Чтение онлайн

– Знает, как только сможет, сразу прилетит. У них там строго все в военном, сам знаешь. Думаю, что через пару дней точно будет тут.

Звонок телефона прервал эту странную беседу и Вика приняла вызов от незнакомого абонента. Она почти машинально что-то отвечала, затем распрощавшись с собеседницей, отложила мобильник в сторону и как-то совсем испуганно посмотрела на Стаса.

– Что такое?

– Мне звонили. – Вика нервно заправила выбившуюся из тугой прически прядь волос за ухо. – Надо вещи Макса забрать, или их уже забрали я так и не поняла…

Ощущая полную растерянность, Виктория все же освободила ладони из твердой хватки Бронникова и отодвинула от себя стопку с историями болезни, затем переложила ручку с места на место, смахнула со стола невидимую пыль. Как ей хотелось прямо сейчас стать этой самой пылью, чтобы смахнули и забыли.

Интересно, все эти люди, они когда-нибудь оставят ее в покое?

Еще недавно она была счастлива, и всего за какие-то считанные дни жизнь сделала крутой вираж, и ее машина на полном ходу слетела с серпантинной дороги и провалилась в пропасть.

– Я отвезу… – начал было Бронников, но дверь в кабинет распахнулась без стука и в нее, словно вихрь, влетел Константин.

– Вик, нам в офис позвонили из органов, искали твой номер. Про вещи говорили, – тараторил он без умолку, машинально пожав руку сидящему на стуле мужчине.

Вику уже начинало потряхивать от злости. Ну почему никто не желал хоть на минуту отстать от нее? Какие, к черту, вещи, когда всю привычную жизнь перемололи огромные жернова, да так, что хруст костей на всю округу стоял?

– Я все забрал, Вик, – словно не замечая ее состояния продолжал Костя, а Бронников лишь молча наблюдал, в удивлении вскинув брови. – Поехали, покормлю тебя, и вещи закинем.

– И как же так вышло, позволь спросить? – Станислав в упор уставился на Викиного знакомого. Насколько он помнил, вещи выдавались полицией только родственникам и под роспись.

– У меня брат там работает, да и Вике не до этого, а забрать надо было, – по-своему расценив молчание подруги, Костя ловко подхватил Вику под руку, подвел к шкафу и достал пальто.

– Я не хочу… – ну почему никто не может хотя бы сделать вид, что все нормально? Они же душу всю сочувствием своим долбаным вынимают.

– Что? – Филатов нахмурился и кажется только сейчас обратил внимание на то, что она застыла на месте, прикрыв глаза.

– Вик…

– Я никуда не поеду! Идите к черту все, а? Сожги эти вещи, вынеси на помойку, скинь в пропасть, только оставьте меня в покое уже! Все!

– Но…

– Ты слышал, она не хочет.

Бронников встал рядом с Викой, готовый защитить в любой момент.

–– Вик…

– Отвали, мужик, – начал было Бронников, но Вика взмахнула рукой, призывая замолчать. Весь этот фарс ей порядком надоел.

– Уйдите отсюда, оба, – процедила, желая, чтобы вещи эти сгорели синим пламенем, чтобы все эти люди исчезли и никогда не попадались ей на глаза.

И настолько рассерженной она была, что даже не слышала, как Бронников предложил ей свою помощь. И пусть ее уволят после того, как нахамила начальству, пусть прямо сейчас и без выходного пособия выкинут на улицу, но лебезить перед Стасом теперь у нее не было никакого желания. И соблюдать субординацию не получалось никак.

Когда дверь за мужчинами закрылась, Вика без сил присела в рабочее кресло, уперлась лбом в сложенные на столе руки. Голову захотелось оторвать, промыть под проточной водой ото всех ужасных мыслей и приставить обратно. Снова картинки, подбрасываемые воображением, плясали перед глазами, и на каждой из них муж обнимал не ее, целовал не ее и шептал на ушко всякие безумные глупости опять же не ей. Сегодня идти к мужу у Виктории не было никаких сил, потому что знала: стоит увидеть – снова расплачется, расклеится. Поэтому, ограничившись звонком на пост дежурной медсестры, Вика решила все-таки идти домой.

Оршанская совершенно точно ощущала себя марионеткой. Кто-то сверху нелепо дернул за веревочки, и вот она уже стояла обутая в любимые замшевые сапожки, еще одно движение невидимого кукловода – и тонкий вязаный берет спрятал под себя идеальный пучок. И настолько она погрузилась во все это, что совершенно не заметила, как вышла из кабинета, очухалась только, когда на нее налетел маленький вихрь.

– Ой, – вскрикнул кто-то снизу, заставив Вику остановиться.

Она перевела взгляд вниз и застыла. Мальчишка поднялся с пола и потер ушибленное мягкое место, смешно сморщил нос, прям как Никитка в детстве. Или как Максим, когда что-то не получалось.

Вика застыла, и мальчишка лишь молча рассматривал незнакомую женщину.

– Вы маму мою не видели? – спросил тихо-тихо, а Вика за горло схватилась, не зная, как сделать следующий вдох. Зажмурилась, встряхнула головой, открыла глаза, но мальчишка по прежнему стоял перед ней. Тонкий и несчастный.

Вика попятилась от него.

– Не знаю, не видела, – еле проговорила она и, обойдя мальчика, почти бегом направилась к выходу.

“Главное не оборачиваться, не оборачиваться!” – думала она, пока летела по коридору. И давила в себе желание закутать мальчишку потеплее, а еще накормить до отвала, а то совсем уж тощий, того и гляди сквозняком снесет. И совсем уж не к месту бабушкин анекдот про дистрофиков вспомнился.

– Даша! – прикрикнула она, входя в детское отделение. – Ну конечно, на посту никого! Ау!

Вика прошла в столовую и застыла в дверях, недовольно разглядывая компанию девушек.

– Чаи гоняем? Вас оштрафовать всех сразу или по очереди?!

– Виктория Валерьевна…

– У вас пациенты из отделения голышом сбегают, а вам хоть бы что!

Вика кричала в первый раз за долгое-долгое время. И непонятно, что ее взбесило больше: что дежурная медсестра покинула пост, что пациент сбежал или что сбежал именно Гриша?

На кухне сразу все засуетились, чашки и печенье мигом исчезли со стола. Вика обернулась – в проеме дверей, что вели на этаж отделения, стоял Гриша и дрожал на сквозняке. У Вики сердце сжалось от боли, до того на Никитку маленького похож. Она зажмурилась и обратилась к медсестрам:

– Мальчика срочно чаем напоить и одеть его потеплее, не хватало еще, чтобы простыл он тут.

– Так не во что…

– Так найдите! И хватит уже пугать его службой опеки и про мать чтобы молчали все. Додумались тоже мне! – крикнула Вика и, дождавшись, пока Гриша зайдет в палату, все-таки вышла из больницы.