Навязанная девочка
Шрифт:
Что? У меня челюсть отвисает от такой наглости.
– Что? – сиплю вслух.
– Давай без этой ложной скромности, – фыркает Булат тихо. На губах его играет ленивая улыбка, но в глазах появляется раздражение, от которого мне, мягко говоря, становится не по себе, – Подружки твои все определились, – он коротко кивает в сторону девчонок, – Тоже сейчас разбредутся. Или в машину хочешь? – выгибает густую бровь.
Во мне столько всего разом закипает, что только дышу драконом и не могу ничего внятно сказать. Врезать бы пощечину этому мудаку. И за наглое предложение, и за явный намек, что сделано оно по остаточному принципу. Даже не знаю, что меня задело больше, только чувствую, как ладонь нестерпимо зудит от желания отхлестать одного "Митрофана" по заросшим щетиной щекам.
Но страшно! Мы в лесу. Одни с девчонками в незнакомой компании. Бить малознакомого мужика при таком раскладе как минимум не очень умно…
Пока лихорадочно соображаю, как послать Булата и не отхватить в ответ, он, очевидно не так истолковав мое замешательство, хмыкает и кладет мне руку на колено, обтянутое джинсой. Гладит с нажимом, отводя ногу в сторону, и ведет пальцами вверх по внутренней стороне бедра к самой промежности.
Я вздрагиваю и как ошпаренная вскакиваю с бревна.
– Ладно! Всем спокойной ночи, я пошла. Одна! – буквально выкрикиваю на всю поляну.
Булат сощуривается то ли удивленно, то ли недовольно. Вероника пьяно хлопает глазами, а Егор снова падает со своего складного стула, переключая внимание присутствующих на себя. Пользуюсь моментом. Разворачиваюсь на пятках в попытке сбежать под дружный пьяный смех.
И застываю от мысли, что Булат, раз уж он такой самоуверенный, может воспринять мое бегство как приглашение. Сейчас еще следом пойдет…
– Ник, можно мне ключи? Я в машине твоей посплю, – поворачиваюсь к подруге.
– Зачем? Почему? – Вероника хмурится, не понимая.
– Не хочу в палатку. А то… комары здесь очень назойливые. Боюсь от таких ни один спрей не поможет. Дай ключи пожалуйста.
– Ну ок…– подруга протягивает ключи.
Сбегаю, больше ничего объясняя. Запираюсь в машине, раскладываю до упора переднее сидение и, укрывшись курткой, твердо собираюсь спать.
Спать, а не слушать веселые, пьяные голоса, долетающие с поляны. Кажется, все еще больше оживились, стоило мне уйти. Даже обидно как-то… Будто я мешала.
Заливистый смех девчонок, гитарные переборы, басовитый хохот мужиков. И мне так одиноко в машине одной, что хочется реветь…
Последний вечер моей свободы просто невыносим. Ужасен.
И конечно никакой Булат за мной не пошел. Он и пристал-то от нечего делать, очевидно же. Егор забил Веронику, Адам Милу, и ему пришлось так топорно клеить меня. Будто одолжение делал… Бородатый мудак.
Ворочаюсь на своем неудобном узком ложе, стараюсь не прислушиваться к хмельному веселью остальных. И наконец умудряюсь задремать.
Будят меня позывы в туалет. Сажусь со стоном, потягиваясь и разминая затекшие конечности. Костер уныло догорает на полянке, тускло сверкая незатушенными до конца углями. Вокруг никого.
Улеглись?
Накинув куртку, выпрыгиваю из машины. Поежившись от ночной прохлады, горблюсь и бреду к лесной кромке, присматривая кусты. И, чуть приблизившись к палаткам, замираю. Потому что из обеих раздаются характерные шорохи и стоны. Такие, что озноб мигом пропадает, а кожа начинает жарко, стыдливо гореть.
Глава 4.Наташа
Я далеко не наивна. В наш цифровой век это в принципе невозможно начиная лет с семи. Но одно дело случайно (ну ладно, специально, но чисто из научного интереса и желания расширить кругозор) включить порно и, краснея до кончиков ушей и тахикардии, тайком посмотреть запись, и совсем другое услышать хриплые, сдавленные стоны в реальности.
– О, боже-е-е, о-ох, – неразборчиво тянет женский голос из дальней палатки, и я полностью согласна с его обладательницей, хоть и не признала ее.
О…Боже!
Отшатываюсь. Нервно вжикаю собачкой на молнии моей куртки до самого конца, чуть не прищемив себе подбородок. И сама пугаюсь громкости этого звука. Сердце стучит где-то в горле, и странное возбуждение мурашками ползет по коже. Я так близко сейчас стою к нашей с девчонками палатке, что слышу каждый шорох и в ней. Там какие-то переговоры возбужденным шепотом, возня…Вот только чьи именно доносятся голоса разобрать не могу.
Обе палатки расстегнуты. Если пройти мимо, можно просто повернуть голову и…
И ничего. Вряд ли я что-то увижу в царящей вокруг темноте. Догорающие угли тускло освещают полянку, но не более.
Да я и не хочу это видеть! Ведь не хочу, да?!
Сунув руки в карманы куртки и спрятав подбородок в высоком вороте, на цыпочках медленно пересекаю поляну. Я бы могла обойти, но… Меня тянет как магнитом хоть одним глазком попробовать подсмотреть. Я просто поверну голову и все!
Затаив дыхание, замедляю шаг у нашей с девочками палатки. Там, где переговариваются… Поворачиваюсь и в густом полумраке выхватываю обрывочную картинку.
Два человека, кажется, полностью одетые, лежат на боку лицом друг к другу. Крепко обнимаются. Мужчина пылко прижимает девушку ближе, силком закидывает ее ногу себе на бедро. Та в ответ жарко мямлит что-то, уворачивается и одновременно льнет к чужому телу. Мне видно далеко не все, но их ноги почти высунуты из приоткрытой палатки, и о многом судить легко.
– Нет… Не надо… Я не могу…– и столько томления в этом едва уловимом шепоте. Столько мольбы и одновременно ласки, что меня кидает в лихорадочный жар.
Низ живота болезненно тянет, внутри зудит. И стыдно… Так стыдно, что подслушиваю.
– Ладно, я не буду, просто полежим, – бормочет ласково мужчина в ответ, шумно дышит.
Делаю беззвучный шаг от них. Один, потом другой. Это Мила и Адам. Я узнала их. Щеки мои горят.
Бесшумно ступаю дальше. Впрочем через пару метров в этом уже нет необходимости, потому что из палатки, которую ставил Булат, звуки доносятся гораздо более громкие.
– Ох, да, тебе же нравится, да? Нравится со мной, да? – лопочет, постанывая грудным голосом, девушка.
Мужчина в ответ молчит, но ритмичные шлепки сталкивающихся тел и без того слишком красноречивы.
На секунду прикрываю глаза, качнув головой. Вероника. Видимо с Егором. Он ведь был так пьян! Фу…
В этот момент испуганно озираюсь по сторонам, подумав, а где же тогда Булат?!
Вот черт! Не хватало еще наткнуться на него!
Но взгляд падает на их джип, стоящий в отдалении, и я немного успокаиваюсь. Спит, наверно, как и я, в машине. Что же ему еще делать…
Немного успокоившись, крадусь дальше. Любопытство прожигает насквозь. Я только одним глазком… Вытягиваю шею, чтобы заглянуть в палатку мужчин, и в шоке от увиденной картины застываю.