Чтение онлайн

Сэмми Вернер смотрел на хорошо одетого мужчину, прогулочным шагом идущего по улице. Подойдя к разбитым воротам дома Вернеров, он остановился. Опираясь на трость, человек созерцал огонь. Длинная день по изгибающейся дуге скользнула над Сэмми и его сестрой, а потом исчезла. Но она вернулась опять и на этот раз Сэмми посмотрел наверх, ожидая увидеть огромные крылья летучей мыши под звездным частоколом. Это был дракон. Существо накренилось и пошло на посадку чуть в стороне от Энтериха. Это был не Ловфир.

– Удачно?

– Никаких следов, никаких намеков. Линия должна быть погашена, – дракон излучал удовлетворение. – Потраченное время в эту ночь окупится. Стадо забито, а мелкие конкуренты не найдут никаких союзников. Они жгут. Все везде горит. Разве пламя не замечательно?

– Возможно, – ответил Энтерих. – Я боюсь шума, отголосков происходящего сегодня по всему миру. Все выходит из-под контроля и, в результате, хаос может потребовать высокую цену.

– Безрассудство. Но к рассвету мы будем уже далеко.

Дракон расправил крылья.

Сэмми спрятал лицо в ладонях. Несмотря на опыт, Твист был подавлен детским ужасом и тоже прятался. Сознания мужчины и мальчика съежились от страха.

Со стороны зверя раздался оглушительный стон. Возможно, это был ветер, появившийся от удара крыльями зверя или это могло быть шумом толпы. Или два разных звука сплелись в один. Сэмми любил символы, и драконы были одними из лучших. Они были мощными, сильными и опасными. Они были стихийными существами, что Твист представлял себе воплощением хаоса. Когда он, набрав достаточно мужества, поднял голову, чтобы посмотреть на дракона еще раз, тот уже пропали, так же, как и человек, как будто их никогда здесь не было. Может быть, их тут и впрямь никогда не было.

Но его родителей уже не было на самом деле. Брата тоже. Только воспоминания о них остались в его сердце.

Тощий старый индеец стоял перед ним. Воющий Койот.

– Ты отдал бы жизнь, чтобы увидеть, что они снова живы?

Подумав немного, Сэм пожал плечами:

– Что из этого выйдет хорошего? Им бы не понравилось, каким стал мир. Рано или поздно они бы снова умерли, и мне пришлось бы во сто крат хуже. Один раз они уже умерли. Пусть покоятся с миром.

– А если бы у тебя была сила, чтобы изменить мир, чтобы сделать так, как хотели бы того они? Была бы тогда разница?

– Нет. Они заслужили покой, – Сэм поднялся. Сейчас он снова стал просто Твистом, хотя малютка Дженис все еще ютилась под его рукой. – Но я бы в любом случае постарался изменить мир. Мы все обязаны менять все вокруг к лучшему, для себя и наших семей. Мы должны делать все, что можем, чтобы сделать мир лучше.

– Лучше для твоих целей?

– Лучше для всех.

– А что скажешь о цене?

Сэм посмотрел на тела родителей. Они исчезали, так же, как исчезал город. Даже малютка Дженис исчезала.

– Разве я могу заплатить меньше, чем это сделали они, чтобы отстаивать свои убеждения?

– Очень легко, – серьезно сказал шаман. – Большинство людей не выдерживают и платят, когда доходит до дела.

– За все есть цена. Рано или поздно ее придется платить любому.

– Эй, эй, щенок, может быть для тебя надежда еще не потеряна. Это первый шаг в танце, – Воющий Койот вскочил и поковылял прочь. – Или это был последний раз? Я забыл. Я старый человек, знаю.

Сэм печально покачал головой и последовал за шаманам навстречу рассвету.

Глава 29

Иногда туннель в потустороннее проявлялся в других формах, хотя природа его оставалась прежней. На этот раз он предстал в виде живой трубы с морщинистыми стенами пронизанной кавернами, выглядящими мягкими и вроде как излучающими тепло. Запах, пронизывающий туннель можно классифицировать как слегка затхлый. У Сэма появилось ощущение, что он оказался в чьей-то глотке, и это заставило его чувствовать себя немного неудобно.

Он прощупал путь впереди с помощью ощущений. Страж, дежуривший на пороге, как всегда, оказался на своем месте. Как и туннель, он не всякий раз выглядел одинаково. Когда-то его с помощью неизвестного колдовства извратил злой вендиго, пытающийся не пустить Сэма в мир тотемов. Тогда Сэм столкнулся со своими страхами и, чтобы преодолеть барьер, ему пришлось победить вендиго. Тогда он узнал кое-что о Страже и полагал, что может узнать, что он такое на самом деле, а значит, представить его в нормальном виде, как оно и должно быть.

Сэм обнаружил, что Страж ждет его. Хоть форма была не привычной, Сэм понял, что сейчас тот в нормальном состоянии. На этот раз Страж проявился как препятствие движению. Сталактиты висели неровными рядами, соприкасаясь с сталагмитами. Капала слизь, забрызгивая их, вызывая ощущение, что это челюсть некоего голодного плотоядного зверя.

Понадеявшись, что у Воющего Койота найдется пара советов, Сэм повернулся к нему. Как и раньше, проявление старого шамана его удивило. Здесь, в астрале, Воющий Койот все еще выглядел стариком, обветренным и тощим, как в материальном мире. Сэм ожидал, что такой сильный шаман будет выглядеть получше... ну, более внушительнее. Шаман сидел на камне, торчавшем из стены пещеры, прислонившись к стене. Предпринять этот поход была идеей Воющего Койота, так что явное отсутствие интереса старика раздражало Сэма.

– Что ты делаешь? Почему сидишь?

Глаза шамана закрыты, лицо спокойно. Он пожал плечами.

– Жду.

– Я думал, мы собираемся найти Собаку.

– Не мы. Ты. Собака твой тотем, а не мой, и ты должен найти свою правду.

Сэм смутно почувствовал себя преданным. Это был первый раз, когда он собирался целенаправленно просить об услуге у своего тотема. Воющий Койот, должно быть, делал это постоянно. Почему шаман не хочет помогать ему?

– Говоришь, я должен идти туда один?

В руке шамана материализовалась трубка. Он немного попыхтел ей и ничего не сказал.

– Если ты не собираешься идти со мной в потустороннее, зачем утруждал себя, забравшись так далеко.

– Подумал, что потренироваться мне не помешало бы.

Само собой, это не настоящая причина, но Сэм не собирался давить на него. Наверное, своего рода тест.

Когда он повернулся обратно к Стражу, увидел, что «зубы», пока он разговаривал с шаманом, сблизились. Но Сэм остался на месте. Несколько месяцев назад такой незначительный эффект смещения значительно расстроил бы его. Сейчас же он встал покрепче, столкнувшись с дисгармонией скалы, и стал ждать.