Чтение онлайн

– Не надо, Кать, он тяжелый, - приглушенно пробормотал мужчина и подхватил малыша.

Катя их обогнала, чтобы включить в детской ночник и открыть дверь. Миша осторожно внес Кирю, положил его на разобранную кроватку, а она укрыла одеяльцем. Малыш во сне причмокнул губами, повернулся на бок и подложил под щеку успевшую стать любимой игрушку. Взрослые тихо вышли, прикрыв за собой дверь.

Она неожиданно зевнула и, чтобы прогнать сонливость, потрясла головой. На фоне всех волнений, переживаний и прочего, она не замечала усталости, но стоило расслабиться, как та навалилась мертвым грузом, засыпав глаза песком. Подольский заметил, как она сцеживает в кулак зевки и изо всех сил старается держать глаза открытыми.

– Устала?
– заботливо спросил он, притягивая нежное, теплое тело к себе и позволяя уткнуться в грудь. Катя чуть сразу же не уснула.

– Есть немного, - пришлось признаться ей.
– Просто два дня подряд работаю. Обычно после ночной смены я дома, отсыпаюсь, а сейчас вот не получилось, - она снова зевнула.
– Ой, Миш, давай я тебе кофе сделаю? Твой остыл уже, да и мне не мешало бы попить.

– Нет уж, - решительно прервал Миша все ее предложения.
– Иди-ка ты спать. Вон, на ходу засыпаешь.

Совершенно этого не ожидая, девушка почувствовала острый укол огорчения. Такой сильный, что не смогла скрыть своих искренних эмоций и обиды. Она думала, да и чего стесняться - надеялась, - что Миша останется с ней. После той сцены на кухне Катя в этом почти не сомневалась. Она чувствовала особую приподнятость, приятное волнение и предвкушение, а тут...он сам же ее жестоко обломал.

Михаил не мог не заметить ее расстройства и обиды. Он ласково прижал ее к себе, зарываясь носом в короткие пряди, и глубоко вздохнул.

– Не дуйся. Ты действительно думаешь, что я не хочу остаться?
– Катя была слишком обижена, чтобы это отрицать, поэтому лишь волнообразно повела плечами.
– Глупенькая. Я очень хочу остаться, но тебе надо отдохнуть.

– Я...

– Ты засыпаешь на ходу, Катюш, - мягко заметил Миша, большими пальцами обводя тонкие скулы.
– Тебе только до подушки добраться, и ты уснешь сразу.

Девушка лбом уткнулась в ямку между шеей и плечом, и тяжким вздохом выразила согласие с его уверенностью. Крыть было нечем. Но это не значило, что она счастлива.

– Ладно, - смирилась она.
– Давай я за тобой тогда дверь закрою.

– Хорошо, только лист бумаги с ручкой мне принеси, пожалуйста.

Катя не стала задавать никаких вопросов, а молча вытащила из ящика комода блокнот с важными телефонами и ручку. Миша что-то нацарапал на листе, оторвал его и протянул ей.

– Держи. Здесь мои телефоны. Мой и домашний. Если что - звони.

– Ладно, - Катерина послушно кивнула.
– А ты...

– Твой у меня есть. Наташа дала, - пояснил Подольский, обуваясь и накидывая пальто.
– Так, все, я поехал. И Кать, очень прошу, если что - звони. А не геройствуй.

Не дожидаясь ее ответа, Миша властно притянул ее к себе, коротким страстным поцелуем впился в губы и почти сразу же отпустил, заправив выбившуюся темную прядку за ухо, мимоходом задев золотую сережку.

– До завтра, - попрощался он и вышел, не оглядываясь.

А Катя еще долго стояла, прижавшись спиной к двери, вспоминая многообещающее "до завтра". Оставалось только надеяться, что к завтрашнему дню она хорошо выспится.

– Привет, солнышко.

Кирилл подбежал к ней, привычно обнял и начал озираться по сторонам.

– А Миша где?

– Дядя Миша, - машинально поправила Катя и украдкой заозиралась по сторонам.
– Ты чего кричишь так?

– Дядя Миша, - послушно повторил Киря и шмыгнул носом, поглядывая на тетку исподлобья.
– Он где?

– Кирюш, он работает. И не обязан каждый день за тобой приезжать.

– Но ведь тогда приезжал, - ребенок обиженно выпятил нижнюю губу, а маленький подбородок задрожал от едва сдерживаемой обиды.

– Кирь...

Кирилл отвернулся и тяжелыми шагами, сильно топая и таким образом выражая все свое негодование, пошел к своему шкафчику за вещами, а Кате оставалось только расстроенно смотреть ему вслед и корить себя за уступчивость и безвольность. Она ведь с самого начала знала, что рано или поздно случится что-то подобное, что ее ребенок тяжело прочувствует все, что так или иначе будет связано с Мишей.

Еще больше ее пугала скорость, с которой все происходило. Невероятно, неестественно быстро, и Катя не свои отношения с Мишей имела в виду, а именно то, как Кирилл принял и предъявил права на мужчину. Хотя всегда сходился с людьми тяжело.

Сколько Кирилл с Мишей общался? Меньше недели? А чем Подольский зацепил малыша? Если бы Катя знала. Но сейчас она стояла перед фактом - Киря считал мужчину своим, а детали, обстоятельства и причины его не волновали, как не волновало и желание Михаила быть "его". Если Миша вообще догадывался о таком отношении мальчика к себе.

И теперь мальчик принимал как должное присутствие Подольского в своей жизни. А сейчас Миши не было, что для Кирилла было ненормально. Неправильно. И он расстраивался.

Миша тоже...взял и спонтанно уехал. Нет, конечно, он не обязан был перед Катей отчитываться или сообщать о своих планах, но его внезапный отъезд как-то выбил их из колеи. Катя его ждала, с той самой минуты как проснулась, да и Кирилл только и делал, что рассказывал о дяде Мише.

Она сама думала позвонить, и в течение всего дня то и дело останавливалась около телефона с зажатой в руке бумажкой с его номерами. Но так и не решилась набрать несложные цифры.

Подольский позвонил сам. Вечером. И от разрезавшей воздух трели девушка чуть ли не подпрыгнула в воздухе и на всех порах понеслась к трубке. Кирилл семенил прямо за ее спиной.

– Кать, привет, - мужской уверенный голос как-то не звучал радостно. И был уже без той привычной теплоты, которая стала для девушки почти родной и естественной, как дыхание. Катя подобралась, в ту минуту напоминая сжатую пружину.
– Это Миша.

– Да, Миш, я поняла, - спокойно и приветливо поздоровалась девушка, кинув взгляд вниз на Кирилла, который начал дергать ее за руку, чтобы забрать телефон.
– Как дела? Все нормально?