Навсегда семнадцать
Шрифт:
– Ты издеваешься?
– улыбнулся Уил и притянул меня как можно ближе к себе.
Наши тела соприкоснулись, и я могла ощущать его тёплое дыхание на своём лице. Мое сердце начало так громко стучать, что казалось, это слышат все окружающие. Либо от волнения, либо от близости с парнем оно себя так предательски ведёт.
– Когда я досчитаю до трёх, то участники должны поднять ноги. Раз... Два... Три...
Я подняла свою левую ногу, а Уил правую.
И почему ему нужно было именно меня притащить сюда? Ведь с координацией у меня точно проблемы.
– Мисс Уайт, мы выиграем. Обещаю,- прошептал мне на ухо Джонсон и глубоко посмотрел в мои глаза.
Боже... Он хочет, чтобы я точно грохнулась, раз ведёт себя так. Или ему нравится играть со мной подобным образом. Я ведь столько пересмотрела фильмов и сериалов про любовь, что малость разбираюсь в этой теме.
Этот парень провоцирует меня! И так все в горле пересохло, а он ещё что-то мило нашёптывает мне и смотрит своими чертовски красивыми синими глазами. Так, Эмили, возьми себя в руки и не поддавайся на провокации.
Одна пара уже успела выбыть, потому что парень не выдержал и упал вместе со своей девушкой. Остались четверо, включая нас.
Пока я так стояла в обнимку с Уилом, то успела нащупать его тело. Оно было накачанным и кубики явно присутствовали. Эх... Все парни думают, что девушек заботит только их денежное состояние и поведение. Но должна их разочаровать. Внешность тоже является критерием. Если девушка идёт сзади вас, то пялится на ваш зад, а в мыслях крутится вопрос, есть ли у вас пресс. Да-да.
– У тебя, кажется, слюнка потекла,- сказал Джонсон и заулыбался.
– Моя нога уже вся в мурашках. Вот-вот упаду,- заволновалась я и ещё сильнее сжала в своих объятиях "бойфренда".
– Осталось три пары!
– объявил ведущий.
– Мы близки к победе,- проговорил Уил и снова уставился на меня.
– Такие густые ресницы,- случайно произнесла вслух я и мигом покраснела.
Уильям лишь посмеялся, и я заметила его ямочки на щеках. Меньше всего я была сосредоточена на конкурсе, больше на самом Джонсоне. Ну, когда ещё мне представиться шанс вот так вот постоять с парнем? За семнадцать лет моей жизни это мой первый раз...
– Я и раньше приходил в этот парк. Тут часто разыгрываются различные призы, но всегда нужно участвовать вдвоем. Несправедливо ведь. А если человек одинок, а хочет тоже выиграть, к примеру, ящик колы... Вот и мне захотелось, поэтому подумал о твоей кандидатуре,-прервал молчание Уильям.
– Я уже поняла, что тебе так хотелось покататься на каруселях, выпить колы и запустить воздушного змея, малыш Уили, - съязвила я и чуть не потеряла равновесие, но Джонсон успел предотвратить наше падение.
– Это же весело!- крикнул он.
У меня создалось такое впечатление, что именно наш дуэт привлек больше всего внимания. Но я уже не могу... Мои ножки...
– Две пары! Осталось две! И кто же из них победит?- раздался голос ведущего.
– Ого... Мы и вправду можем победить,- пришла в удивление я, и это придало мне ещё больше сил, чтобы простоять так ещё чуть-чуть.
– Потерпи, Эмили.
Прошло минут пятнадцать или двадцать. И...
– У нас есть победители! Самые стойкие! И видимо самые влюбленные,- прокричал ведущий.
– Мы выиграли? Мы выиграли!- радостно завопили мы с Уилом.
Я настолько была взволнованна победой, что перестала контролировать себя и просто прыгнула в объятия Джонсона. Он успел подхватить меня и крепко сжать мое тело. Когда я пришла в сознание, то стало так стыдно, и я медленно отстранилась от него.
– Ваши призы,- сказал ведущий и отдал нам обещанное за победу.
Нам аплодировали и говорили, что мы хорошо смотримся с этим придурком. Кто-то даже сфотографировал нас.
– А теперь побежали запускать воздушного змея,- произнес Уил и его глаза так засверкали, словно в них зажёгся огонек.
Мы пошли с ним на открытую поляну, достали из упаковки наш приз и приготовились запустить его высоко в небо.
– Я подкину, а ты беги,- произнес Уильям и принялся делать задуманное.
Я даже не успела что-либо ответить, как он запустил воздушного змея, а мне пришлось быстро бежать, чтобы поймать ветер.
И почему-то мне было тогда так весело, что улыбка не сходила с лица. Уильям бежал рядом и тоже смеялся. Мы были как будто на одной волне, которая распространялась только на нас. Ничего не говорили, но были счастливы.
Но недолго мне позволили радоваться. Моя болезнь напомнила мне о том, что я не имею право быть счастливой. Голова закружилась, ноги стали ватными, и я рухнула на газон.
– Эмили!- испугался Джонсон.
Он кинулся ко мне и навис над моей головой.
Я засмеялась. Да, никто не должен знать правду. Так будет лучше.
– Смеешься надо мной? Я чуть душу не испустил,- взволнованно проговорил Уил и вытер капельки пота со своего лба.
– А нечего заставлять девушку бегать! Ноги из-за тебя уже ноют.
– Пойдем присядем на лавочку и поедим,- сказал Уильям и помог мне встать.
Мы сидели и ели бутерброды, которые Джонсон принес с собой в корзинке.
– Сам готовил?- поинтересовалась я.
– Купил. Когда-нибудь и сам приготовлю для тебя,- с ехидной улыбкой произнес он.
Мы говорили о школе и о семье. Мне было комфортно Уильямом, несмотря на наши различия. Оказывается, он живёт только с отцом, а мать ушла от них, когда Уилу было всего десять лет.
– В то время я жутко злился и даже пытался возненавидеть ее. С годами я стал понимать, почему она так поступила. Отец вечно пропадал на работе и совсем не уделял ей внимания. Уходил рано, приходил поздно. Сухое "доброе утро" и пятиминутный секс в миссионерской позе по вечерам. Ещё и десятилетний спиногрыз на ее шее был. Мама просто не выдержала и выбрала самый лёгкий путь - сбежать подальше. Я даже не пытался ее найти, потому что был дико зол. Она могла уйти от отца, но поддерживать связь со мной. Но в день, когда она бросила его, отказалась и от меня...
После Джонсон замолчал. По нему видно, что вспоминать все это слишком болезненно для него.
– А моя мама стала фанатиком церкви и слетела с катушек. Папа же нашел лучшего друга и компаньона на всю жизнь - алкоголь. Приходит каждый день под градусом и орет. Утром просыпается и ничего не помнит,- впервые так спокойно выложила все карты я перед кем-то.
– Живет настоящим и не держится за прошлое,- засмеялся Уил и я вместе с ним.
– Да... Как-то печально все,- подвела итог я.
Становилось прохладно, и мой кардиган уже не согревал меня. Джонсон заметил, как мои губы посинели, и решил вернуться в машину.