Чтение онлайн

– Я сказала твоему отцу, что, наверное, лучше не беспокоить тебя прошлым вечером, – сказала она, – То, как вы узнали о помолвке, было… внезапным событием для вас.

Я киваю. Я не знаю, что сказать. Я знаю, что она милая, пытается утешить меня, – Мой отец здесь?

– Он вышел на пробежку, это один из его длинных забегов. Он готовится к марафону.

Я не помню, чтобы мой отец занимался бегом, – Здесь где-нибудь есть кофе?

– Твой отец больше не пьёт кофеин, но на кухне есть альтернатива на травах. Он намного полезнее для тебя, чем кофе, и обладает очищающим эффектом.

Я поворачиваюсь к ней, мой мозг без кофеина отказывается обрабатывать то, что она говорит, – Значит, в доме нет кофе, – говорю я ровным голосом.

Милана смотрит на меня, выражение ее лица такое серьезное, что мне почти хочется ее простить, – Блин. Я совсем не подумала. Надо было оставить немного.

– Все в порядке, – я поворачиваюсь и прислоняюсь к кухонной стойке, – Я схожу в кафе, здесь не далеко.

– Она выглядит расстроенной, как будто она провалила какой-то новый тест на мачеху. У меня просто нет сил сейчас ее успокаивать.

– Тебе что-нибудь нужно из кофейни? – спрашиваю я, – Булочку или круассан?

Она морщит нос, – Нет, спасибо.

Я хватаю бумажник наверху и выскальзываю за дверь, с облегчением выбираясь из дома.

– Ты ко мне? – Громов стоит на углу дома и небрежно пускает кольца дыма в мою сторону.

– Конечно, нет, – раздраженно отвечаю я, – В доме нет кофе.

– О да, – смеется он, – она пыталась предложить тебе это травяное дерьмо?

– Ты имеешь в виду ту зеленую гадость, которую она пьет? Что это за штука? Она пахнет рыбой.

Громов фыркает, – Это похоже на водоросли. Как молочный коктейль из аквариума.

– Я так понимаю, что это что-то травяное? – спрашиваю я.

Он смеется, – Этот напиток заставит тебя не слезть с толчка. Не пей его, – затем он посмотрел на меня, – Впрочем, может это заставит тебя быть послушной.

– Серьезно, я знала, что ты не можешь прожить и двух минут, не будучи придурком, – я ухожу, и Громов зовет меня по имени, – Что? – спрашиваю я срывающимся голосом.

– Вот о чем я и говорю, принцесса, – говорит он, – Тебе нужно иметь охуенное чувство юмора.

– Всенепременно, – я поворачиваюсь, чтобы уйти, но он снова зовет меня по имени, – Что?

– Вот, – говорит он, – Хочешь один? – он держит стаканчик с кофе и протягивает мне.

Я открываю крышку и глотаю спасительную жидкость, направляясь к тому месту, где он стоит. Он поворачивает голову и выпускает в сторону струйку дыма, – Это отвратительная привычка, – говорю я, – Ты заболеешь раком.

– Я даю тебе кофе, а ты приходишь и читать мне лекции о моих привычках, – говорит он, – Это пиздец какие плохие манеры.

– Спасибо за кофе, – я делаю еще глоток и смотрю на пустой стаканчик у его ног, – Так ты здесь, в основном, употребляешь кофеин и никотин?

– Мне нужно принять дозу, – говорит он, глядя на меня неподвижным взглядом, – Я имею в виду, я предпочитаю хороший утренний секс, чтобы взбодриться.

– Что ж, тогда хорошо, что у тебя есть кофе и сигареты.

Громов пожимает плечами, – Дай мне знать, если передумаешь, принцесса. Я буду готов через пять секунд.

Он докуривает сигарету и поднимает средний палец. Я следую за его взглядом через небольшой передний дворик к тротуару, к парню, стоящему по другую сторону стены, его голова видна над забором.

– Как долго этот фотограф был там? – спрашиваю я, поворачиваясь спиной к Громову.

– Достаточно, – говорит он, пожимая плечами, – Он там был со вчера.

Я тянусь к руке Громова и тяну ее вниз, – Ты что, спятил? Зачем ты ему это показываешь?

– Расслабься, – говорит он, – Они вечно лезут куда им не надо. Меня это раздражает, поэтому я ему и показываю то, что я о нём думаю.

– Мне плевать что он тебя фоткает, просто я стою рядом с тобой, – говорю я, – У моего отца как раз на носу выборы и я думаю это не то, что ему сейчас нужно, – с сарказмом выпалила я.

– Остынь, принцесса, – говорит он, – Он сделает несколько наших фотографий и уйдет. Мы ему не так интересны, ему нужны наши родители.

Я привыкла к тому, что мой отец находится в центре внимания. Он ведь депутат. Но эта должность на самом деле не в центре внимания. Я имею в виду, если не будет какого-то скандала, никому нет дела до нас, поэтому я как-то не привыкла к журналистам.

– Конечно не интересны, придурок, – говорю я, стоя перед ним, уперев руки в бока. Я чувствую себя школьным учителем, читающим ему лекции, но, похоже, ничего не могу с собой поделать, – Ты татуированный, заядлый курильщик, жадный до пива, живешь на деньги своей знаменитой мамы, да кому ты можешь быть интересным.

Громов смотрит на меня с каменным лицом и стиснутыми челюстями. Затем он выпускает гигантский столб дыма мне в лицо, заставляя меня кашлять, и я беспорядочно машу руками перед лицом. Я думаю, что мое кровяное давление зашкаливает при акте агрессии, – Да? – спрашивает он, наклоняясь вперед и поднося средний палец к моему лицу , – Ты девочка— паинька, заносчивая, занудная девственница, которая так взвинчена, что не может найти никого, кто бы воспользовался ей, кроме шлюхи из ее городка, которая трахнет буквально любого, – он делает паузу, – А потом оказывается, что это самый скучный гребаный секс, который у меня когда-либо был.

Я разочарованно рычу, но он только смеется, что еще больше злит меня.

– Что ты собираешься делать, принцесса? – спрашивает он, наклоняясь вперед, его средний палец все еще поднят. Он машет им в нескольких сантиметрах от моего лица. Я хочу сломать его чертов палец пополам.

Он меня так разозлил, что я не могу думать. Я просто наклоняюсь вперед и тоже показываю фак. Мы стоим напротив друг друга, прижав средние пальцы друг другу к лицу.

Затем Громов улыбается, – Это будет чертовски классное фото.

Пиздец.

Отец Кати швыряет газету на стол. Фотография, на которой мы с ней стоим друг против друга, глаза прищюрины, губы искривлены, наши средние пальцы почти соприкасаются и заголовок страницы который гласит:

«КАКИЕ ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ ДЕТЬМИ ГРОМОВОЙ и ЛОГИНОВА»

Катя стоит напротив меня, ее лицо побелело, как мел. Она не смотрит на меня, просто смотрит на газету, как будто завороженная. У меня есть побуждение достать телефон и сфотографировать ее реакцию, но я думаю, что это было бы чересчур, поскольку лицо его отца прямо противоположное, оно почти фиолетовое.