Не бойся, я с тобой
Шрифт:
– Лен, тебе не нравится платье?
– спрашиваю, разворачиваясь.
– Мне-то что? Не я же его надену, - Лена скользнула взглядом по экрану, зло шепнула: - да пошел, ты, - убрала трубку в сумку. Ненадолго. Вскоре снова достала ее и вновь начала кому-то писать. И на этот раз получила ответ, который явно ее порадовал. Улыбнулась торжествующе.
– Я не домой, меня ждут в одном месте. Все, пока, - махнула рукой и торопливо ушла.
Сейчас мне понятно, кто и где ее ждал, а тогда и в голову не могло прийти. К сожалению.
– Ваш телефон второй раз подряд издает жужжащий звук, - негромко проговорила мастер.
Господи, точно жужжит из сумки.
Достаю, не взглянув на определитель, принимаю входящий.
– Ближе к делу, - бросаю в трубку, уверенная, что снова бывший по поводу вещей названивает.
– Через полтора часа в кафе Пушкин. На Тверской, - говорит мужской голос. Взрослый. Смутно знакомый.
– Не поняла....
– Ань, это я, Александр, дядька твой. Мне тут гордый орел, он же мой младший брат и заодно твой папаша, позвонить соизволили. Снизошли, так сказать. Интересовались, нет ли у меня на примете юриста, чтобы в случае необходимости, если таковая случится, помог тебе, моей племяннице и дочери гордого орла, с бракоразводным процессом. Подъезжай на Тверскую, Анют, поговорим.
– Дядя Саш, прости, не узнала. Папа напрасно побеспокоил, я без юриста обойдусь, честное слово.
– Подъезжай, Анют, я уже столик забронировал. Даже если юрист не нужен, мне будет очень приятно тебя видеть...
***
Не могу сказать, что выгляжу как-то дерзко, но эта стрижка и лёгкая рыжина мне к лицу. А лицо чуть осунулось за неполный сегодняшний день. Надо же. Подумала, глядя на своё отражение в зеркале.
Поднялась с кресла, достала из кошелька купюры.
– Удачи вам. Все наладится, - проговорила девушка - мастер, убирая деньги в карман фартука.
– Спасибо большое, вам тоже удачи во всем.
Так. Домой заскочить не успеваю, времени впритык, чтобы дойти до метро и доехать до Тверской. Одета я не совсем подходяще для посещения такого заведения, как Пушкин, но тут уж ничего не попишешь, даже если бы было время в запасе, переодеться мне особо не во что, ничего парадно-выходного я с собой не брала. Ладно. Надеюсь, дядя Саша поймет и не обидится, что заявилась к нему на встречу, одетая в уличном стиле.
Подошла к метро и опомнилась: нужно родителям дать о себе знать, предупредить, что ещё задержусь, они и так меня наверняка потеряли. Пошла в ближайший магазин за минералкой, называется.
Мама трубку берет мгновенно, и гудок не успел пройти.
– Мамуль, прости, я по-свински поступила, зашла в салон красоты, не догадалась вам позвонить, сказать, что задерживаюсь - имидж меняю.
– Анют, я, конечно, сдержалась с трудом, чтобы начать тебе названивать, но что-то такое предполагала. И какого теперь ты цвета, дочь? Малинового? Или изумрудного?
– Мам, ну не настолько радикально. Сейчас сделаю фото, тебе перешлю.
– Ань, а тебе бы подошёл изумрудный, к зелёным глазам...
– Мамуль, в следующий раз так и поступлю, выкрашусь в радикально зелёный, - отшучиваюсь. Могу, оказывается. Уже неплохо.
– Анют, тут отец, он... в общем, поговорить с тобой хочет, разговор не телефонный.
– Ма, я даже знаю, о чем. Он общался с дядей Сашей, спрашивал его насчет адвоката. Адвокат не понадобится, мам, однозначно, но вот если папа с братом на этой почве помирятся, будет здорово. Даже если станут созваниваться иногда, просто так, о погоде поболтать, уже какие никакие родственные отношения. Кстати, дядя Саша попросил меня с ним встретиться, и я еду к нему на встречу в Пушкин, на Тверской бульвар. Прямо сейчас. Мамуль, побегу, заболталась, могу опоздать, неловко выйдет...
– Ой, ну хорошо, отвлечёшься, и, надеюсь, Александр заставит тебя поесть. Он упертый мужик, дядя твой, не позволит обойтись чашкой кофе или минералкой какой-нибудь. Передавай ему привет.
– Передам, мамуль.
Прошла через турникет, спустилась на станцию, успела заскочить в последний вагон.
– Осторожно, двери закрываются, - сообщил металлический голос.
Поезд тронулся, присела на свободное сиденье.
Промелькнули колонны, поезд въехал в тоннель. Я смотрела на темноту за окнами, а память вновь унесла меня в прошлое. Не такое далёкое прошлое...
День свадьбы. Я счастливая до одури.
С утра позвонил Вадим, чтобы очередной раз сказать, как любит, и как он рад, что я согласилась стать его женой.
Свадьба прошла замечательно, но... тогда не придала значения, а ведь ни раз ловила на себе задумчивый взгляд Ленки, когда же подруга видела, что смотрю на неё, то растягивала губы в улыбке и подмигивала...
В сумке дёрнулся телефон, из воспоминаний вынырнула.
Сообщение, похоже, наверное, от дяди Саши. Подумала, нащупывая трубку.
Нет. Не от него.
"Если в ближайшие дни не уволишься, пеняй на себя. Пущу слух, что уговаривала Вадима слить конкурентам инфу. Кто-то поверит, кто-то нет, а разговоры пойдут. И дойдут до нужных ушей. Приложу для этого все усилия. С волчьим билетом вылетишь"
Прилетело с того самого незнакомого номера...
***
"Не дождетесь"
Набила, отправила в ответ. Номер занесла в черный список, телефон вернула в сумочку.
Нужно было проигнорировать. Просто проигнорировать. А я дала слабину. Ответила. Увольняться теперь из принципа не стану. Зубы об меня сломают....
Господи, и чего я добьюсь своей принципиальностью? Не исключен вариант, новое руководство компании решит вернуть в офис отправленных на удаленку сотрудников. Стоит ли принцип того, чтобы пять дней в неделю находиться в одном помещении с бывшим мужем и бывшей подругой? Допустим, Ленка она в канцелярии сидит, это ниже этажом, но в любом случае буду с ней сталкиваться. В том же кафе, во время ланча. Бывший муж будет мозолить глаза в течение всего рабочего дня. Он заместитель начальника финансового отдела, мой руководитель, в какой-то степени.
Боже правый, это все действительно со мной происходит? Жизнь встала с ног на голову....
Она там давно стоит, моя жизнь. На голове. Просто я об этом не догадывалась. Даже предположить не могла, потому что одного любила, а другой доверяла. Да у меня даже мысли не мелькало, это теперь я с другого ракурса смотрю на какие-то моменты и осознаю...
Со дня свадьбы прошло приблизительно два месяца, когда в один из вечеров позвонила мама:
– Анют, ты не могла бы завтра в шесть вечера на Пятницкой со мной встретиться? Адрес скину, - голос у мамы был радостный и немного таинственный.