Научно-практический комментарий к Федеральному закону «О защите конкуренции»
Шрифт:
Не менее существенным признаком согласованных действий, разграничивающих их с другими видами групповых антимонопольных правонарушений, является отсутствие между участниками согласованных действий соглашений, о чем прямо сказано в абз. 1 ч. 1, а также в ч. 2 ст. 8 Закона о защите конкуренции.
Такая оговорка, отсутствовавшая в предыдущей редакции Закона, направлена на устранение неоднозначного подхода антимонопольных и судебных органов, в соответствии с которым действия хозяйствующих субъектов квалифицировались как согласованные даже при наличии между ними соглашения (см. по этому вопросу постановление 17 ААС от 15 июня 2012 г. по делу № А50-20366/2011).
В связи с этим представляется не совсем удачным разъяснение, данное в п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 30, в котором указано, что «при анализе вопроса о том, являются ли действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке согласованными (статья 8 Закона о защите конкуренции), арбитражным судам следует учитывать: согласованность действий может быть установлена и при отсутствии документального подтверждения наличия договоренности об их совершении» (курсив наш. – Авт.). Исходя из такой формулировки можно сделать вывод, что согласованные действия являются результатом договоренности, которая может подтверждаться как документально, так и иным способом. Однако п. 18 ст. 4 Закона о защите конкуренции устанавливает, что наличие любой, как письменной, так и устной, договоренности свидетельствует о наличии соглашения, что исключает квалификацию нарушения как согласованных действий. Поэтому при применении ст. 8 Закона о защите конкуренции надо убедиться в отсутствии между участниками согласованных действий каких-либо договоренностей.
2. Комментируемая статья устанавливает, что результат согласованных действий соответствует интересам каждого из участвующих в них хозяйствующих субъектов.
Данное положение Закона о защите конкуренции для установления этого признака предполагает проведение экономического анализа. Основным интересом участников имущественного оборота – хозяйствующих субъектов является получение прибыли (прямо или косвенно) или иного положительного финансового результата (например, повышения капитализации). Такой интерес лежит на поверхности, когда речь идет о согласованном установлении высоких цен (тарифов). Вместе с тем указанная зависимость должна доказываться при рассмотрении последствий согласованных действий и в виде сокращения или прекращения производства товаров, и в других случаях и бремя такого доказывания лежит на антимонопольных органах или на лице, обратившемся в суд с частноправовым иском. Поэтому если результат согласованных действий не соответствует интересам всех участников согласованных действий, то либо согласованные действия отсутствуют, либо из числа их участников следует исключить лиц, которые не заинтересованы в таком результате.
Так, например, в рамках рассмотрения спора о совершении хозяйствующими субъектами согласованных действий АС Кабардино-Балкарской республики в своем постановлении от 18 ноября 2015 г. по делу № А20-260/2014 указал, что суды, установив, что антимонопольный орган не доказал наличие совокупности предусмотренных ст. 8 Закона о защите конкуренции обстоятельств, свидетельствующих о согласованности действий со стороны заявителей, а именно: взаимной информированности обществ о действиях друг друга, их заинтересованности в результате таких действий, а также несвязанности этих действий с объективными обстоятельствами, в равной мере влияющими на все хозяйствующие субъекты, правомерно удовлетворили заявленные требования.
Аналогичная позиция сформулирована ФАС ЗСО в постановлении от 5 мая 2012 г. по делу № А03-11779/2011. Отменяя решение антимонопольного органа, суд, в частности, признал несостоятельным довод антимонопольного органа о наличии интереса заявителей в ограничении объема реализации продукции и пришел к выводу о том, что рассматриваемые действия заявителей не являются выгодными для них, а также не соответствуют их интересам.
В другом случае ФАС ВСО, оставляя в силе решения нижестоящих судов, в своем постановлении от 2 апреля 2010 г. по делу № А58-1995/2009 указал, что суды, установив, что антимонопольным органом в полном объеме доказаны обстоятельства, свидетельствующие о том, что действия заявителей по повышению цен являлись согласованными, пришли к обоснованному выводу о том, что установление и поддержание цен повлечет за собой в результате взаимного влияния экономическую выгоду и повышение цен другими участниками данного рынка.
3. Для того чтобы считаться согласованными, действия должны быть заранее известны каждому из участвующих в них хозяйствующих субъектов в связи с публичным заявлением одного из них о совершении таких действий.
Действующая редакция данного пункта ст. 8 Закона о защите конкуренции существенно сузила возможность применения данной статьи по сравнению с тем правилом, которое устанавливала предыдущая редакция этой нормы. Вместо положения о том, что «результат таких действий соответствует интересам каждого из указанных хозяйствующих субъектов только при условии, что их действия заранее известны каждому из них» (курсив наш. – Авт.), законодатель ограничивает случаи согласованных действий только наличием публичного заявления одного из участников согласованных действий об их совершении.
Информированность хозяйствующих субъектов о действиях других участников согласованных действий является одним из существеннейших обстоятельств, порождающих согласованные действия. Это связано с другим признаком согласованных действий – обусловленностью действий каждого из хозяйствующих субъектов, в них участвующих, действиями иных хозяйствующих субъектов. Согласованные действия предполагают, что самостоятельные действия участника согласованных действий, взятые в отдельности, не могут привести к достижению положительного для него результата. Поэтому он никогда не станет их реализовывать, не имея информации о намерениях других лиц.
Так, например, ФАС ПО отказывая в признании решения антимонопольного органа незаконным, в своем постановлении от 27 декабря 2010 г. по делу № А49-4101/2009 признал несостоятельной ссылку заявителей на недоказанность заведомой информированности хозяйствующих субъектов, в отношении которых осуществлялась проверка антимонопольным органом, о действиях друг друга. При этом суд исходил из доказанности антимонопольным органом наличия у хозяйствующих субъектов возможности отслеживать и оценивать рыночное поведение (ценовую политику) конкурентов: информация о ценах на нефтепродукты общедоступна, раскрывается на стелах рядом с АЗС.
Как показывает зарубежная практика, именно контакты между хозяйствующими субъектами являются одним из основных доказательств согласованности действий. Вместе с тем просто сведения о наличии контактов являются только косвенным доказательством обмена информацией о планируемых действиях. Поэтому с точки зрения достаточности доказательств осведомленности участников рынка о планах конкурентов выводы о согласованных действиях, основанные только на факте контактов между отдельными субъектами, влекут за собой высокий риск необоснованного обвинения в совершении согласованных действий.
Во избежание этого законодатель в рамках Третьего антимонопольного пакета внес изменения в ст. 8 Закона о защите конкуренции и установил наиболее объективный критерий – наличие публичного заявления одного из участников согласованных действий о совершении таких действий. Только доказав наряду с другими необходимыми элементами состава наличие публичного заявления, антимонопольные органы вправе сделать вывод о наличии рассматриваемого нарушения.
4. Следует отметить, что в силу отсутствия легального определения термина «публичное заявление» на практике могут возникать проблемы с квалификацией состоявшегося информационного обмена в качестве такового. Под заявлением для целей применения ст. 8 Закона о защите конкуренции следует понимать передачу информации о совершении действий, выраженную в любой форме: как устной (например, выступление с докладом на конференции), так и письменной (например, опубликование информации на сайте в сети «Интернет»), позволяющей участникам согласованных действий получить необходимые сведения для координации своего поведения.
При этом такое заявление можно считать публичным, если оно сделано способом, позволяющим получить доступ к информации неограниченному кругу лиц или как минимум лицам, которые являются потенциальными участниками согласованных действий (например, выступление на отраслевом совещании). В судебной практике встречаются случаи, когда вывод об информированности хозяйствующих субъектов о действиях друг друга подтверждается заключенным ими договором.
Так, например, ФАС УО, оставляя в силе решения судов нижестоящих инстанций о признании законным решения антимонопольного органа, в своем постановлении от 17 апреля 2012 г. по делу № А50-11849/2011 указал, что суды пришли к обоснованному выводу о согласованности действий заявителя и банка исходя из информированности этих лиц о действиях друг друга (следует из текстов договора страхования и кредитного договора).
Отдельной правоприменительной проблемой может быть необходимость правовой оценки публичного заявления (опубликования информации), сделанного во исполнение требований законодательства. В такой ситуации надлежит оценить характер размещенной информации, сопутствующие тому условия функционирования рынка и, соответственно, действия иных участников такой сферы обращения товаров (объективные факторы и имевшие место последствия – при их наличии). В случае установления действий субъекта в пределах добросовестного осуществления гражданских прав, а равно во исполнение требований законодательства, следует признать, что действия лица, сделавшего заявление, не были направлены на достижение результата, связанного с согласованием действий хозяйствующих субъектов, более того, они являются правомерными и поэтому основания для вывода о наличии противоправных согласованных действиях отсутствуют.