Чтение онлайн

Только для того чтобы сразу расположить к себе клиента, Холмс позволял себе шокировать его неочевидными деталями своих наблюдений. «Однако я не раз убеждался, как важно поразить клиентов своей осведомленностью, и потому решил наконец сообщить кое-какие выводы» (Человек с белым лицом).

Так что же такое «наука дедукции» Шерлока Холмса? Что реально скрывается за этим названием? Как оценить создание Артуром Конан Дойлем образа идеального сыщика с научной точки зрения? – Ответы на эти вопросы читатель найдет в данной книге. Ее первая часть суммирует мнения самого Шерлока Холмса о своем открытии, во второй части проанализированы ее основные правила на примерах из созданной воображением Артура Конан Дойля «практики» детектива.

Расследование преступления – точная наука, по крайней мере должно ею быть (Знак четырех).

«Вы меня знаете, мистер Холмс? – воскликнула она. – Иначе откуда вам все это известно?

– Неважно, – засмеялся Холмс. – Все знать – моя профессия. Быть может, я приучился видеть то, чего другие не замечают. В противном случае, зачем вам было бы приходить ко мне за советом?» (Установление личности).

Идеальный сыщик, считает Холмс, – это сыщик, который в совершенстве владеет методом, названным им «наукой дедукции». Это означает, что такой сыщик должен: иметь специальные знания и навыки в тех областях, которые необходимы для расследования, а также уметь наблюдать и делать выводы на основании наблюдений. «Он (французский последователь метода Холмса. – В. С.) пишет вам, как ученик учителю, – сказал я (Уотсон. – В. С.). – Он переоценивает мою помощь, – заметил Холмс безразлично. – Он сам очень способный человек и обладает по меньшей мере двумя из трех качеств, необходимых идеальному детективу: он умеет наблюдать и на основе наблюдений строить выводы. Ему пока еще не хватает знаний, но со временем и это придет» (Знак четырех). Кроме того, идеальный сыщик должен относиться «к своей профессии как к науке» (Этюд в багровых тонах), т. е. исходить из того, что все в этом мире взаимосвязано, совершается исключительно согласно законам природы и логики и постигаемо посредством одного лишь разума. Все сказанное о требованиях Холмса к идеальному сыщику вне всякого сомнения навеяны господствовавшими в конце XIX и начале ХХ столетия представлениями об основных стандартах научного познания и образцового ученого. Хотя случайность играет свою роль в природных процессах, но ее общие законы универсальны и незыблемы. Не зная эти законы, невозможно быть ни великим ученым ни проницательным сыщиком.

Вопрос не из простых, так как речь идет о сыщике-консультанте – профессии, рождение которой обязано именно Шерлоку Холмсу. «Видите ли, – объясняет Холмс Уотсону, – у меня довольно редкая профессия. Пожалуй, я единственный в своем роде. Я сыщик-консультант, если только вы представляете себе, что это такое. В Лондоне множество сыщиков, и государственных и частных. Когда эти молодцы заходят в тупик, они бросаются ко мне, и мне удается направить их по верному следу. Они знакомят меня со всеми обстоятельствами дела, и, хорошо зная историю криминалистики, я почти всегда могу указать им, где ошибка. Все злодеяния имеют большое фамильное сходство, и если подробности целой тысячи дел вы знаете как свои пять пальцев, странно было бы не разгадать тысячу первое» (Этюд в багровых тонах).

Мотивы создания новой профессии Холмс раскрываются в рассказах Глория Скотт, Обряд дома Месгрейвов и повести Знак четырех. Новая профессия помогла Холмсу реализовать в полной мере свои выдающиеся способности, избежать апатии и одиночества, умственной и физической деградации, стать общественно значимой личностью.

«– У меня здесь кое-какие бумаги, – сказал мой друг Шерлок Холмс, когда мы зимним вечером сидели у огня. – Вам не мешало бы их просмотреть, Уотсон. Это документы, касающиеся одного необыкновенного дела – дела «Глории Скотт». Когда мировой судья Тревор прочитал вот эту записку, с ним случился удар, и он, не приходя в себя, умер…

– Вы возбуждаете мое любопытство, – сказал я (Уотсон. – В. С.). – Но почему вы утверждаете, что мне необходимо ознакомиться с этим делом?

– Потому что это – мое первое дело.

Я часто пытался выяснить у своего приятеля, что толкнуло его в область расследования уголовных дел, но до сих пор он ни разу не пускался со мной в откровенности. Сейчас он сел в кресло и разложил бумаги на коленях. Потом закурил трубку, некоторое время попыхивал ею и переворачивал страницы.

– Вы никогда не слышали от меня о Викторе Треворе? – спросил Шерлок Холмс. – Он был моим единственным другом в течение двух лет, которые я провел в колледже.

– Я не был общителен, Уотсон, я часами оставался один в своей комнате, размышляя надо всем, что замечал и слышал вокруг, – тогда как раз я и начал создавать свой метод. Потому-то я и не сходился в колледже с моими сверстниками. Не такой уж я любитель спорта, если не считать бокса и фехтования, словом, занимался я вовсе не тем, чем мои сверстники, так что точек соприкосновения у нас было маловато» (Глория Скотт).

«Вы, должно быть, помните, как происшествие с «Глорией Скотт» и мой разговор с тем несчастным стариком, о судьбе которого я вам рассказывал, впервые натолкнули меня на мысль о профессии, ставшей потом делом всей моей жизни. Сейчас мое имя стало широко известно. Не только публика, но и официальные круги считают меня последней инстанцией для разрешения спорных вопросов. Но даже и тогда, когда мы только что познакомились с вами – в то время я занимался делом, которое вы увековечили под названием «Этюд в багровых тонах», – у меня уже была довольно значительная, хотя и не очень прибыльная практика. И вы не можете себе представить, Уотсон, как трудно мне приходилось вначале, и как долго я ждал успеха» (Обряд дома Месгрейвов).

«Мой мозг, – сказал он, опершись локтями о ручки кресла и соединив перед собой кончики растопыренных пальцев, – бунтует против безделья. Дайте мне дело! Дайте мне сложнейшую проблему, неразрешимую задачу, запутаннейший случай – и я забуду про искусственные стимуляторы. Я ненавижу унылое, однообразное течение жизни. Именно поэтому я и выбрал для себя свою уникальную профессию, точнее, создал ее, потому что второго Шерлока Холмса нет на свете.

– Единственный на весь мир частный детектив? – спросил я, поднимая брови.

– Единственный частный детектив-консультант, – ответил Шерлок Холмс.

– Последняя и высшая инстанция. Когда Грегсон, Лестрейд или Этелни Джонс (знаменитые сыщики Скотленд-Ярда. – В. С.) в тупике, а это их нормальное состояние, они немедленно зовут меня. Я знакомлюсь с подробностями дела и высказываю свое мнение, мнение специалиста. Я не ищу славы. Когда мне удается распутать дело, мое имя не фигурирует в газетах. Я вижу высшую награду в самой работе, в возможности применить на практике мой метод». (Знак четырех)

Пытаясь определить профессию своего нового друга в начале своего знакомства с ним, Уотсон составил специальный «Аттестат» Холмса, но вынужден был признать знания последнего эклектичными, не имеющими никакого внутреннего основания. «Я (Уотсон. – В. С.) перечислил в уме все области знаний, в которых он проявил отличную осведомленность. Я даже взял карандаш и записал все это на бумаге. Перечитав список, я не мог удержаться от улыбки. “Аттестат” выглядел так:

ШЕРЛОК ХОЛМС – ЕГО ВОЗМОЖНОСТИ

1. Знания в области литературы – никаких.

2. – « – « – философии – никаких.

3. – « – « – астрономии – никаких.

4. – « – « – политики – слабые.

5. – « – « – ботаники – неравномерные. Знает свойства белладонны, опиума и ядов вообще. Не имеет понятия о садоводстве.

6. – « – « – геологии -практические, но ограниченные. С первого взгляда определяет образцы различных почв. После прогулок показывает мне брызги грязи на брюках и по их цвету и консистенции определяет, из какой она части Лондона.