Чтение онлайн

– Максименко, принимайте командование стрелками, - скомандовал я.
– Фрезэр, готовьте гренадер, мы выходим в город.

– Есть!
– ответили оба поручика и бросились бегом выполнять мои приказы.

– Что вы творите, Суворов?!
– вскричал граф.

– Иду наводить порядок в городе, - ответил я, направляясь вслед за офицерами.
– Гренадеры там, - я махнул рукой за спину, - будут нужней. Мы сможем спасти сотни жизней.

– Только солдат угробите!
– вскричал Ахромеев.
– Там же дивизии с дирижаблей высаживаются.

– Они не ждут организованного сопротивления, - ответил я, - и сейчас большая часть их занимается грабежом и насилием. Поэтому появление даже взвода гренадер будет для них изрядным потрясением. Для охраны вашего особняка остаётся стрелковый взвод под командованием Максименки.

– Это чистой воды безумие, - покачал головой граф Черкасов.
– Считаете, что вам британцы спасибо скажут? Не дождётесь от них.

– Не за спасибо воюю, - пожал плечами я.
– Просто не хочу смотреть на то, как гибнут люди. Кем бы они ни были.

– Ваши принципы погубят вас, Суворов, - покачал головой Черкасов, - а главное, солдат, что вы ведёте в бой.

Бой шёл на наскоро сложенной баррикаде в четверти версты от особняка. "Чарли" вместе с констеблями предпринимали жалкие попытки отбить атаку серомундирных солдат. Их враги шагали колонной, напирая стройными шеренгами по пять человек с примкнутыми штыками. В общем, долго обороняться лондонцы не имели ни малейшей возможности. Если бы не подошли мы.

Семьдесят пять - со мной семьдесят шесть - человек в гренадерках, также шагали колонной по пять и к мушкетам нашим были примкнуты штыки.

– Взвод, - скомандовал я, - к бою готовьсь! Залп даёт только первая шеренга! Вперёд!

Я выхватил баскетсворд, драгунские пистолеты, хоть и висели в кобурах на поясе, однако заряжать их было некогда.

– На баррикаде!
– крикнул я.
– Все на землю!

Навряд ли британцы уразумели мои слова, но смысл их был понятен и так. Они бросились в разные стороны, некоторые рухнули ничком на мостовую для верности ещё и головы руками прикрыли.

– Огонь!

Первая пятёрка гренадер дала залп по серомундирным. Пара их рухнула на землю перед баррикадой. Они явно не ожидали какого-либо организованного сопротивления и были ошеломлены. Этим я просто обязан был воспользоваться.

– Вперёд!
– крикнул я, вскидывая палаш.
– В рукопашную!

Мы легко взбежали на баррикаду, которую никто не защищал с нашей стороны, и схватились с немцами. Я обрушил на голову первого палаш, но с удивлением обнаружил, что каска на его голове не кожаная и даже не железная, а, скорее всего, стальная. Клинок отскочил от неё, оставив зарубку, однако серый, что называется, поплыл, выронил мушкет и стал лёгкой добычей для моих гренадер. Второй серый попытался ударить меня прикладом, я перехватил его ещё в замахе и ткнул врага палашом в живот. Оттолкнув его, схватился с третьим, потом с четвёртым, пятым, шестым... С кем-то только обменивался парой ударов, кого-то успевал ранить, кого-то убить. Доставалось и мне, однако ран я не чувствовал, о том, что меня зацепили штыком или офицерской саблей, понял только после боя по тёмным пятнам на мундире или крови текущей из ран.

Похоже, эти солдаты были готовы к бою, и справиться с ними оказалось непросто. Выручила стойкость и умение моих гренадер. Мы потеснили серых, и к нам присоединились воодушевленные победой "чарли" и прочие горожане. Они атаковали немцев с флангов, выскакивая из переулков или же просто стреляя из окон. И враг не выдержал. Атакуемые с фронта и флангов, серые обратились в бегство. Первыми побежали солдаты последних шеренг, большую часть боя чувствовавшие себя, можно сказать, в безопасности, а теперь подвергшиеся атакам врага, которому не удавалось иногда даже ответить. Унтера, которые должны были сдерживать бегство, не справились, их просто смели.

– Не преследовать!
– выкрикнул я, опуская палаш.
– Фрезэр, доложить о потерях! Собрать боеприпасы, если подойдут по калибрам. Заменить повреждённое оружие.

– Потери, - доложил через минуту Фрезэр, - двое убитых, трое тяжелораненых и около десятка раненых легко, сражаться смогут.

– Messieurs!
– обратился я окружившим нас "чарли" и горожанам.
– Quelqu'un parler franГais?

– Oui, bien sШr, - раздалось несколько голосов.

– Помогите нам, - сказал я им.
– Доставьте мёртвых и тяжелораненых в дом, который раньше был башней гарнизона.

– А вы кто такие?
– спросил кто-то, похоже, старшина "чарли" или как он у них называется, не знаю.

– Я офицер русской армии, капитан Суворов, - представился я.
– Командую гренадерами охраны нашего посольства. Сейчас мы вышли в город, чтобы навести порядок и по возможности остановить серых солдат, разоряющих его.

По толпе пошёл шепоток, граждане Лондона, разумеющие французский, переводили мои слова тем, кто этого языка не знал.

– Остальным тоже стоит покинуть эту баррикаду, - сказал я.
– Серые вернутся, и они будут очень злы.

– Господин капитан, - обратился ко мне прапорщик Быхов, - у каждого из этих серых солдат есть гренадерская сума. А в ней по пять гранат. И ячеи пустые ещё на десяток.

– У каждого?
– удивился я. Прапорщик кивнул.
– Тогда собирайте. Гранаты соберите, сколько хватит.

– Слушаюсь, - ответил прапорщик и тут же принялся отдавать команды.
– Как с эмблемами быть?
– снова подошёл он ко мне, когда все гренадеры сменили сумы на немецкие.
– Они все с мёртвой головой.

– Вернёмся в особняк, перебьём на наших орлов двуглавых, - ответил я.
– А пока так повоюем.

– Понял, - кивнул Быхов.

– Мундиры на них какие-то странные, - сказал мне Фрезэр.
– Вот нашивки какие-то.
– Он показал мне полоску чёрного сукна, на которой было вышито слово Thule.
– Отпорол на память, майору Ахромееву покажу. Пусть разбирается.

– Может, это всё же шведы?
– предположил прапорщик Быхов.
– Название-то явно их.

– Немцы это, - покачал головой Фрезэр.
– По-немецки во время боя лаялись, и команды тоже по-немецки отдавали.

Вот что значит, разведчик, как говорится, от Бога. Правильно сделал Ахромеев, предложив ему перейти в тайную канцелярию. Офицер из Фрезэра, конечно, толковый, но разведчик он просто прирождённый.

– Не важно, кто они, - отмахнулся я, - а вот гранаты это уже интересно. От них же отказались почти пятьдесят лет назад.

– В городском бою гранаты штука незаменимая, - сказал прапорщик Быхов, - особенно в таком количестве. Что бомбы не доделали, то гранатами добить можно. В окна домов закидать, или баррикады подорвать.