Чтение онлайн

— Быстрее, прошу тебя, быстрее! В Колбино!

— Где это?

— Я не знаю, забыла чертов телефон там!

От того, что покалечила двух человек до сих пор трясёт. Интересно, это можно квалифицировать, как самозащиту, хотя бы?

На светофоре вижу машину Валентины. Истерично ищу рукоятку под сиденьем, чтобы уронить кресло назад. Наконец-то она поддается, и я падаю спиной вниз.

— Только не останавливайся!! Ну, едем же!

— Светофор, Николь! — Федерико нервничает не меньше меня, хотя еще и толком не сообразил, что происходит.

Мы выезжаем на трассу.

Сумбурно рассказываю Федерико все с самого начала, вернее с похищения.

На его лице ужас!

Понимаю, что для него не очевиден интерес Вишневских, и Саша выглядит в неправильном свете. Прерываюсь на полуслове и ухожу в предысторию, в нашу первую встречу, собаку, Сашино разорванное горло. Вранье Макса!

— Подонок и трус! — морщится Федерико. — Кто бы мог подумать…

— Это всё его мама. Валентина Сергеевна! Ты не представляешь, как меня тошнит от мысли, что я встречалась с ней в его лице!

И теперь я снова возвращаюсь к моменту похищения.

— Там был убийца, я теперь уверена! Саша сбил его. Это Вишневские, я тоже уверена!

— Детка! Если это так — какое Колпино??… Нам надо срочно ехать в офис к твоему отцу!

— Нет! "Колбино", — поправляю я.

И снова пускаюсь в сумбурные объяснения, что Сашу избили, что я не знаю жив ли он вообще.

— Ты должна подумать сейчас о своей безопасности! Ты девочка, он десантник.

— Пограничник! Нет, Федерико, не убеждай меня. Мне нужно туда! Вдруг ему нужна помощь?!

— Сколько суток прошло? Если он не смог помочь себе сам, то уже наверняка мёртв.

— Я ударю тебя сейчас!

— Всё-всё… — на секунду отрывает он руки от руля. — Едем… Не истери! Я понимаю, что ты ему благодарна, однако…

— Да причем тут благодарность… я люблю его, понимаешь?!

— Боги, детка, я ничего не понимаю. Ты же пару дней его знаешь!

— Восемь месяцев, на самом деле.

И, чтобы не сойти с ума, по дороге, я снова ему рассказываю.

— Он тебя там?!.. — округляет он глаза. — Мм…

— Нет! Боже мой. Скорей уж я его, — закрываю глаза, покрываясь румянцем.

Нет, мне не стыдно! Он просто мечта. Самый-самый…

Хотя стыдно, да. Так как неизвестно, что с папой, а я там… с ним… кончала, как озабоченная, вместо того, чтобы что-то делать.

И я опять рассказываю, рассказываю… чтобы остановить все свои страшные мысли.

— Колбино!! — вскрикиваю я, когда мы проезжаем нужный поворот.

— Господи, — хватается за сердце Федерико. Тормозит, сдаётся назад.

Внутренне замерев, я уговариваю себя не впадать в истерику. Мы едем мимо только начатых строек… огороженных участков…

— Там… у леса… где-то там…

На улице уже сумерки. С гравийки мы выезжаем на землянную дорогу, и вдалеке я вижу недостроенный двухэтажный коттедж.

— Вон он.

В тени сосен темнота становится еще гуще. Выскакиваю, кажется, вперед, чем Федерико успевает притормозить.

— Саша! — лечу к забору. Ворота закрыты. Слышу агрессивный лай Тары. Вздрагиваю всем телом, волна удушливого жара идет по телу, сдавливая горло. Я вся покрываясь потом. Вытираю ладони об плащ. Делаю шаг назад.

Нет…Она там, за забором, и это не остановит меня сейчас.

Я снова кричу его. Видимо, узнав мой голос, Тара меняет свои интонации. Лает она теперь скорее призывно, без грозного рычания, с поскуливанием.

— Тара, миленькая… — луплю ладонями по двери в высоком заборе. — Что с Сашей? Где он?!

Перестав лаять, Тара просто жалобно скулит.

— Федерико… Мы должны попасть за этот забор.

— Николь… не сходи с ума. Сторожевая собака. Она порвёт нас!

— Она меня знает.

— А меня нет! К тому же ты грохнешься в обморок на подходе и умрешь от разрыва сердца. Два трупа! Как они смогут ему там помочь?!

Да, это так…

— Ну, а вдруг он без сознания? Вдруг нужна помощь!

— Нет, Николь, нет! Все! Ты сошла с ума! Мы едем к юристам, а они уже отправляют сюда своих людей. Его там может и не быть, в конце концов!

— А если будет уже поздно?! Это не один час, и даже не два! Мне надо посмотреть машина там или нет. Если машины нет, значит Саша уехал. И, обещаю, мы уедем тоже!

Поднимаю взгляд на высокий забор.

— Давай, я залезу на капот и загляну…

— Сумасшедшая русская! — причитает Федерико. Но увидев, что я сбрасываю каблуки, подаёт мне руку.

Стоя на капоте, держусь за край забора и немного подтягиваюсь. Острая жесть режет пальцы.

— Машина во дворе… — шепчу я с ужасом. — Свет не горит…

Вижу край вывороченной и перевернутой клетки. И наклонный навес, прилегающий к забору с этой стороны.

— Перегони машину!

— Зачем?

— Я не все отсюда вижу, стройка закрывает обзор и темно.

Стою босиком на мокрой холодной земле, показывая Федерико, как парковаться. Выслушиваю от него уговоры и интеллигентную ругань.

Плевать…

Сердце моё колотится не меньше, чем при панической атаке.

Перед глазами стоит Сашино разбитое окровавленное лицо и как его тащили… И от страха, что Саша там… и может быть…

Не может! Господи боже мой!

Быстренько забираюсь на капот. Потом встаю на четвереньки на крышу машины, выпрямляюсь в полный рост!

Темно…

— Ника, ты что делаешь?!

Что я делаю?..

Ничего не соображая от паники, я неловко и разрывая край платья, перелажу на навес. Двигаюсь на четвереньках к его краю, чтобы заглянуть за угол. Мало того, что я пытаюсь удержаться на мокрой и скользкой наклонной поверхности, так он еще и ходит ходуном подо мной, явно не рассчитанный на такой вес сверху. Тара носится возле, тревожно поскуливая.

— Тара! Где Саша?! — она, внимательно слушая меня, склоняет голову на бок и стрижет ушами. — Ищи!