Навечно моя
Шрифт:
— Да. Думаю, он как раз будет пытаться дожать меня. Но я сказал ему, что дам ответ только через пару недель, когда мы вернемся. До тех пор я ему ничем не обязан. У него отличная замена для меня. Команда молодая, ей предстоит расти — со мной или без меня.
— Но с тобой у них есть шанс взять Кубок Стэнли. Без тебя — почти нет. И то, что мы оба будем рядом, с Эверли, определенно удержит его от лишних вопросов. Я тоже давно с ним работаю и знаю: этому человеку важно только одно — победа. Все остальное его мало волнует.
— Угадайте что? — вдруг закричала Эверли, подбегая ко мне. Я распахнул руки, и она влетела в них.
— Что? — рассмеялся я.
— Это звонил тренер Рейберн из Gliders, команды, в которой я работала в Нью-Йорке. Джейсон Питерс, спортивный психолог, у которого я училась, сообщил, что этот сезон станет для него последним. Они предлагают мне место его ассистента с возможностью занять его должность, когда он уйдет.
Я закружил ее, прежде чем поставить на землю.
— Поздравляю, девочка, — хлопнул ее по плечу Уэс. — Ты лучшая из всех, с кем я работал.
— Ну, я вообще-то единственная, с кем ты работал, но комплимент принимаю, — хихикнула она и повернулась ко мне.
Черт, меня эта перспектива не радовала, но я был искренне рад за нее. После девяти лет разлуки меньше всего я хотел снова оказаться далеко от нее. Я был полностью в игре. Мне только нужно было убедиться, что она тоже.
— Это потрясающе. Что думаешь?
— Ну, тут есть несколько факторов, — нахмурилась она, обдумывая, и начала крутить пальцами кончик своего длинного хвоста. — Во-первых, зарплата так себе, потому что им на самом деле не нужен ассистент. Но они боятся, что меня переманят, если подождут еще год. Первый год мне придется жить в какой-то дыре, и нет никаких гарантий, что они предложат мне полную ставку, когда он уйдет. Ну и, конечно, это будет далеко от тебя — если ты вернешься в Lions, когда мы снова окажемся в реальности.
Я допил воду и кивнул. Обсуждать было явно много чего, и я рад, что она сама начала этот разговор.
— Ну, а я, пожалуй, пойду в магазин и потом загляну в пекарню твоей сестры за кексами, — сказал Уэс, приложив ладонь к виску в шутливом салюте, и направился к себе домой.
Мы с Эверли дошли до моего пикапа и забрались внутрь.
— Ты подозрительно молчалив, — заметила она, пристегиваясь, пока я сдавал назад из проезда.
— Ждал, пока останемся одни. — Я припарковался перед домом. Он находился совсем близко от дома Уэса, но утром мы заехали в кафе Honey Mountain за бейглами, поэтому взяли машину.
Она повернулась ко мне.
— Ну ладно, выкладывай.
— Во-первых, не позволяй деньгам влиять на твое решение, Эвер.
— Конечно, они влияют. Это же моя зарплата.
— Я зарабатываю кучу денег. У меня их больше, чем я знаю, куда потратить. Так что если это твоя работа мечты и она для тебя важна — не позволяй деньгам стать препятствием. Я покрою твои расходы, — поднял я руки, прежде чем она успела возмутиться, что уже горело у нее в глазах. — Только на первый год, пока они не начнут платить тебе нормально.
Черт, я бы содержал ее и всю жизнь, но начинать нужно постепенно. Она терпеть не могла просить о помощи и зависеть от кого-то, так что это был новый для нас шаг.
— Так вот о чем ты переживаешь? Что будешь помогать мне оплачивать счета? — поддела она меня.
— Слушай, я никогда не буду тебе врать. Ты это знаешь.
— Знаю.
— Нам понадобилось много времени, чтобы снова найти друг друга. И теперь я совсем не спешу быть вдали от тебя. Так что мысль о том, что ты уедешь в Нью-Йорк, тоже важна для меня, и мне придется учитывать это, когда я буду принимать решение.
— Лучший игрок на льду будет решать, где ему играть, исходя из того, куда его школьная подружка поедет работать ассистентом спортивного психолога? — она улыбнулась и покачала головой. — Звучит как-то неправильно.
— А твое решение зависит от того, где буду играть я?
Она взяла меня за руки.
— Конечно. Но тренер Хейс в последнее время спрашивает только о твоем решении. Он уже пару недель не поднимал тему моего постоянного места в команде, а я очень много работала, чтобы добраться сюда. Я понимаю, что не зарабатываю такие деньги, как ты, но моя работа для меня важна. Мне нужно чувствовать, что я чего-то добиваюсь.
Я усадил ее себе на колени и убрал прядь волос с ее красивого лица.
— Вчера ночью ты кое-чего добилась, — усмехнулся я, — когда оседлала меня до забвения.
Румянец залил ее щеки, и, черт побери, я это обожал. Обожал, что до сих пор могу заставить ее краснеть, хотя мы уже неделю едва вылезали из постели, если не тренировались или не ели.
— Ты понимаешь, о чем я. Думаю, ты права. Людям не стоит узнавать, что мы вместе, пока я не подпишу контракт — где бы это ни было. Все будут говорить, что я проложила себе путь наверх через постель.
Мне было плевать, что думают другие, но я никогда бы не сделал ничего, что могло бы навредить Эверли. Женщине в этой сфере и так непросто. Я уважал до чертиков то, как тяжело она работала, чтобы оказаться здесь, и последним, что я хотел бы сделать, было бы все это разрушить.
— Это наш секрет. Уэс согласился пойти на мероприятие в эти выходные, и мы будем вести себя максимально профессионально при тренере Хейсе. К тому же он все время спрашивает про Дарриан, так что явно думает, что мы все еще вместе.
Она сморщила нос и нахмурилась:
— Ты часто с ней общаешься?
Я рассмеялся:
— Ревнуешь, да?
— Еще как.
Я обхватил рукой ее хвост и потянул ближе, вглядываясь в ее безумно красивые голубые глаза:
— Мне не нужен никто, кроме тебя. Мы с Дарриан друзья, иногда переписываемся. Я только попросил ее пока не распространяться о нашем расставании — так проще и тебе, и мне. Она знает, что мы вместе, и искренне за нас рада.
— А что будет, если я уеду в Нью-Йорк, а ты в Сан-Франциско? — ее губы были так близко, что мой язык коснулся нижней губы, скользнув по ней.
— Моя Эвер, мне плевать, где ты живешь. Пока ты меня хочешь — я твой.
Я прижал свои губы к ее губам, и она застонала, выгибаясь навстречу мне. Но вдруг протяжный гудок заставил нас обоих вздрогнуть.
Эверли оглянулась через плечо и закрыла лицо руками:
— Боже мой. Миссис Форк наблюдала за нами.
— Ну, может, теперь она зайдет внутрь и «воткнет» мистера Форка, — ухмыльнулся я, игриво дернув бровями.
Она откинула голову назад и рассмеялась:
— Это было хорошо, хоккеист.