряслись стекла на окнах, — Эй придурок, да я же тебе хребет сломаю.

— Отвали от меня, идиот, — Аня, видимо, освободилась от этого придурка, — Тимур…

Дальше случилось то, чего я и ожидать не мог — я услышал звонкую пощечину со словами «Сука!» и грохот мебели. Это было последней каплей.

В следующую секунду я уже держал за горло эту мразь, а когда повернул голову, увидел что моя девочка лежит на полу. Вот тварь. Я с размаху вмазал этому козлу, что он мешком упал на пол в проеме, где только что была дверь. Я подскочил к моей малышке:

— Ань, — потряс ее за плечи, она мгновенно очнулась, резко повернула голову, и я увидел зареванное лицо, отпечаток на ее щеке, из губы шла кровь. — Вот мразь, скотина.

Аня бросилась мне на шею, и в другой ситуации я был бы счастлив, но она снова начала реветь. И тут я разозлился не на шутку. Быстро поставил ее на ноги и направился к этому ублюдку. Черт, да я был готов его урыть сейчас.

— Тимур, пожалуйста! — Моя малышка схватила меня за руку, — не трогай, ты же его убьешь. — Глаза ее были полны ужаса, — Тимур, я прошу, пожалуйста.

— Тебе его жаль? — меня разозлила ее реакция. Да, я был готов убить любого, кто тронет ее.

— Не его — тебя! Он не стоит того чтобы у тебя были проблемы из-за этого куска дерьма. Давай просто уйдем.

Возможно, она и права, по крайней мере ее слезы были очень убедительны. Я взял ее за руку и повел прочь. Мы прошли демонстративно мимо собравшихся зевак, переступив через очнувшегося урода. Хоть Аня и просила его не трогать, я не смог удержаться и пнул его напоследок.

— Ты как? — спросил я, когда мы сели в машину. Я был зол.

— Сносно, — всхлипнула Аня.

— Может, вернемся? Тебя осмотрят. По-моему, тебе не помешает медицинская помощь.

— Нет, я не хочу возвращаться. И помощь мне не нужна. Давай поедем.

— Малыш, он вообще- то ударил тебя, что ты вырубилась. Ань это не шутки. Какого черта ты вообще поперлась туда, а? — я еле сдерживал раздражение.

— Тимур я не пошла с ним ни куда, если ты об этом. Я вышла из отдела кадров вместе с Алей, тут появился Леша, стал меня цеплять, что я не реагирую на его знаки внимания. Вел себя агрессивно. Мы начали ругаться, я послала его и мы пошли. Тут Альку позвала старшая и она полетела. А этот идиот, — тут у Ани кончился воздух. Она перевела дыхание и продолжила уже со слезами, — он схватил меня за руки и затолкал в кабинет и закрыл дверь. Начал распускать руки, мы стали драться. Я сказала ему, что ты будешь меня искать. А он еще сильнее взбесился. Дальше ты все слышал и видел! В чем я виновата? В чем? — последние слова она почти прокричала, переходя на визг.

Действительно, что я несу. Ей и так досталось, а тут я еще на нее наезжаю. Нет, этому ублюдку определенно надо было переломать кости. Сука, такой вечер испортил, девочку мою чуть не покалечил. Нет, это нельзя оставлять просто так.

— Анюта, успокойся, я ни в чем тебя не обвиняю. Прости малышка, я просто в ужасе и готов сейчас голыми руками урыть этого козла.

Я сделал пару звонков знакомым ребятам из полиции. Аня хоть и сидела рядом с видом Зевса и метала в меня невидимые молнии, я все-таки попросил ребят сделать все красиво. Этого козла следовало проучить, раз уж коти ему переломать не дает моя Мать Тереза.

— Тимур, я просто не хочу проблем. Может все-таки не стоит связываться?

— Ань, ты хоть понимаешь, что могло произойти, ели бы я пришел чуть позже? Он же тебя чуть не изнасиловал. — Я начинал снова терять терпение. — как его фамилия кстати, скину ребятам.

— Мирянский

И вот тут я охренел. Сынок самого Мирянского, чтоли, черт бы его побрал.

— Ты серьезно? Сынок?

— Незнаю, наверное чей-то сынок. Такого кретина держат в больнице. А он даже не понимает с какой стороны к капельнице подойти.

— Ну теперь понятно, чего он такой борзый. Ничего, не таких обламывали. Я ему устрой небо в алмазах. А если он еще раз к тебе подойдет ближе, чем на 50 см, я его урою, и ты меня не остановишь.

Я перезвонил ребятам, напомнил им про камеры в больнице. Учитывая родственные связи этого урода, стоило перестраховаться.

Ане позвонил Петр Семенович. Ее телефон был у меня, и я снял трубку. Семеныч только узнал об инциденте и был слегка в шоке.

— Петр Семенович, я зайду к вам завтра, и мы с вами обсудим, как выйти из этой пикантной ситуации. А пока Аня на больничном. Надеюсь это и так понятно.

— Да какой больничный, вы что. Пусть Анечка поправляется, ничего не нужно. Мы ждем ее. А с этим персонажем будем что-то решать.

— И еще. Я надеюсь у вас камеры на втором этаже исправны. Не сломаются случайно? Подъедут мои ребята, окажите содействие.

— Да вы что, Тимур Александрович, за кого вы меня принимаете? Я все лично проконтролирую.

Закончив разговор, я перевел взгляд на Аню. Она почти успокоилась, но слезы все еще продолжали предательски бежать по щекам. Я взял ее за руку, и сжал ее ладонь. Анюта подняла на меня заплаканные глаза: