Чтение онлайн

Поднявшись с кровати, Сомерхолдер поправил измявшуюся белую рубашку и произнес:

– Меган, только не сейчас и не здесь. Не начинай, прошу, - в его голосе явно читалась угроза.

Мало кто знал, что всегда радушный Йен, мог запросто превратиться в самого настоящего монстра. Спасибо актерскому мастерству вкупе с холерическим темпераментом.

Но Меган намеков не понимала, и ее, как всегда понесло:

– Да эта девица, только и ждет того, как тебя в койку затащить. Только вот, моя дорогая, не жди, что он будет нежным и всегда твоим.

Йен подошел к истеричке, посмотрел на нее своим особым "вампирским" взглядом, взял под локоток и поволок из спальни. Тина просто произнесла в след:

– Йен, все в порядке, эта курица меня совсем не обидела. Я в душ.

***

Как же эта Меган меня бесила! Слов просто нет. Но, похоже, любовная лодка этих голубков разбилась о неподходящие характеры для совместной жизни. Оно и к лучшему. Как бы я не любила своего голубоглазого, я отлично понимала, что мои шансы начать с ним отношения просто равны нулю. Единственное, на что я могу рассчитывать - разовый секс под действием алкоголя. Но мне и этого хватит. Просто хочу, что бы он был моим на какое-то время. А что дальше будет - покажет время, которого у меня теперь предостаточно.

Я прошла в ванную и посмотрела на себя в зеркало. Глаза припухли и под ними залегли темные круги. Волосы растрепались и являли собой подобие вороньего гнезда. Сбросив с себя нелепое черное платье, невесть как на мне оказавшееся, я осталась в простом белье. Когда я успела это надеть? Не помню. Наверное, Сенди мне помогла. После звонка из полиции, я не помню ничего. У меня хватило ума не падать в обморок, а позвонить Сенди и Йену. Все. Остальное для меня - черная дыра.

Сняв белье, я зашла в душевую кабинку и осмотрелась. Мужской шампунь, пена для бритья, и гель для душа, на этикетке которого красовались всякие цветочки. Я понюхала это чудо парфюмерии и задохнулась от тягучего запаха пачулей. Ненавижу восточные ароматы. Я снималась в стольких рекламных кампаниях духов, что они стали моей персональной слабостью.

Такую вонь я считаю безвкусицей. Понятно. Меган ко всем своим видимым недостаткам еще и запахи выбирать не умеет. Не то, что Йен. От его "Angel Schlesser" мне сносило голову, как кошке от валерьянки, и я впадала в самый настоящий экстаз. Чего только стоит наше сегодняшнее пробуждение. Этот терпкий запах впитался в его кожу, я просто потеряла над собой контроль, едва не начала тереться об него.

Включив воду, просто подставила голову под теплые струи и старалась ни о чем не думать. Вроде бы получилось. Вода ласкала тело, унося с собой усталость, которую не снял сон, а так же забирала из головы мысли о моем будущем. Но боль утраты по-прежнему зияла в душе кровоточащей раной. Банально, но факт: мне поможет лишь время, которое беспощадно к чувствам. Со временем мне будет легче вспоминать брата, слезы не будут соленой рекой бежать по щекам.

Выйдя из душа, я взяла полотенце, висящее на вешалке, долго не раздумывая, чье оно. Глянув на унылое платье, я поежилась. К черному цвету я всегда относилась не как к траурному символу. Скорее наоборот. Этот цвет всегда у меня четко ассоциировался с чувством стиля и великой Коко Шанель. Но после вчерашнего дня, я не могу смотреть на него. И Тому вряд ли бы понравилось, что я ряжусь в такие тряпки и придаю значению внешнему, а не внутреннему.

Надев белье, я подошла к шкафчику в ванной и обнаружила там майку Йена белого цвета. То, что нужно. Белый цвет в Индии - символ светлой грусти и знак утраты. Поэтому я буду ходить в белом некоторое время. И мне нет дела до того, что про меня подумают другие. Майка была свободного кроя и весела на мне мешком, доходя до середины бедра. Отлично! Просто, изящно, очень мило, даже в какой-то мере сексуально. Нет ничего привлекательнее женщины в мужской рубашке. Так, кажется, уже сто лет назад, поучал меня Йен, объясняя науку флирта и соблазна.

Расчесав влажные волосы, я рискнула спуститься вниз, надеясь, что страсти улеглись и Йен выгнал взашей эту идиотку. Она меня всегда раздражала. И не только меня. Том, Сенди, даже актеры, с которыми Йен снимается в своем телепроекте, просто терпеть не могли эту склочную, и откровенно говоря, страшную мадам. Про фанаток я вообще молчу. Но Йен упрямо вцепился в эту крашеную блондинку, ничего не видя перед собой.

Спустившись вниз, я обнаружила хмурого Сомерхолдера, пьющего кофе на кухне. Рядом с ним стояла еще одна чашка, распространяя аромат по всему помещению. Я присела за стол и тихо спросила:

– Всё в порядке? Надеюсь, из-за меня у тебя нет неприятностей?

Йен хмуро на меня покосился, и криво усмехнувшись, моей самой любимой из его ухмылок, произнес:

– Это я не хочу, что бы у тебя были из-за меня неприятности. Тебе идет моя майка.

– Прости, что взяла без разрешения. Просто я привыкла носить вещи Тома, поэтому, - когда я произнесла имя брата вслух, меня вновь накрыла пелена из слез, и я зажмурилась, чтобы не разреветься в полный голос.

Йен протянул ко мне руку, и я с благодарностью вцепилась в нее. Стало гораздо легче.

– Тина можешь сколько угодно оставаться у меня. Ты скажи, что тебе понадобиться. Наверное, ты хочешь домой, собрать вещи.

Я отрицательно помотала головой. Сейчас у меня нет сил переступить порог дома, где валяются вещи Тома. Ничего не изменилось с той ночи, когда он уехал, чмокнув меня в макушку на прощание. Я не была готова к этому. Слишком больно. Мне хорошо с Йеном, и спрячусь за его спиной от всего мира. В школе были последние недели занятий, выпускные тесты я уже сдала. Смысла ходить на уроки я не видела. На выпускной бал я тоже не пойду.

Еще недавно, я Том и его лучший друг строили коварные планы, как повергнуть в шок моих одноклассников. Йен и мой братец собирались прийти ко мне на бал при полном параде, а Сомерхолдер обещал сыграть роль моего парня. Какой же глупой и наивной я была. Есть вещи гораздо страшнее того, что ты не королева школы. Про беды и горести я не задумывалась. Ведь у меня был самый лучший брат в мире.

– Я не могу, Йен. Давай попросим Сенди, что бы она привезла мне пару сменных вещей. Мне ничего больше не нужно. Я хочу прийти в себя.

Йен ободряюще мне улыбнулся:

– Конечно, котенок. Проси, всё, что захочешь.

Я едва не закатила глаза. О, Боже! Солнышко, котенок, малышка - я для него сестренка лучшего друга. С тринадцати лет ничего не изменилось. И это даже не ранило. Только приводило в азарт. Ничего, в скором времени Йен Сомерхолдер перестанет видеть во мне ребенка.

Я помимо воли, улыбнулась, сквозь слезы, и Йен ласково произнес:

– Ты улыбаешься, уже хорошо. Давай, выбирай себе любую комнату. А я пока приму душ и созвонюсь с Сенди, - Сомерхолдер грациозно поднялся, приблизился ко мне, чмокнул в макушку.

Я тяжело вздохнула, и потащилась наверх, в гостевую комнату, досадуя на то, что не могу остаться в спальне Йена, а еще лучше в его постели. Навсегда.

***

Как сказать Тине, что он теперь ее законный опекун и представитель, Йен не представлял. Он знал характер девчонки, который мало чем отличался от его собственного. Как только она придет в себя, то сразу же устроит самый настоящий бунт. Но скоро Тина приступит к занятиям в университете, будет не одна и успокоится. Примет всё как есть.