Чтение онлайн

Однако где-то в глубине души я чувствовала, что, не будучи уверенным в собственной победе, Рейв бы не начал эту кампанию. А значит, у него есть план.

А еще я боялась за его жизнь. Но несмотря на все это, не могла встать на его сторону. Не могла спокойно смотреть, как будут умирать сотни людей. Как можно ужиться после этого с собственной совестью?

Как только мы спустились с дракона, я бросила взгляд вниз и увидела невероятное. Будто весь Файрел одновременно ожил. Пустой ров вокруг замка, что уже много веков был пуст, вдруг начал наполняться водой. Она стремительно прибывала, искристым голубым кольцом окружая каменные стены. Подъемный мост сам собой пришел в движение и поднялся, никого не впуская и не выпуская больше. Каменные строения дрогнули, и по всей территории прокатился глухой рокот. Словно тысяча призраков под землей одновременно вздохнула, и вековая пыль осыпалась со стен. Весь Файрел разом отряхнулся, как живое существо.

Бьельндевир взмахнул крыльями, поднялся с крыши и улетел от нас прочь. Сделал круг над замком, оставляя после себя облака рваной Тьмы. А затем сел на вершину крепостной стены возле подъемного моста. Он открыл пасть и громко закричал на весь Ихордаррин. Из его горла взметнулось зеленое пламя, которое наверняка было видно на много километров отсюда.

Затем Бьельндевир сложил крылья и стал наблюдать. Издали он казался огромным костяным напоминанием о том, что здесь произошло.

Я повернула голову и увидела, что Рейв стоит возле меня и так же смотрит вдаль, сложив руки на груди. В этот момент он наконец взглянул на меня, и в темных глазах вспыхнула какая-то старая затаенная мысль. Что-то, что он давно хотел сказать, но не решался.

Но через мгновение некромант все же задумчиво произнес:

— Когда-то я просил тебя сделать выбор. Белое или черное. Жизнь или смерть. Не так уж сложно было определиться, ведь вопрос стоял всего лишь о коне. Помнишь?

Что-то внутри меня болезненно срезонировало. Словно Рейв бил по самым звонким струнам.

— Помню…

— И ты, девушка, никогда в жизни не встречавшая нежить, выбрала шельмугра. Саму смерть. Багряные копытца — одна из самых опасных тварей, созданных Сумерками. Один ее укус обрекает человека на гниение заживо. Но ты не испугалась. И вовсе не потому, что не знала об этом. Так ведь?

— Все так, — согласилась я. То, что говорил некромант, было страшно. Но тогда я выбрала мертвого коня лишь по одной причине: рядом с Рейвом мне было не страшно.

— Сейчас перед тобой не менее простой выбор. Я всего лишь возвращаю то, что принадлежит мне по праву. И ты не должна бояться.

Темные глаза цвета горячего шоколада прожигали насквозь. Они казались такими же, как и прежде. Словно ничего и не изменилось. И мне нужно лишь протянуть руку, чтобы вернуть его, моего Рейва.

Но это было не так.

— Что ты решила? — спросил некромант, когда молчание затянулось.

Я глубоко вздохнула. Мне бы хотелось передумать. Но я уже увидела смерть. И ее лик мне не понравился. Я не хотела видеть больше. В глубине души у меня еще теплилась надежда, что все можно вернуть на свои места. Что я смогу убедить Рейва оставить эту гиблую затею с переворотом и обороной замка. И тогда он никому не сможет причинить вред. И его самого не убьют…

— Я не передумаю.

Рейв сжал зубы, бросив:

— Что ж, это твой выбор. Но из замка ты не выйдешь.

С этими словами он просто развернулся и пошел прочь, оставив меня одну на крыше самой высокой башни Файрел.

Ангелина

Через некоторое время я спустилась из башни вслед за некромантом. На выходе меня уже ждали два гарнизонных стражника, которым, оказывается, было велено проводить меня в покои.

— Я теперь узница? — спросила, не поверив своим глазам.

— Ну что вы. Ни в коем случае, — ответил один из них. — По территории дворца вы можете перемещаться свободно. На улице же вас всегда будут сопровождать двое воинов. Стража оповещена. А за границу комплекса Файрел выход запрещен.

— Вот как… — протянула я.

Что ж, вероятно, кому-то это показалось бы возмутительным. Кто-то, может быть, решил бы, что его отвратительным образом лишили свободы. Со мной все было иначе. Мне мало того что было некуда идти. Так я и не собиралась уходить. У меня в голове потихоньку начали вертеться шестеренки мыслей, как избежать кровопролития и повлиять на короля мертвых. А для этого мне необходимо было оставаться рядом.

Таким образом, я хоть и не была на стороне Рейва, не была и против него. Оставалось только, чтобы и он это понял.

Однако нашлось и то, что меня расстроило. Как оказалось, в наших общих с некромантом покоях его вещей не осталось. Только мои бесчисленные наряды, купленные им. Только шарфики, пояса и платья.

Неожиданно это оказалось очень грустно. Хотя после того, как я отказалась поддержать его, этого следовало ожидать.

Зомзома тоже нигде не было. Вероятно, слуга последовал за своим хозяином. Впрочем, по зомби с его неподвижными мертвыми глазами я вряд ли буду скучать. Хотя иногда он казался даже забавным.

Незаметно прошла сперва первая половина дня, затем и вторая. Я прогулялась по опустевшему дворцу, и оказалось, что большая часть именитых гостей, прибывших на свадьбу Герхарда и Ливии, убрались из Файрел. В самом замке остались лишь несколько особенно древних дворянских родов, которые неожиданно стали поддерживать притязания Рейва. Они поглядывали на меня с интересом, если мы случайно встречались в коридоре. Но заговорить со мной никто не решался.

В особняке для гостей и вовсе было пусто.

К вечеру я вернулась к себе. Приближалась ночь, а мне так и не пришло в голову ни одного ответа на вопрос: «Что делать дальше?».

С легкой грустью я упала на диван, заметив, что в камине уже потрескивает огонь. Видимо, замковые слуги постарались в мое отсутствие. Взгляд сам собой скользнул по комнате в поисках подноса с ужином и неожиданно остановился на прикроватной тумбочке. Там на маленьком конверте лежала шкатулка из черного бархата, обитого серебром. Я никогда не видела ничего подобного. Ткань казалась потертой, а серебро почти не блестело — так много раз этим предметом пользовались. Однако, несмотря на все это она сохранила удивительный в своей старинной красоте вид.

Сердце пропустило удар.

Я протянула руку и открыла шкатулку. На черной подушке лежал крупный женский перстень с алым камнем. Рубин в форме драконьего клыка, ограненный, наверное, сотней граней блестел, как звезда. А на ободке кольца с двух сторон от камня были выдавлены аккуратные, улыбающиеся черепа. На оборотной стороне было выгравировано одно единственное слово: «Эридан».

Дрожащими пальцами я взяла украшение и тут же стала открывать конверт. На белой бумаге сверкали темные как ночь буквы: