Наваждение
Шрифт:
Слоан снял пиджак и пожал плечами.
— Он наш на этот вечер. Мы выйдем на террасу, накинь на себя.
Кэт скользнула руками в пиджак, и тепло и запах Слоана мгновенно окутали ее.
— Как ты это сделал?
В светло-карих глазах блеснули янтарные искорки.
— Я же говорил тебе, детка. Я ни с кем не буду делиться тобой.
Он вывел ее в прохладную ночь Сан-Франциско.
— Ты арендовал весь этаж?
— Да. — Они остановились у перил. — Перестань пялиться на меня и посмотри на мост. Я привел тебя сюда ради этого великолепия.
Кэт повернулась, чтобы в полной мере насладиться видом моста через залив, освещенного тысячами огней. Ошеломляюще. Это было так прекрасно, что она замерла. Величественный мост оказался достаточно близко. Казалось, протяни руку и коснешься его.
— Нравится?
— Это прекрасно. То есть я видела мост раньше, но это… просто дух захватывает.
Слоан обнял Кэт и притянул к себе. Ветер подхватил ее волосы и юбку, но девушку это не волновало. Она бы стояла здесь вечно с мужчиной, которого любит.
— Идеальное завершение удивительного дня. Спасибо. — Она вздохнула и посмотрела на звезды. — Когда я буду вспоминать сегодняшний день, это будет моя любимая часть.
Слоан коснулся губами ее губ.
— Знаешь, что мне больше всего понравилось сегодня? — Это было трудно не заметить. Особенно, когда он поднял ее и обнял при вспышке камер. — Немецкий шоколадный торт Сары.
Сегодня на открытии Кэт представила фирменное блюдо для «Сахарной танцовщицы Сан-Франциско».
— Ты это придумала, когда спросила меня, какой торт она любила?
Кэт вложила душу в создание торта, достойного памяти Сары.
Увидеть реакцию Слоана было лучше, чем выиграть конкурс выпечки.
— Потребовалось время, чтобы сделать все правильно.
— Саре бы понравился торт, названный в ее честь. — Слоан потрогал лавандовые пряди в ее волосах. — А ты назовешь что-нибудь в мою честь?
— Я хотела, но пока что не могу придумать десерт, достойный тебя. Он должен быть совершенным.
Кэт крепче вцепилась в перила. Слоан улыбнулся ей и взял за руку.
— Есть кое-что, что я бы очень хотел.
Его теплые пальцы переплелись с ее.
— Неужели? Лимонные кексы?
— Тебя.
Кэт побледнела.
— Что?
Слоан протянул другую руку, посреди которой лежала бархатная коробочка.
— Выходи за меня, Кэт. Стань мое семьей. Это сделало бы меня счастливым. — Он вынул кольцо и надел его на палец девушки. — Помнишь, ты рассказывала, что твоя бабушка хотела, чтобы ты всегда чувствовала музыку?
Сердце Кэт бешено колотилось.
— Помню.
Это все сейчас происходит на самом деле?
— Вот, что я чувствую, когда ты со мной. Я чувствую музыку, котенок. Ты станешь моей женой?
— Да. Я так тебя люблю. Но тебе не обязательно дарить мне кольцо.
Кэт не носила их после своей неудачной помолвки.
Глаза Слоана излучали любовь, желание, нежность и веселье.
— Милая, посмотри на кольцо.
Кэт позволила Слоану поднять ее руку. Огни моста отсвечивались в двух тонких платиновых полосах, которые сплетались, словно танцоры. Крошечные бриллианты мерцали, создавая эффект движения.
— Это так красиво и чувственно.
— Мой ювелир создал его после того, как я показал ему снимки картин из «Сахарной танцовщицы». Боюсь, твое кольцо не очень дорогое, хотя и делано специально для тебя. Мастер думал, что ты бросишь его мне в лицо.
Кэт не могла оторвать от кольца глаз. Каждый раз, когда она поворачивала руку, крошечные бриллианты будто бы двигались.
— Как влюбленные танцоры.
Как Слоан это сделал? Кэт хотела смотреть на кольцо вечно.
Мужчина вздернул подбородок.
— Я хотел подарить кольцо, которое тебе понравится. И мне все равно, будешь ты его носить или нет. Особенно на работе, где оно может тебе мешать. Все, чего я хочу, это чтобы ты была моей женой и любовницей на всю оставшуюся жизнь.
— Я все еще могу быть твоей «плюс один»?
Слоан взял руку Кэт и поднес к губам.
— Ты моя единственная, Кэт. А я твой. Отныне и навсегда.
Конец