Чтение онлайн

Что, есть внуки младшие, совсем маленькие и это для них приготовлено. А мы должны спрашивать разрешения. Можно брать или нельзя.

Я пребывала в сильном шоке. Стало больно и обидно, что значит меня и моего братика больше не любят. И есть другие внуки. Но, мы тоже маленькие и совсем небольшие. Мне только светила школа с первого сентября, а братик закончил первый класс.

Надулась и обиделась. Дедушка потом подошел ко мне и стал объяснять:

– Вы с братом уже выросли и все теперь, что было для малышей переходит в руки других малышей. А конфеты кто ест? Только маленькие дети. Если вы съедите все из вазочки, то придут ваши сестренки и расстроятся, что им не досталось. А в нашей семье самое вкусное и лучшее кому? Правильно, самым маленьким. А раз они младше вас, то значит вазочка теперь для них.

Сказал он это спокойным голосом и крепко обнял. Тогда я не понимала причины и обижалась. Думала, ну как так я же тоже внучка и тоже хочу "Ласточку". И что, раз они младше им все можно? А я все больше нелюбимая и ненужная внучка.

Но, когда выросла все, поняла. Там не было злого умысла, чтобы обидеть. Возможно это такая традиция в роду или привычка. Что если, ты старший отдай младшему самое лучшее, а сам перебьешься. Маленькому нужнее он растет. Или послевоенное время и большая нехватка продовольствия не давала возможности баловать вкусностями всех. И доставались они маленьким. Так и закрепилось.

Те времена очень большой отпечаток наложили на жизни людей. Что даже живя в конце 80-хх., люди продолжали жить, как и тогда в своем послевоенном времени.

А мы то дети не войны, а спокойного времени. И вполне во времена Советского союза, можно было купить конфет и разделить на всех четверых внуков и не стало бы никому обидно.

И взрослые не понимали какую травму наносят детям. Тем более предварительно никто не научил, что поступать нужно именно так. Хотя мама нас с братом всегда учила делиться даже если всего одна конфетка. Ведь старшему братику тоже хочется вкусного лакомства.

Но, это еще не все сюрпризы…

После неприятного инцидента немного успокоилась и отвлеклась на любимые игрушки. Их конечно у меня не забрали, отдав младшим внукам

Все хорошо, близился обед, а это значило, что бабушка приготовила для нас что-то вкусное и очень любимое.

Мы с братом помыли ручки перед едой, и довольные уселись за стол. Все уже было накрыто, не хватало только приборов и бокалов.

По привычке спрыгнула с табуретки и решила, как и раньше помочь любимой бабулечке. Открыла ящик с ложками и вилками. Взяла нужное количество и конечно же свою любимую вилочку. Которую мне купили, а точнее подарили, когда я была в гостях у родни в казачьей станице. Прабабушка специально для меня ее держала, а потом торжественно вручила.

Так же открыв шкаф с посудой взяла кружки и чашки. И свою любимую, маленькую с нарисованной лисичкой на боку.

Так вкусно из нее было пить напитки, особенно молоко. Хорошо помню, как бабушка наливала мне холодного из бидона молока. Ммм… Вкусно как!

Все приборы и кружки, как учили меня, расставила согласно количеству обедающих.

Но, тут меня ждало огромное разочарование…

Дедушки и бабушка одновременно в голос сказали строго, что я уже большая и маленькая вилочка и маленькая кружечка уже не для меня. Теперь ими пользуются младшие сестренки. И что должна, как и все большие дети пить с большой кружки и есть большой вилкой.

Я стала сопротивляться, закапризничала. Запротестовала, что это мое и мне вручили в гостях, почему нужно свои подарки отдать чужим девочкам. Просто не понимала.

Чужими их назвала из-за того, что они двоюродные и не знались с нами. Маленькие были, а нос задирали. Любили обозвать, дразниться и ябедничать.

И так обидно стало, в тот момент мой мир детский просто рухнул. Меня предали, отобрав все, то, что я любила. Заплакала не в силах больше сопротивляться натиску взрослых. Мне было всего шесть лет.

Кружку забрали и вилку тоже, спрятали в шкаф и запретили трогать. Дали обычную посуду и скомандовали вытереть слезы и есть иначе пойду в угол и останусь до вечера голодной…

Это было бы жестоко…

Успокоилась, но понять эту ситуацию не смогла и до сих пор не могу. Хотя сама уже бабушка и давно выросла. Своих внуков я не делю на младших или старших. Всегда все поровну и люблю всех. Даже представлять себе не хочу, как будет если старшему скажу, что ему не положено и он вырос и теперь все только одному младшему ребенку.

Это же такая травма для несозревшей детской психики. Это боль для него будет очень сильная. Что ребенку важно? А то, чтобы он чувствовал, что его любят. Во всех проявлениях. А отобрать что-то это значит психика воспринимает это так, будто его не любят, а любят других детей

Детскому уму не понять взрослых убеждений, правил и традиций. И уж точно в шесть лет ребенку очень хочется вкусного и сладкого. И смотреть, как едят младшие, а ему не дают очень обидно. Тем более, что дефицита в лакомствах нет, как в войну.

Но, дальше когда я стала взрослой и стала понемногу разбираться и понимать, причина не в традициях, она в другом.

Тот день для меня был самым ужасным, мне маленькой с детскими мыслями захотелось отомстить тем "чужим"девочкам, что испортили мое счастье. Не понимала, что и они не при чем. Дело во взрослых, а дети есть дети.

Отомстить правда не получилось да и стратегию не придумала.

За обедом пить с большой кружки было уже совсем невкусно и вилкой кушать помидорчики тоже.

День прошел спокойно, спать нас уложили, как обычно, в комнате с дверями, после программы "Спокойной ночи малыши!", запретив выходить из нее. Только если по нужде срочно тогда можно.

Уснуть я долго не могла, крутилась, вертелась. То жарко, то холодно. Одеяло мешало, без него неуютно. И так промучившись, все-таки провалилась в сон.

Наверное травмирующие ситуации очень сказались на моей психике. Сложно было ребенку принять новую реальность и что теперь все будет по другому…

Утром проснулась без настроения. Хотелось еще спать, но нас разбудили рано. Дедушке с бабушкой нужно на работу, а мы домой.

После завтрака, уже без моих любимых приборов и вкусного молока из маленькой кружки, нас повели в новую квартиру.

Дома мы быстро освоились и заняли свои комнаты. Настроение улучшилось, неприятности забылись. Родители никогда не относились к нам жестко, наоборот чувствовалась любовь. И даже за какие-то проделки максимум меня ставили в угол, чтоб понимала, что натворила. А потом папа подходил ко мне и выводил из угла и давал мои любимые конфеты. Сажал на колени, обнимал и шутил. Показывал "Козу", которая идет, бодается…