Чтение онлайн

Вампирские слезы.

Я о таком только слышала в школе на уроках. Теория, это одно, но в жизни невозможно увидеть раскаявшегося вампира.

Я попыталась выбраться из кровати, но как только он услышал шорох, мигом вскочил ко мне, и пригвоздил крепкими объятиями к кровати. Он уткнулся лицом мне в волосы, и тихим голосом заговорил со мной.

– Зачем ты так со мной, а? Хочешь сказать я не должен был вытаскивать тебя из этого ада? Не может все быть настолько плохо, что бы сознательно добиваться своей смерти. Голодовку объявила? Я тебе не Виктор, бить не буду. Но если ты умрешь, то моя жизнь закончится тоже, я пойду за тобой.

Ну что тут скажешь?

Плачущий вампир может быть убедительным. Я должна хотя бы попытаться, не быть эгоисткой, и ради Романа стоит попробовать измениться. Или сделать вид, что я изменилась. Бога ради, парень рисковал своей шкурой ради меня, неужели у меня не хватит сил, попытаться бороться с самой собой?

Он оказался единственным, кому я была небезразлична настолько, что не побоялся ценой собственной жизни, спасти меня. Хотя у любого спросите, я не стою того. Моя жизнь вообще ничего не стоит. Но, тем не менее, я взяла его лицо в свои руки, и заглянула в глаза. Испачканные кровью щеки, меня ни сколько не оттолкнули.

– Роман. Ты не покормишь меня? Я немного проголодалась. – Из-за сдерживаемых эмоций, пришлось говорить шепотом.

Он всмотрелся в мое лицо, наверно искал подвох. Но не найдя его, прошептал в ответ.

– Спасибо, Ли. Спасибо.

Я в свою очередь попыталась пошутить.

– Не благодари пока, меня так вкусно кормили, что теперь я избалованная дама.

Он улыбнулся.

– Я буду стараться тебе угодить.

Он вздохнул с облегчением, от того что эту войну выиграл.

– Хочешь составить мне компанию?

– Вообще-то с удовольствием.

Лишь бы не оставаться одной, иначе могу проиграть самой себе.

 И сдаться.

Была глубокая ночь, поэтому Роман открыл окна. Он принес меня на руках в уютную кухню. Усадил в удобное кресло возле окна, и принялся колдовать у плиты.

Я смотрела в открытое окно, и была полностью очарована видом луны и отражением ее в маленьких волнах океана.

– Роман, где мы?

– В Калифорнии.

– А конкретнее?

– Какая разница?

Он улыбался. Я рада, что его настроение улучшилось. Но мы не должны находиться поблизости от города. Меня могут обнаружить.

– Кто делал мне перевязки?

– Я.

– Откуда ты знаешь, как это делать?

– Ребенком, я увлекался походами. Мы с отцом часто ходили в горы. Это необходимые навыки. На всякий случай. В горах, эти знания мне ни разу не пригодились, но вот сейчас я рад, что ничего не забыл. – Помолчав, он с сожалением в голосе добавил. – Вот только глубокие раны на твоей спине. Их поздно было зашивать, да и опытным хирургом меня не назовешь. – Он опустил взгляд на свои руки. – Некоторые рассечения настолько глубокие, что было видно кость. Они быстро затягиваются. Но, наверно будут шрамы.

– Не волнуйся на этот счет.

– Но, кажется, ты говорила, что у охотников не бывает шрамов? У вас крепкий организм! И все очень быстро заживает!

Верно. Такие как я не носим шрамы. Разве что редкие случаи. Как мой. Люди, не обремененные геном охотника, вообще бы не пережили такого избиения. А если бы кто-то смог проснуться на следующий день, то, скорее всего, остался бы калекой.

Я успела заметить в коридоре зеркало, и обратила внимание на свою шею. Спину прикрывает одежда. А вот шрамы от зубов, что рвали мою плоть, ничем не скрыть.

Но даже это не сильно меня волнует.

– О том, что мы здесь никто не знает? – поменяла я тему разговора.

– Никто.

– Как ты меня сюда привез?

– Помогли деньги, с продажи ресторанов. Я нанял маленький самолет, и пару человек, что бы перевезти тебя. Но на этот счет не беспокойся. Они не станут болтать, я хорошо им заплатил. К тому же ты была без чувств, пришлось соврать, что перевожу труп. Прости.

Я почувствовала облегчение. Значит. Я свободна?

Ох, но как надолго?

Рано или поздно, раны заживут, мне придется показаться, моя работа уничтожать вампиров.

Я снова отвернулась к окну, и попыталась выбросить посторонние мысли из головы.

Через полчаса мой друг накормил меня вкусными, сытными спагетти. А потом отнес в душ. Кое-как я смогла вымыть волосы. Они стали слишком длинными, я попросила Романа помочь обрезать их. Также он дал мне комплект чистой одежды. Футболка и пижамные штаны, синего цвета.

Провозившись двадцать минут, я все равно не смогла нормально вымыться из-за бинтов на руке и ноге, так что я позвала Романа, конечно после того как самостоятельно вытерлась и оделась, и он отнес меня в кровать. Я жутко устала, но он хотел попытаться расчесать мои волосы. Я улеглась на бок, Роман устроился сзади, и стал методично водить щеткой по моим жутко спутанным космам.

Я вдруг подумала.

– Сколько я там пробыла?

Он молчал.

– Роман?

Послышался вдох за спиной, а затем тихий ответ.

– Тридцать семь дней.

Не может быть. Неужели так долго?

И главное, мне оставалось не так уж и много. Добрая доктор вряд ли бы смогла вечно вытаскивать меня. В конце концов, все бы закончилось. Но Роман спас меня. И теперь, придется вспоминать, как жить. Я не знала, как внешне реагировать, чего он от меня ожидает, да я сама не знаю чего от себя ожидать.

Незаметно я заснула, а проснулась аж следующим вечером, когда солнце начинало садиться.

Роман ухаживал за мной. Баловал. Развлекал. Заботился, как умел.

Но его оказалось слишком много. Я замкнулась в себе.

Аппетита не было, я старалась есть хотя бы половину того что он мне готовил.

В разговоры меня не получилось вовлечь. Мне постоянно хотелось то спать, то просто смотреть в потолок, или иногда в телевизор. Вот только смотря телевизор, я все равно оставалась в своих мыслях.

Мой естественный режим поменялся. Днем я спала, а ночью бодрствовала. Роман хоть и вампир, но тоже нуждался во сне. В доме было еще три спальни, но кровать, на которой я проснулась, была огромна, места хватало. Так что я изначально попросила оставаться со мной. На самом деле, каждый раз как он выходил в другую комнату, меня охватывала паника. Я боялась.

Так выходило, мне не был нужен Роман, но он был мне необходим. Просто сядь рядом и молчи. Хотелось мне сказать. Ноя не смела его так обидеть.