Чтение онлайн

Исцеление – это магия, которая позволяет организму восстанавливаться за короткий промежуток времени. Магия исцеления может заживлять, выводить вредные вещества, ускорять регенерацию, сращивать кости, определять болезнь, беременность и др. Магистр Биатан, целитель, он очень хочет, чтобы я попала на его факультет. Он был одним из членов комиссии, который видел мои воспоминания, он даже предложил, мне сразу переводиться на второй курс к нему, но я пока не спешу с этими выводами. Деканом первокурсников является Лабенский, он говорит, что не нужно торопиться с выводами, если время еще есть, можно продумать все досконально, чтобы потом не жалеть.

В коридоре голоса, кто-то смеется, кто-то ворчит, а где-то хохот.

– Чтож ты молодец такой, смотришь на кость горой? – указывает зеленная иллюзия на «сестру». Боги, да это же моя болотница. Ректор говорил, что она у него в кабинете. Я не знала, что она разговаривать умеет. Кость горой? Это к чему? Худая что ли, - озадачилась я. А разве так говорят?

– Да не девица ведь она, хуже ведьмы, это – та, - снова указала своим пальчиком на Анет. Она злилась, готова была всю свою желчь на мою красотку излить, но болотница моя живуча оказалась. Потом переключилось мое творение на спутника «сестры».

– Смотри, Милок, погодка-то какая — осень, птички поют… Может, вспомним молодость, в травке поваляемся? – говорит она спутнику Анет. Сестра зеленеет, тот багровеет.

– Правильно поняла меня твоя спутница, смотри, - указала она на нее, - совсем как я становлюсь, цвет меняет. Если еще на косточки твои нарастить чегось, будешь чуточки я, но не я. Я всегда лучше. Идите оба, - прогоняла их болитница, - одна костлявая, другой болезный, такие мне не нужны. И гордо прошествовала мимо. В коридоре все веселились, «сестра» злилась.

– Кто создал это чудище? – кричала она.

– Этому чудищу лет 6 вроде, ректор, откуда то привел, чудит она временами, но невзлюбила она тебя первой за все это время, - стали объяснять все. – Развеять не получится, у нее защита такая… - мечтательно сказала девушка. Анет пыхтела, хотела на кого-то свою злость сорвать, но не могла найти жертвы, я решила быстрее дверь закрыть, пока меня не заметили. В комнате я дала волю хохоту, это болотница пытается фольклор цитировать, Баба Яга, что ли? Может, стоит ее поменять или напарницу создать? – ухмылка появилась на моих губах. Идея хороша конечно, подумаю над этим.

– Эй, девица-краса, не смотри ты на козла! Я тебе совет даю, а ты следовай ему! – услышала я следующий выверт этой девушки. Парень возмущался

– Даже ее чем-то обидел, раз козлом обозвала, - услышала я реплику. Кто-то хихикал, кто-то смеялся. Весело сегодня в общежитии.

– Эй, магистр Данир, ты влип! Но ты тут уж без обид. Брат совет хороший даст, а девчонка наподдаст, - сказала умную мысль, это хулиганка. Мне конец, подумала я. В коридоре настала изумительная тишина.

– Что? – услышала я возмущенное. – Малькольм! – требовательное.

Я думаю, это была последняя речь на сегодня. Концерт закончен, а мне так хотелось услышать умную вещь. Ведь это творение знало, о чем говорило. Главное, откуда? – заинтересовалась я.

Еще немного посидев за книгами, я уснула, сама не заметила как.

Сон опять странный приснился, будто я уснула за столом с книгой в обнимку, но меня аккуратно взяли на руки, крепко прижали к широкой и горячей груди, прижали крепче к себе, не отпускали, лишь через некоторое время меня уложили на мою кровать. Мне даже мысль в голову пришла, что она слишком маленькая для нас двоих. За мной наблюдали, даже поцеловали, но поцелуй был такой быстрый, что во сне я возмутилась. Возле меня сидели, меня изучали, обнимали, обводили конторы лица, внимательно изучали губы, надавливали, очень легким поцелуем прикасались, словно дразнили. Ощущение сна прошло, все исчезло, мне даже грустно стало, я проснулась.

– Это только мне такие сны, странные сняться? – спросила я себя.

Утром я проспала, я еще никогда так быстро не собиралась. Взяла первое попавшееся платье, одела, собрала волосы, побежала в столовую. Ингрид мне махнула, кто-то очень умный, благослови его Боги, взял для меня завтрак. Также быстро я поела, только теперь, я могла оглядеться. Все что-то обсуждали, смеялись, недалеко от нас было несколько преподавателей, они тоже что-то обсуждали, смеялись. Магистр Данир хмурым взглядом смотрел в нашу сторону, точно, он смотрел на меня. Не знаю, что заставило меня, но я ему так весело и открыто улыбнулась, что его немного переклинило, даже подавился бедненький, преподаватели тоже заинтересовались этим, посмотрели на нас, мы все им кивнули, продолжая наблюдать за оживлением в столовой. Никто никуда не спешит, а занятия скоро начнутся.

– Что за оживление? – решила все-таки уточнить я.

– Ты что, не знаешь? – удивленно спросила я. Я покачала головой, что ничего не знаю, но узнать очень хочется. – Вчера вечером в общежитиях было так весело, местная знаменитость вчера нескольких любителей так обласкала, диву давались, даже магистру Даниру досталось, многие гадают, почему! Появилась первая леди, которую невзлюбили, обычно доставалось только парням и то не всем, а тут леди, которую прозвала не девицей. Многие гадают, это так к слову пришлось или на самом деле. Если правда, репутацию ей не восстановить, парни никогда серьезно не посмотрят на нее, с ней водиться, себе хуже делаешь. Конечно погулять или еще чего-то, на это спрос у нее будет, но пойти дальше, на это пойдут единицы, статус не поможет, высшее общество всегда помнит о таких промахах, при каждом случае будет напоминать об этом. Одно дело, когда замужем, другое – такая вот девочка.

– А имя у местной знаменитости есть? – за столько лет, должны были придумать.

– За шесть лет, конечно придумали - Цветочек, - гордо сказала Ингрид. Остальные были в таком же состоянии, что и я. – Просто, ее кто-то увидел со спины, сказал: «Это какой тут цветочек стоит?», но когда повернулась, следующие слова застряли. Иллюзия красива, многие парни, согласны были приударить за ней, но сами понимаете… Прикрепилось это имя, так и называют, Цветочек.

Вторая неделя учебы началась с улыбки. Всю лекцию магистр Данир смотрел на меня с выжиданием, но я не собиралась нечего предпринимать, сегодня так точно. Мне показалось, что в конце лекции, он облегченно вздохнул. Вторая лекция прошла успешнее, история мне нравилась, а тут еще магия, магистр хорошо знал свой предмет, слушать его было, большое удовольствие.

В столовую мы шли вместе с Ингрид, Тианом, Андрином и Лией, мы весело переговаривались, день вызывал улыбки. Но видимо были те, кому эти улыбки не нравились. Сначала я не придала внимание тому, что я оступилась, но Тиан меня поддержал, затем был сильный поток ветра, но в здании, такого быть не может, значит, кто-то магичит. Ветер закружил вокруг меня, поднял подол платья, а там оказались тонкие штанишки, вроде ласин, народ хотел зрелищ, но его не оказалось. После я почувствовала, что лечу, лечу именно в стену на большой скорости. Я уже представляла, сколько травм получу, сколько времени потеряю в лечебной крыле, но свершилось чудо, по-другому я не могу назвать произошедшее. Вспыхнул портал, погас, опять вспыхнул передо мной, я в него влетела, а если быть точнее, влетела в объятья Элкалара. Меня обняли, сразу стали осматривать, затем посмотрели на меня долго, боязно, с опаской.

– Мира, ты не пострадала? – дрожащим голосом меня спросили.

– Нет, - ответила я, - но могла, - закончила свою мысль.

– Боги, я только ее обрел и чуть сразу не потерял, - сиплым голосом говорил магистр. Я расслышала его, но все еще не могла осмыслить его слова. Меня саму немного колотило, шок отступал, дрожь настала. Я испугалась, только теперь я смогла это осознать, а еще меня спасли за секунду до «встречи» со стеной. Пока я приходила в себя, меня все еще обнимали, взгляд блуждал по моему телу, возвращался к лицу, потом опять скользил по моему телу, опять возвращался к лицу, в этот раз его взгляд стал меня очень напрягать, в том смысле, что теперь я сама начинала понимать в каком положении сижу, как близко и какие последствия могут возникнуть. Меня тянуло к нему, тянуло сильно и болезненно, словно он моя жизнь, мне хотелось попробовать на вкус его сильные и чувственные губы, узнать, они такие же нежные, горячие или еще лучше, смотря на него, я облизала свою губы. Кажется я услышала рык, а потом, потом был поцелуй, голодный, страстный, быстрый, в нем не было ни капли нежности, был жгущий голод.