Чтение онлайн

Светка тоже вдруг замолчала, и Сява попытался разрядить обстановку:

— Девчонки, вы чего совсем загрустили? А ну ударим в бубен пьянства и разврата! — пошутил он и, посмотрев на девушек, громко рассмеялся. — Да вы расслабьтесь! Что пить будем?

— А что есть? — в унисон спросили Света с Лялей.

— Бар я вам уже показал. — Сява кивнул в сторону стойки. — Выбирайте что хотите. Да, лед в холодильнике.

Девушки зашли за стойку и начали рассматривать спиртное. Ляля остановилась на мартини, а Света сделала себе джин с тоником. Вновь вернувшись к ребятам, которые поудобнее расположились на диване, они увидели на компакт-диске ровненькие дорожки белого порошка. На стеклянной поверхности журнального столика лежал маленький целлофановый пакетик, перевязанный ниткой.

— Вау! — восхитилась Светка. — Да здесь не меньше грамма!

— Два без малого, — гордо уточнил Сява. — Чистейший кокаин. Будете?

Ляля отрицательно покачала головой и глотнула мартини. Она не слыла занудой-моралисткой, просто никогда не пробовала, да и начинать ни к чему.

— А я не откажусь, — согласилась Света.

— У тебя есть сотка? — спросил Сява у друга.

— Сейчас посмотрю. — Кирилл запустил руку в задний карман и достал оттуда несколько аккуратно сложенных купюр. Выбрав из них стодолларовую, он протянул ее Сяве. Тот хорошенько расправил банкноту, положил ее на ладонь и начал скручивать в трубочку.

— А почему не сто рублей? — спросила Ляля, заметив, что среди купюр были не только «зеленые».

— Потому что так вкуснее, — констатировал Сява. — Ну что, поехали?

Он засунул трубочку в ноздрю и быстро отправил кокаин в нос. От порошка на поверхности диска остался белый след, который Сява подобрал мизинцем и втер в десны. Кирилл и Света сделали то же самое. Ляля попивала свой мартини, с интересом наблюдая за происходящим. По телу разливалось приятное тепло. Напряжение таяло. Откинувшись в мягкие пуфы дивана, она отвела глаза в сторону и наткнулась на забавный портрет: незамеченный доселе чернокожий музыкант со всей мочи дул в трубу. От прилагаемых усилий его глаза буквально вываливались из орбит. Причем с каждой минутой этот эффект усиливался.

Еще с минуту все молчали в ожидании прихода, после чего Сява встал и включил быструю музыку.

— Кажется, тыркнуло!

— Да, аптечный продукт! — похвалил порошок Кирилл. — А тебя-то как зовут? — Он перевел взгляд на Лялю.

— Ляля.

— Ляля? Это имя или кликуха? — усмехнувшись, полюбопытствовал Кирилл.

— Ляля — это сокращенное от Людмилы, — обиженно пояснила она.

— Да ты не дуйся, я просто такое смешное имя первый раз слышу. И чем ты, Ляля, занимаешься по жизни?

— Музыкой, — спокойно ответила девушка.

— Да-да, она классно играет! — вклинилась в разговор Света.

— И на чем ты играешь, если не секрет?

— Не секрет, на фортепиано.

— О-о, ты у нас Паганини в юбке? — сострил Кирилл.

Услышав такое, Ляля поперхнулась и долго не могла откашляться. Кирилл удивленно посмотрел на Светку:

— Что это с ней?

— Паганини — это скрипач, а она — на фортепиано, — снисходительно пояснила Света. — Вот было б тут у вас фоно, она бы показала класс.

— А, один хрен, — махнул рукой Кирилл. — Скажите лучше, куда отдыхать ездили?

— Нам некогда было — мы поступали, — ответила за себя и за Лялю Светка. — А вы?

— Я в Египте две недели жарился, а Сява, — в этот момент приятель Кирилла, пританцовывая, прохаживался по комнате, — в Лондон мотался английский подтягивать. Ну, с Лялей все понятно — она скрипачит… э-э-э… играет, в общем, а ты куда поступила?

— Я в универ на эколога. А вы, помнится, тоже учитесь?

— М-м… учимся. — Посмотрев друг на друга, ребята рассмеялись. — Нас преподаватели только два раза в год видят — когда мы им в зачетке деньги приносим.

— Так вы работаете? — переспросила Ляля.

На этом месте они рассмеялись еще громче.

— Не, веселая у тебя подруга! — загоготал Сява. — Ее послушать, так мы прям стахановцы!

— Джиджаз! С нашими предками, Лялечка, работать в этой жизни не обязательно! — заключил Кирилл.

Ляля умилилась, заметив, что Кириллу свойственно прибавлять букву «Д» к некоторым словам. Широкая улыбка озарила ее лицо. На протяжении недолгого разговора Сява успел сделать по комнате такое количество кругов, что у дующего в трубу негра зарябило в глазах. Мимоходом он сделал музыку еще громче, и разговаривать стало совершенно невозможно. Ляля встала и отправилась к встроенному в стену шкафчику, чтобы долить себе мартини. Света решила присоединиться к Сяве, и они слились с хаус-ритмом. Казалось, что остановить их в этот вечер уже ничто не сможет. Ляля, облокотившись на барную стойку, наблюдала за танцующими. Света соблазнительно покручивала бедрами. Время от времени она выписывала руками круг над головой и прокручивалась вокруг своей оси. Не столь пластичный Сява словно врос в синий квадрат на паласе. Хождение по квартире сменилось динамичной ходьбой на месте без отрыва носков от пола. Попеременно приподнимались только пятки. Спрятав руки в карманах джинсов, он небрежно покачивал торсом из стороны в сторону, словно стрелка хронометра. Стеклянные глаза не сводились с соратницы по кайфу и совершенно перестали моргать.

Голова у Ляльки от спиртного уже поплыла, настроение было приподнятое. Тут к Ляле подошел Кирилл и приобнял ее за талию. Наклонившись к ее уху, он спросил:

— А ты чего не танцуешь? Ну давай, присоединяйся.

Ляля почувствовала его горячее дыхание близко-близко. Сердце в груди заколотилось.

— В клубе потанцую.

— В клубе? — удивленно переспросил Кирилл.

— Ну да. Мы ж потом в клуб?! — в свою очередь удивившись, ответила Ляля.

— А чем нам здесь плохо? — спросил парень уже чуть более жестким тоном.

— Да нет, неплохо, — попыталась разуверить его Ляля, решив, что Кирилл обиделся. — Просто Света говорила…

— Ну, раз все хорошо, значит, сидим. Чего ты дергаешься? — перебил ее Кирилл.

Он резко убрал руки и снова уселся за столик. Ляле такое поведение по вкусу не пришлось, но она благоразумно промолчала, подумав только: «И чего надулся сразу? Могли бы предупредить, что никуда не собираются…»

Тем временем Кирилл, похлопав в ладоши, обратился к танцующим:

— Э, народ! Не пора ли нам подкрепиться?

Поудобнее устроившись на диване, они сделали второй заход. Все были так увлечены процессом, что о Ляле почти забыли. Дорожки становились все длиннее и толще. Ляля сама никогда ничего подобного не пробовала. Но не надо было быть докой, чтобы сообразить, что прет ребят не слабо.

— Ляль, а ты чего, «кокос» вообще не кушаешь? — крикнул Сява.

На секунду Ляля растерялась, сразу не поняв, при чем тут кокос, но, вспомнив, что так иной раз именуют кокаин, отрицательно покачала головой.

— Я больше по синьке врезаю, — с юморком ответила она. — Сяв, а где у вас туалет?

— Пойдем, зайка, покажу.

Сява отвел ее в большую ванную комнату, оборудованную душевой кабиной-сауной, джакузи и прочими «новорусскими» наворотами. Оставшись с девушкой наедине, он положил руку ей на бедро и осклабился:

— Ты ничего такая, что-то я тебя не рассмотрел тогда в клубе. — Сява окинул Лялю похотливым взглядом.

— Темно было, — оборвала его Ляля низким голосом. Она сделала шаг в сторону, дабы дать понять, что прикосновения Сявы ей неприятны.