Чтение онлайн

— Да, ты трусиха? — подначивает меня Стас.

— Я не трусиха. Просто пожить ещё хочется.

На самом деле я жутко боюсь высоты. Это, пожалуй, мой единственный сильный, не поддающийся укрощению страх. Я даже дома никогда не смотрю в окно. А тут «чёртово» колесо обозрения.

Но парень не отступает. Он твёрдо намерен затащить меня в этот вращающийся ад. Стас протягивает руку и машет пальцами, подзывая к себе.

— Ну, давай, же. — Я отрицательно качаю головой. — Возможно, у тебя будет шанс ещё о чём-нибудь спросить меня, — Стас загадочно подмигивает. — Решайся, принцесса.

Соблазн велик. Мне нравится такой Стас, как сегодня. И, конечно, мне хочется узнать о нём побольше, пока он позволяет это сделать. И я решаюсь. Незаметно для него набираю полную грудь воздуха и медленно выпускаю его. А потом быстро, не давая себе времени передумать, хватаюсь за его протянутую ладонь.

Не успеваю оглянуться, как уже оказываюсь внутри старой металлической, абсолютно открытой кабинки, которая медленно поднимается вверх. Быстро сажусь на сиденье, напротив Стаса и впиваюсь руками в руль, позабыв, что его лучше не трогать. Как результат, моё сиденье тут же поворачивается под мой испуганный визг. Я зажмуриваюсь и пытаюсь успокоить дикий пульс своего сердца, от которого я на какое-то время глохну. Резкое покачивание кабинки заставляет меня приоткрыть глаза, и я вижу, как Стас пересаживается ближе ко мне. Одной рукой он приобнимает меня, а свободной отцепляет мои ладошки от руля и сжимает их в свой большой кулак.

Я снова закрываю глаза и утыкаюсь ему в плечо. Чувствую аромат его кожи и тепло его пальцев на моих руках. Он так нежно держит меня, успокаивает молча. К страху подмешивается волнение другого рода. Я облизываю высохшие губы, но они тут же снова высыхают. Надо взять себя в руки. Пару минут я только и делаю, что пытаюсь игнорировать порывы ветра, развевающие мои волосы и раскачивающие нашу ненадёжную кабинку. Сердце стучит в висках, кровь шумит в ушах, а во рту становится так сухо, что облизывать губы уже не получается.

— Если ты откроешь глаза, то увидишь, как это прекрасно, — в голосе Стаса отчётливо слышатся нотки восхищения.

Я хочу увидеть, почувствовать то, что так восхищает его. Хочу посмотреть на этот мир через его призму восприятия. Сейчас он позволяет мне сделать это. Именно поэтому и я послушно, не колеблясь, открываюсь. И первое, что попадает в поле моего зрения — его глаза, следящие за мной. Они светятся. Нет, блестят. Мерцают. В них отражаются солнечные лучи, они придают его взгляду золотистый отлив. Его тёмные кудряшки танцуют на ветру забавный танец. Это зрелище гипнотизирует меня куда больше, чем открывшийся вид. Я просто не могу оторваться от созерцания того умиротворения, что появляется на лице моего спутника.

— Посмотри, Ася, — шепчет он. Стас устремляет свой взгляд в небо, а потом оглядывает весь горизонт, что открывается нам буквально на несколько секунд. Вдруг Стас отпускает меня и поднимает вверх руки. Раскидывает их, будто хочет взлететь. У меня перехватывает дыхание. Он счастлив!

— Ты чувствуешь себя свободным, — я не спрашиваю, а констатирую факт.

— Да.

— Как птица?

— Как птица.

— Как та, что у тебя на груди?

Стас возвращает руки туда, где они были, но его взгляд всё ещё блуждает по кромке неба над зелёными верхушками деревьев. Мы уже спускаемся, и вид становится всё менее захватывающим. Чем ближе мы к земле, тем угрюмее становится настроение Стаса. Как будто только высота пробуждает его к жизни.

— Это ястреб, — говорит Стас. — Ты знаешь, что это птицы-охотники? И, они создают одну пару на всю жизнь, или остаются одиночками? — его взгляд становится мрачным, тяжёлым. — Так вот, принцесса, я — одиночка.

Я опускаю глаза, не выдерживая эту тяжесть. Я прекрасно осознаю, что он имеет в виду. Только вот я не верю ему. Снова.

Парень спрыгивает на землю из кабинки и помогает выбраться мне. Мы, молча, идём по аллее в обратную сторону. Мне не хочется заканчивать нашу прогулку на такой ноте. Хочется вернуться к началу и всё переиграть. Я бы держала свои вопросы при себе и не лезла к нему в душу. Я же обещала самой себе, что дам ему столько времени, сколько ему потребуется, чтобы понять и принять себя.

Стас косится на меня, его тоже раздражает эта тишина, повисшая между нами. Он держит руки в карманах джинсов, но от меня не ускользает то, как он нервно сжимает пальцы в кулаки. Как закусывает губу и хмурится всё больше.

Где-то рядом раздаётся громкий хлопок, и парень моментально выпрямляет ссутулившуюся спину и начинает зорко оглядывать окрестности. Я тут же вспоминаю его слова о птице. Он и сам сейчас выглядит, как охотник. Его глаза быстро бегают от дерева к дереву, от фигуры к фигуре, прогуливающихся людей по этой же дорожке. Ещё хлопок, и он хватает меня за руку, притягивая к себе, и прячет за спиной.

— Ты чего?

Он не отвечает. Испуганно оглядывается по сторонам. Я впервые вижу страх в его глазах и поведении. Я тоже начинаю озираться, но ничего не замечаю.

— Стас? Ты меня пугаешь.

— Всё нормально, — он нервно облизывает губы и слегка встряхивает головой, прогоняя вспыхнувшие эмоции. — Просто показалось.

Я смотрю на него с недоверием. Что с ним сегодня происходит? Снова хлопок и парень уже спокойно и медленно переводит взгляд в ту сторону, откуда он слышится.

— Это тир, — уточняю я. Думаю, я правильно истолковала его странную реакцию. — Он там. — Машу рукой, повторяя направление его взгляда. — Пойдём, постреляем? — предлагаю ему и встречаю скептическое выражение лица Стаса. — Да, ладно тебе, не будь неженкой! — смеюсь я, чтобы разрядить странно накалившуюся обстановку. — Можешь посмотреть, как я стреляю. Я не обижусь! — снова смеюсь, вспомнив подобный разговор в ночь нашего знакомства.

— Очень хочется посмотреть, как ты мне продуешь! Пойдём, — в глазах Стаса вспыхивает огонёк азарта и задора.

Мы подходим к открытой, слегка потрёпанной, деревянной палатке. На стойке лежат пневматические винтовки, или, как их называют в народе «воздушки». Метрах в пяти от огневого рубежа висят мишени разного типа. Здесь есть и простые бумажные в виде концентрических кругов, и механические, и движущиеся. Тир старый, но именно в таком когда-то я выбила свои первые десятки.

Стас удивлённо поднимает бровь, когда видит, как я уверенно беру винтовку и пять свинцовых шариков. Заряжаю её первым.

— Ладно. Дамы вперёд, — произносит Стас, повторяя мои действия.

Я испытываю некоторое волнение, так как давно не брала в руки оружие. Стрелять учил меня отец. Я даже бывала в полицейском тире. Но это было уже очень давно.

Совмещаю прицел с центром мишени и на выдохе нажимаю спусковой крючок. Резкий хлопок и на мишени появляется отверстие. Девять очков.

— Ого, — присвистывает Стас, и работник тира вторит ему.

Я перезаряжаю воздушку, быстро целюсь и снова стреляю. Десятка. Внутренне, улыбаюсь сама себе. В итоге набираю сорок девять очков из пятидесяти. С довольным видом поворачиваюсь к парню и вижу на его лице недоумение.