Чтение онлайн

Положив девушку на кровать, он стал гладить ее по волосам, любуясь лазурью глаз и чуть приоткрытыми губами. Сауэл вздохнул с сожалением. Не узнав все о своей жене, он не мог прикоснуться к ней. Да и как коснуться, если всего лишь час назад она была юной шестнадцатилетней девушкой? А сейчас он обнимал девушку примерно лет восемнадцати, и, судя по магической нестабильности тела, его жена должна пройти инициацию. Как жаль, что совершенно не было времени для того, чтобы узнать друг друга лучше.

— Айрин… Это твое настоящее имя?

— Не знаю. Сколько себя помню, меня так называли и родители, и брат, и сестра-близняшка.

Последнее слово Айрин сказала с трудом. Видно, пришло осознание, что они с сестрой вовсе не близнецы. Она с болью в глазах посмотрела на некроманта. Обняв, он прижал ее к себе и, хватая всхлипы жены, собрал губами крупные слезинки на бледных щеках.

— Всему есть объяснения, и мы их обязательно узнаем. Я ведь тоже до последнего не знал, что связан узами брака. Родители подыскали подходящую по статусу девушку, и вот, стоя в родовой часовне, мы все узнали, что мое плечо уже отмечено меткой грифона. Видела бы ты как свирепствовал родовой дух! Вышвырнул нас, и двери магией замуровал. Все были в шоке… Только вот дело в том, что я в глаза не видел свою суженную. Долго ломал голову, раскладывал по полочкам свою жизнь и пришел к выводу, что не помню лишь один момент из прошлого — когда, возвращаясь после практики домой, теряя сознание от потери крови, доехал до родовых владений, а дальше словно кто память стер. Мне тогда было шестнадцать лет, а тебе, получается, года два.

Сауэл замолчал, наблюдая, как по лицу жены вновь поползли морозные узоры, а ее губы покрыла синева. Дальше тянуть было нельзя: магия холода могла запечатать в своем плену горячее сердце жены навечно.

— Шел бы ты туда, откуда прибыл. Не при тебе же мне с женой спать, — выговорил он ирбису.

Фамильяр поднялся, посмотрел на хозяйку, фыркнул и в прыжке исчез в пространстве.

Скинув с себя халат, некромант подхватил подол нежной шелковой сорочки и потянул кверху. Отбросив ее в сторону, с восхищением замер, любуясь острыми торчащими маленькими грудками и нежно-розовыми ореолами вокруг вершинок маленьких сосков.

— Айрин, — со сдавленным стоном проговорил он и нежно захватил губами сосочек, утопая от блаженства.

Он сминал рукой упругую попку, прижимая ее к своей возбужденной плоти, давая девушке шанс хоть немного привыкнуть к нему. Только привыкать времени совсем не было. Морозный узор пополз по кровати и уже перекинулся на стены. Сауэл завис над женой.

— Айрин… Примешь меня?

Ведьмочка, проваливаясь в беспамятство, молчала. Ее голова металась по подушке.

— Айрин! — выкрикнул Сауэл, лихорадочно покрывая ее лицо и тело поцелуями.

В какой-то момент он отстранился, догадавшись, что девушку что-то сдерживало, и разгадка, скорее всего, крылась в ее прошлом. Вскочив с кровати, некромант чуть не поскользнулся на морозном узоре.

Он кинулся к комоду, открыл верхний ящик, схватил тонкий ритуальный нож, подбежал обратно к кровати, взял холодную руку жены и прошелся острым лезвием по ее пальцу. Капли крови с неохотой проступили на белой коже. Слизнув их, Сауэл закрыл глаза.

«Санрай сихт арзаахт», — слетало с его губ раз за разом все громче и громче.

Призыв на крови родственной души из-за грани был одним из самых трудных и опасных, но выбора не было. Сауэл ясно увидел, как из-за черты невозврата переступила бестелесная женская фигура. Душа молодой женщины гневалась за нарушение покоя, но вопрос некроманта заставил ее обомлеть.

— Прости, не хотел тебя тревожить, но мне нужна твоя помощь. Моя жена не хочет принимать мою магию, она медленно умирает. Помоги нам! Посмотри своими глазами на ту, что сейчас лежит возле меня.

Некромант распахнул свою душу, давая возможность душе незнакомки влиться в его тело и посмотреть его глазами на мертвецки-бледное тело ведьмочки.

Могильный холод, пройдясь осколками льда по телу, рванул к глазам. Сауэл, простонав, распахнул ресницы. Теперь его телом полностью завладела чужая душа, и она руководила им.

— Эйлихан! Доченька, — сорвалось с его губ. Дрожащая рука нерешительно потянулась к светловолосой девушке. Слезы застелили глаза и полились дорожками по щекам. Боль разлуки горела пламенем в его груди. — Девочка моя… Моя белокурая красавица… Как же ты выросла, расцвела. Прости, что тебе пришлось видеть, как нас убивают… Мне так жаль, что я не подарила тебе своего материнского тепла, своей любви. На твоем плече брачная метка в виде грифона. Это значит, что кормилица тебя смогла спрятать и нашему убийце не удалось воплотить свой план. — Сауэл прикоснулся губами ко лбу жены. — Благословляю тебя, моя доченька, будь счастлива.

Душа матери Эйлихан выскользнула из тела некроманта и медленно направилась за грань невозврата.

«Спасибо за то, что подарил возможность прикоснуться к дочери. Запомни: она ведьма севера. Произнеси ее имя, и она отдаст тебе свою магию холода. Торопись», — исчезая, прошептала женщина.

Некромант упал. Ему потребовалось время, чтобы прийти в себя и успокоиться после перенесенной боли. Вытерев руками мокрое от слез лицо и успокоив тяжелое дыхание, Сауэл стал покрывать ледяное тело жены поцелуями.

— Эйлихан… Примешь меня?

Проговорив эти слова, Сауэл замер, зависнув над девушкой в ожидании. Какая-то непонятная сила разбудила ведьмочку, и ее покрытые инеем ресницы с трудом распахнулись.

— Приму, — едва слышно прошептала она.

Магия рванула в тело некроманта. Стиснув зубы, Сауэл стерпел силу холода и вернул назад в тело жены. Морозные узоры заспешили и выползли по кровати и стенам на улицу. От каждого толчка в теле ведьмочки они расползались все дальше, торопливо покрывая инеем зеленую листву, деревья, камни и спелые грозди винограда, захватывая в свои холодные владения все, что попадалось на их пути.

Дыхание Эйлихан и Сауэла стало одним на двоих. Жар тел нарастал, чтобы в момент обоюдного наслаждения взорваться хлопьями.

Белый пушистый снег покрывал все пространство вокруг, даря жителям окрестностей сладкие, счастливые сны, и лишь в комнате некроманта слышался шепот.

— Эйлихан, примешь меня?

— Приму, — шептали губы счастливой девушки, когда она принимала в себя магию огня.

Лед и пламя, встретившись, зашипели друг на друга. Некромант позвал их за собой, мысленно прокладывая пути под землей мертвой магией.

Бежит, смеясь, ледяная магия, гонит перед собой тварей из низшего мира. Вылетают они из земли в ужасе и застывают с искаженными от страха мордами. Лед навечно сковывает их тела.

Одиноко огню без ледяных снежинок. Бежит он следом по проложенным ходам, окутанным сверкающим льдом, набрасывается с жадностью на ледяные изваяния, пожирая мертвых чужеродных существ.

Далеко ведет свои пути некромант. Замирает у источника силы грифона, испещренного ходами тварей из низшего мира, и понимает, откуда пролезли в наш мир существа, принесшие столько горя людям.