Чтение онлайн

Вы имели в намерении кое-что много накупить для меня из ястия и пития. Бога ради, не обременяйте моей души оным; ибо у меня и прежняго усердия Вашего всего с избытком много; без прибавления всего хватит на год. Для Вас полезнее быть послушницею, как овечкою Христовою, о которой сказано: «ни перечет, ни возопиет», а не послушницею своенравною. Когда Вы в прошедшем году удерживали себя в послушании, тогда более ощущали в душе своей усладительной тишины и спокойствия; а когда стали выходить из своей черты вонь, т. е. начали вместо одного дня в неделю, каждый день присылать мне пищу, и вместо одного воскреснаго дня искать случая приходить и в другие, тогда заметным образом стало умаляться и спокойствие в Вашем духе, и заступила мучительная тоскливость и скука, о которой и я болю сердцем моим; ибо слово Христово истинно есть: слушаяй вас, Мене слушает. И св. Давид тоже подтверждает, говоря: мир мног любящим закон Твой, и несть им от врага соблазна. Впрочем, не знаю я, будут ли Вам слова сии по душе? Если не будут, то прошу великодушно простите меня.

29 Апреля 1858 г.

163

Жалуетесь Вы, что стали недуговать чревообъядением. Помнится мне, что святаго пророка Илию Ангел Господень подчивал, глаголя: востани Илие , яждь и пий, яко мног тебе будет путь, и сие не единою рече, но дважды (или трижды). По подобию сему и я грешный подчую Вас, говоря: кушай, возлюбленный брате, без сомнения и без смущенья сколько тебе угодно, яко мног тебе готовится труд; а посему и должно подкрепиться. А когда пожалуете в обитель, то тогда будем мы с Вами твердить Давидов стих: положи, Господи, хранение устом моим! положи, Господи, хранение и чреву моему, зрению, слуху, вкусу, обонянию и осязанию моему. И от прочих слабостей будем с помощию Божиею воздерживаться. Теперь же мы как младенцы; то младенцам Отцы не возбраняют пищи, дондеже достигнуть в мужа совершенна, в миру возраста Христова.

О себе Вас уведомляю, что я, благодарение Господ Богу, долготерпящему моим грехам, жив еще, и здоровье против прежняго становится лучше; но только еще делом иерейскаго служения не занимаюсь, и в обители еще не был. Ибо нога моя, Бог весть, как будто какою-то невидимою узою или уздою взнуздана, чтоб по прежнему, куда не должно, не бродила. Впрочем, о сем я не скорблю; ибо все, что ни посылает Господь Бог прискорбнаго на нас в жизни сей, того ради единаго посылает, дабы чрез то спасение нам соделать, как говорит Златоуст Святый. А посему и буди воля Божия со мною грешным.

7 Ноября 1836 г.

164

Ваше боголюбие,

Всечестнейший и достопочтеннейший друг, и о Христе Спасителе нашем Благодетель!

Душевно и телесно здравствуй, и о пресладчайшем Христе Спасителе, призывающем тя в служение Свое, радуйся.

Долгое время не получая Вашего писания, я начало было сомневаться уже, не преогорчил ли Вас моим письмом? Но когда прочитал Ваше писание, то сугубо был утешен: во-первых благорасположенностию Вашею к недостоинству моему, а во-вторых видя из онаго премногую любовь Вашу ко Христу Спасителю, и призывание от Него в служение Ему в чин Ангелов, в плоть оболченных; о чем сердечно и радуюсь, и от всея души благодарю Господа Бога, подавшаго Вам желание к приобретению вечнаго спасения души своей, и умоляю Его премногую благость, да поспешит Вам и совершить оное, доколе пламень любви Вашей к Нему не погас.

Прочитывая Ваше письмо, усмотрел из онаго много сходственнаго с бывшим моим положением; ибо и я, предпринимая Бога ради оставить мир, и яже в мире, чувствовал продолжительное уныние, страхование, недоумение. Удерживали меня среди мира любовь к родительнице-старушке, любовь к братьям, любовь к сестрам, любовь к сродству, любовь к друзьям, любовь к грошам, как будто бы какою железною цепию сердце мое привязывала к себе, но частое напоминание о неизвестности часа смертнаго узы сии преторже, и душа моя, яко птица, избавися от сети ловящих мя. Сеть сия памятию смерти сокрушися, и я благостию Божиею избавлен был. Так и Вы, возлюбленный друже мой, подобныя неудобства памятованием смерти препобеждайте. Конечно мы и законом естественным и заповедию Божиею обязаны чтить и любить родителей своих; но святый Иоанн Дамаскин в песнопении церковном говорит: к матери своей якоже имать кто любовь, ко Господу (же) теплые люблением должны есьмы. Если же кто будет родителей своих более должнаго любить, то таковым Сам Христос Спаситель говорит: несть Мене достоин. Может быть Вас еще безпокоит и сие воображение, кто де без меня призрит старость родительницы? В таком случае, должно мысленно себя вопросить тако: «Если прежде кончины родительницы, меня первого, грехов ради, посечет смертная секира, то кто после призрит на старость родительницы? Кто охранит спокойствие сестры и прочих? Кто? На сей недоуменный вопрос непременно внутренний глас ответит Вам: «Никто, кроме Бога». Так подобным образом, если кто и прежде смерти ради Бога оставляет родителей своих, или родители чад своих, то оставшихся после оных Господь Бог приемлет в особенное Свое призрение и промышление. И сие воображение должно утешить человека, что он, оставляя семейство, Бога поставляет быть вместо себя попечителем.

Чтож касается до совета родительскаго, чтоб не убегать Вам от служб гражданских по выборам: то таковый достохвальный совет родителя должно сознать за святой, и оному следовать, но тогда, когда навсегда расположите себя к жизни мирской. Звание же Божие должно предпочесть всякому совету, по слову св. Давида: «Днесь аще глас Его Божий услышите, не ожесточите сердец ваших». Ибо Господь наш столько человеколюбив и столько милостив к нам недостойным, что даже всем хощет спастися и в разум истины приити, и всех призывает на небесную вечерю в соцарствование с Собою, конца не имущее. Но званные столько были неблагоразумны и неблагодарны, что, как будто заедино сговорившись, начаша вкупе отрицатися все. Но пусть уже они чем-то были заняты, и имели по видимому резоны отговариваться, как-то: поятием жены, имением села, и купленными волами. У тебя же, любезнаго, ни жены, ни села, ни вола нет, да еще и свободен; посему и не извинительно иметь отзывы; ибо, по слову святаго Симеона Новаго Богослова, «не желай по благословным винам или безсловесным в мире пребыти отнюдь; но егда зван будеши, скоро послушай: ни о чесом бо ином тако Бог, якоже о скорости нашей, веселится». (Прочтите о сем в Добротолюбии, 1 части, лист 44 на обороте, гл. 9, 10 и 11). Слово «зван» относится к лицу Божию; ибо Он Един человека просвещает, вразумляет, и на путь спасения призывает, (или непосредственно благодатию Своею тайно просвещает и открывает волю Свою, или чрез чтение Божественнаго Писания вразумляет, или чрез человека делает благодатное влияние на сердце, или иными многими тайными и непостижимыми нам образы призывает на путь спасенья). А посему Вы не сочтите, чтоб я делал Вам убеждение оставить мир. Я убеждать на жизнь монашескую никого не смею, зная отчасти, что Господь Бог не в монастырях токмо обитает, но благодатью Своею присутствует на всяком месте, и владычество Его во всяком роде и роде; как и святый Давид удостоверяя, говорит: «аще взыду на небо, Ты (Боже) тамо еси; аще сниду во ад, тамо еси; аще возму криле мои рано, и вселюся в последних моря, и тамо бо рука Твоя наставит мя». И так возлюбленне, всеусерднейше желаю, и именем Божиим Вас умоляю: повинуйтесь более внутреннему убеждению совести, и по совету ея избирайте себе лучшее и полезнейшее. Впрочем, если и мои слова не будут противны воле Божией, то также на разсуждение Ваше предлагаю следовать оным, или оставить. Меня побудило Ваше писанье и любовь к Вам сердечная писать к Вам столь много, за что прощения прошу. Многогрешный иеромонах Антоний.

8 Сентября 1832 г.

165

Вы теперь находитесь в Москве, как будто бы среди великаго и пространнаго моря, в коем, по слову св. Давида, гади ихже несть числа, тамо животная малая с великими, и змий-диавол, иский, кого поглотити; то есть, окружены Вы многими соблазнами, искушениями, людьми разномыслящими, собственными помыслами, и дьяволом. И все оное совокупно говорят Вам, и твердят, и шепчут, и останавливают: «Разве с ума ты сошел? Зачем тебе идти в монастырь? Можно и в мире живя спастись, и другим быть примером спасения? Неужели ты думаешь, только одни монахи спасутся, а прочие нет? Не обманывайся такою мечтою друг наш! Бог не одним монахам, но всем человеком хощет спастися, и Владычество Его не в монастырях токмо, но на всяком месте?» Но все таковые и подобные сим внушения противнаго духа, не к тому склоняют, чтоб привлечь Вас к ближайшему спасенью, но чтоб отвлечь от онаго и запутать в своих сетях. Ты же, человече Божий, яко острозрительная серна, бегай сетей сих, и отврати очи твои еже не видети суеты, и уши твои еже не слышати ложная и льстивая слова, который умякнуша паче елея, и та суть стрелы, могущия убить душу. Посему скажу Вам и то, что хотя иго монашеское и благое, но впрочем и нелегкое: должно приготовить себя на труд и на различныя лишения; ибо тесным путем надобно идти в живот вечный, и многими скорбми, как говорит наш Спаситель, подобаеть нам внити в Царствие Небесное, что действительно не легко, и трудно и неприятно кажется нам. Но неужели свернуть нам с онаго на путь широкой и пространной и легкой, ведущий в вечную пагубу? Да сохранит нас Господь и от мысли таковой!

6 Мая 1855 г.

166

Возлюбленный о Гооподе и милостевейший благодетель мой!

Во-первых свидетельствую Вам мое истинное высокопочитание, и из глубины души приношу Вам всечувствительнейшую благодарность мою за весьма радушной прием Ваш, оказанной нам, и обильное упокоение хлебом и солью; ибо Вы так много и щедро угостили нас в доме своем, как и Архиерея никто из жителей не принимал и не угощал, это говорю я Вам без лести. За каковое усердие Ваше к нам убогим странникам, да воздаст Вам Господь Бог милостию Своею в жизни сей и в будущей.

В бытность мою у Вас, мне понравился родительской домик Ваш, но в тоже время пришли мне на память и слова Божии, сказанные св. Аврааму, которыя приличны теперь и Вам, а именно: «Изыди от земли твоей, и от рода твоего, и от дому отца твоего, иди в землю, юже ти покажу, и будеши благословен». Посему и Вы, если желаете видети дни свои благи, должны удалиться; ибо теперешний образ праздной и разсеянной жизни Ваших братцев, покатой как под гору, ко всем страстям и сластям, может для Вас служить соблазнительным примером и преткновением, или всегдашнею раздражительностью на них. Ибо удерживать их в границах своих Вам нелегко; да и им слушать Вас во всем, тяжко; поелику они теперь не дети, но мужи по летам своим, и думают только о умножении и исполнении удовольствий своих, и как будто в тумане каком, нисколько не предвидят того, что чрез праздную и разсеянную жизнь, не только будет разстраиваться хозяйство их и все оскудевать в доме, но и самое здоровье их будет разстраиваться, и заступят место онаго разныя тяжкия и продолжительныя и неизцельныя болезни, которыя теперь действительно как в тумане, предвидеть нельзя. Посему как негде сказано: «Довольно будет с тебя, если ты спасешь себя». А о их спасении, возверзи печаль свою на Господа, и не оставляй добраго своего намерения посвятить себя на служение Господу Богу; а если будете решимость свою день от дня откладывать, то запутаетесь в таких сетях, из которых при всем старании выкарапкаться не возможете, от каковой беды да сохранит Вас Господь Бог.

17 Октября 1855 г.

167

Вы хотя мне лично и незнакомы, но я довольно наслышан об Вас от живущих со мною братий, притом и о том, что Вы имеете благое желание послужить Господу Богу во иноческом чине, чему сердечно порадовался я, и благодарил Бога, даровавшаго Вам толикое желание, которое да увенчает Господь вожделенным успехом. Между тем должно иметь осторожность, чтобы о своем намерении никому не открывать кроме Единаго Бога. Также должно опасаться худаго товарищества; а худой и неблагомыслящий товарищ есть тот, который любит вино, посещает трактиры, любит гулянья, и назирает младых жен и дев. Вино и жены многих погуби, глаголет Писание. Почему Бога ради охраняйте себя от таковых; ибо худыя привычки скоро и удобно в нас входят, отвычка же очень трудна и неудобна. Посему просите Господа Бога, чтобы Он усладил сердце Ваше божественною любовию, и под Покровом Своим сохранил Вас от всех бед душевных и телесных, и как праведнаго Лота чрез Ангелов извел древле из Содома и Гоморы, тако и Вам послал бы Ангела Хранителя, наставляющаго Вас на путь спасения. Чего от всея души моея богомольчески Вам желаю.

21 Августа 1842 г.

168

Сердечно порадовался я о том, что Вы имеете желание вступить в монастырь, и мне недостойному послужить келейником. Исполни, Господи, желание Ваше на самом деле. Хотя и слуха никакого нет, чтоб меня перевели в Оптину, но желал бы там быть в числе самых новоначальных послушников, нежели быть где либо начальником. Жалко то, что если я буду всегда жить в Малоярославце, то Вы не захотите и быть у меня! Впрочем, нет, возлюбленне! Если кто кого искренно полюбит, то никакое место от соединения не разлучит.