Чтение онлайн

Кстати, а... почему он один? Где его королевская пассия?

Спустя секунду я слышу за спиной её противный смех: обернувшись, вижу, как она идёт плечом к плечу с Гаром, болтая о чём-то как старые знакомые. В её руках стакан содовой, в его - два светлых безалкогольных.

– Вот, всё как и заказывала, - Гарик ставит на стол уже откупоренные бутылки и опускается в кресло напротив, загородив своей фигурой-горой парочку птичек-неразлучников.

И это прекрасно! Пусть милуются. Я на это смотреть не намерена.

– Эй, что это с тобой?
– чуть опустив голову, Гарик встревоженно заглядывает в моё лицо.

– А что со мной?
– давлю улыбку.

– Ну, ты какая-то грустная. А когда уходил, была весёлая.

– Это потому, что тебя долго не было.

Полностью удовлетворённый моим ответом Гарик широко улыбается и приподнимает бутылку.

– За первое свидание?

– А у нас свидание?
– прикасаюсь донышком своей бутылки его.

– А вы в Питере называете это как-то иначе? Извини, мы здесь, на отшибе мира, такие невежды.

Мои зубы тоже очень хорошие, поэтому я растягиваю губы ещё шире, пусть любуется и думает, что улыбаюсь я искренне. Но на самом деле внутри меня бушует шторм. Настоящее цунами!

Я не смотрю на них - клянусь, но всё равно вижу торчащую из-за широких плеч Гара тёмную макушку Эмиля. Мию я хорошо вижу - она сидит накинув ногу на ногу, перебирая пальчиками натыканные в стакан коктейльные трубочки. Она в отличном настроении и умело флиртует со своим парнем, как женщина я вижу, что каждый её томный взгляд, каждая улыбка и взмах ресниц - всё нацелено на то, чтобы сразить его наповал.

Влюбить в себя ещё сильнее.

Да что говорить, она даже моё внимание к себе приковывает, хотя я терпеть её не могу, а что уж говорить о противоположном поле...

Меня бесит Мия, бесит её идеальная красота, бесит Ветров. Меня бесит, что Гарик позвал меня в кино именно сегодня! Такой шикарный вечер и коту под хвост. Настроение напрочь испорчено. Но я хорошо воспитана, поэтому продолжаю улыбаться парню, который пригласил меня на свидание, тем временем подгоняя мысленно стрелки, чтобы поскорее скрыться в тёмном зале кинотеатра и не видеть эти дурацкие тёмные вихры человека, который мне совершенно неинтересен.

***

Не знаю, как я вытерпела эти несчастные полчаса: губы болят он натужных улыбок, а голова пухнет от слишком разговорчивого собеседника. Он задаёт кучу вопросов обо мне и кажется, ему действительно это всё это интересно, он явно спрашивает это не чтобы заполнить неловкие паузы. Я отвечаю ему, отвечаю честно, и правда пытаюсь мысленно быть здесь, с ним, в этом диалоге, но глазами то и дело возвращаюсь к парочке за спиной Гарика. Шикарной, кстати, рельефной спиной. Какого чёрта мне ещё нужно!

– Время подошло, идём, - поднимается Гар и помогает подняться мне. Цепляюсь за его любезно подставленный локоть и мы идём по затемнённой кишке коридора среди кучи таких же, как и мы, спешащих на сеанс. Я иду и видит Бог, чувствую затылком, что Ветров идёт позади и смотрит на меня. Таранит мою голову своими взглядами-картечью.

Они ещё и на этот же самый сеанс, просто отлично!

"Ожидания" мои оправдываются - Гарик вполне предсказуемо взял билеты на места "для поцелуев" - самый последний ряд, а Эмиль со своей ненаглядной паркуются чётко напротив нас, только на два ряда ниже. Чудесно! То есть я буду весь фильм наблюдать, как они лобызаются.

– Попкорн забыл! Надеюсь, успею купить до начала, - сокрушается мой кавалер, и наклонившись к моему уху: - Никуда не убегай.

Протиснувшись между рядами, Гарик скрывается в темнеющей пасти выхода, и я даю себе мысленное слово в его отсутствие взять себя в руки. Просто не опускать глаза ниже экрана, просто не смотреть.

Я буду наслаждаться обществом Гара и не буду глазеть туда, куда не следует. Буду! К тому же, судя по описанию сюжет интересный, и главный герой правда симпатичный...

Но моим глазам всё равно, им плевать на доводы разума, им плевать на мои планы - они словно притянутые за невидимые верёвочки так и норовят сползти ниже и таращиться на руку, расслабленно накинутую на плечо крышесносной метиски.

Отсюда я вижу, как Мия ставит на колени ведро поп-корна и поправляет свою гриву, вытягивая пряди из-под ручищи Ветрова. Скрутив копну в свободную спираль, лёгким движением руки закидывает волосы за спину, от чего каскад чёрного шёлка струится по спинке кресла.

Опрометчиво, Мия, ох как опрометчиво.

Перестаю пережёвывать мятный "Орбит" и прямо воочию вижу, как кусок жвачки внедряется в струящуюся гриву. Вижу победный оскал на своём лице, вижу короткоостриженную Мию, печально рассказывающую селёдкам о нелепом недоразумении...

Какая мелочная получилась бы месть... Да и месть за что? Вот за что? За то, что рука Ветрова лежит сейчас на её плече, а не на моём?

– Надеюсь, ты любишь солёный, - Гарик плюхается на вакантное место рядом. От него веет энтузиазмом, плещущим через край оптимизмом и чуть-чуть "Фаренгейтом". И мне правда нравится этот парень, но... глаза по-прежнему гипнотизируют накинутую на чужое плечо ладонь.

***О чём был фильм? Я не знаю. Наверное, из двух часов я смотрела на экран примерно пятнадцать минут, остальные час сорок пять заставляла себя не всматриваться до рези в глазах в пару на два ряда ниже, не наблюдать с поистине извращённым мазохизмом как время от времени соприкасаются их подсвеченные голубым экраном лица.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, для чего они это делали...

Неприлично целоваться на людях так много! И вообще, они что, не нацеловались за весь этот год, или сколько они там встречаются!

Напрягаюсь, когда ощущаю на своём бедре руку Гарика. Я не сбрасываю её, пытаюсь прислушаться к своим ощущениям. Его ладонь тяжёлая и тёплая, я чувствую, как он словно невзначай невесомо поглаживает ткань моих джинсов большим пальцем.

Руки Гара очень красивые, но почему же меня не тянет смотреть на них так же офанатело, как на руку того, кто никогда до меня не дотронется?

Наверное, я сидела до такой степени окаменевшая, что попытки классического флирта в тёмном зале кинотеатра на поглаживании бедра и закончились. Гарик не лез ко мне целоваться, не пытался лапать или что-то такое. И вообще был крайне серьёзен, что само по себе странно.