Чтение онлайн

Нолтон увез брата в экипаже. Милтия с Туони приехали на одной лошади. Поэтому было решено в замок идти пешком. Добравшись до места, Маша сразу же пошла искать Роэла. Она нашла рыцаря в его комнате лежащим в постели. Рядом с ним, на краю кровати, сидела незнакомая молодая девушка. Маша ощутила укол ревности. Она вдруг поняла, что у взрослого мужчины не могло не быть каких-то отношений с противоположным полом, и ее эта догадка почему-то расстроила. Она уже собиралась уйти, как ее все-таки заметил Роэл.

– Маша! – не переставая улыбаться, воскликнул он. – Заходи. Познакомься, это - Альма. Альма, это – Маша.

«Что это значит? «Это – Маша»? Какая я тебе «это»?» - раздраженно подумала она, но все же попыталась приветливо улыбнуться, хотя вышло натянуто. А малолетняя нахалка в ответ улыбалась вполне искренне и самодовольно. И даже не слезла с кровати, так и осталась сидеть там.

– Альма – самый дорогой мне человек, - продолжал рыцарь, поглаживая ее по руке. – Надеюсь, вы подружитесь.

Роэл притянул Альму к себе и поцеловал ее в щеку. Маше очень захотелось уйти, но она держалась, стараясь не выдать своих мыслей. Наконец, Альма вырвалась из рук рыцаря и встала с кровати. Она подошла к натужно улыбающейся Маше, внимательно посмотрела в ее глаза и весело рассмеялась. Ни она сама, ни Роэл не понимали, насколько близка она была к тому, чтобы превратиться в горстку пепла.

– Роэл никогда не был внимателен к деталям, даже если они оказывались очень важны, - по-доброму улыбнулась Альма. – Я – его сестра. – Она протянула руку для закрепления знакомства, и этот жест был принят уже с большим дружелюбием.

Первое впечатление об Альме у Маши сложилось ошибочным. Сестра Роэла оказалась очень милой и доброй девчушкой. За ужином они болтали, уже как давние подруги. Альма рассказала, что гостила в соседнем графстве, пока ее не отослали домой «для ее же безопасности». Она понятия не имела, что ей угрожало, и затаила обиду на семью соседа. Никто не хотел объяснять ей сложившуюся ситуацию, поэтому тема беседы сама собой сменилась. Оказалось, что Альма училась в церкви целительству и делала успехи на этом поприще. В доказательство, она восстановила часть жизненных сил упиравшемуся руками и ногами Туони. Маша знала, как сильно некромант не любит религию и всех, кто ее исповедует, но, кажется, к Альме он был намного терпимее.

– Апчхи, - громко чихнул Сирен, заходя в столовую.

Юная целительница, радостно пискнув, принялась за нового пациента. Телепат простудился во время памятной битвы с Килианом и первой мирянской армией, промокнув под дождем. С тех пор он соблюдал постельный режим, но в тот вечер он все же вышел к ужину. Вообще, Сирен оказался невероятно беспомощен. Начисто лишенный инициативы, он не ел и не пил, пока ему об этом не напоминали, хотя бы мысленно. Маша видела злую иронию в том, что человек, способный обращать в бегство армии, погибнет, просто, если о нем забудут на пару-тройку дней. Но в тот момент он под действием положительных эмоций, наполнявших пространство вокруг, улыбался и забавно шмыгал носом. И все так же, не меняя лица, он, как бы между прочим, вдруг заявил:

– Мы в опасности.

Все присутствующие вмиг помрачнели, и только Альма с детским любопытством ждала подробностей.

Глава 19.

Когда Нолтону доложили о том, что сказал Сирен, он немедленно схватил его и направился с ним в комнату к Роэлу. Через некоторое время туда позвали и Туони. А на Машу пала обязанность все объяснить Альме. Выслушав старшую подругу, девчушка, ни капли не расстроившись, уверенно заявила:

– Нолтон самый умный в нашей семье, а Роэл никогда не сдается. Они найдут выход. К тому же, у них есть мы, - она задорно подмигнула.

Маша улыбнулась, глядя на нее, и подумала, что в их компании как раз не хватало такой позитивно настроенной личности. Стойкость Альмы просто поражала. Она успела оплакать смерть отца, когда только прибыла в замок, но не потеряла и грамма жизнерадостности. И после ее слов войска керийцев численностью в десяток тысяч душ, которых перебрасывали порталом с сухих провинций бывшей империи, уже не казались такой уж серьезной опасностью. По завершению наспех собранного военного совета, Туони помчался в библиотеку замка, а Нолтон направился прямиком в гостиную, где коротали время девушки.

– Мистрисс Маша, - по-деловому обратился он к магессе. – По законам империи любое брошенное судно становится собственностью правителя берегов, к коим оно пристало. Так что корабль, именуемый Даренсбрагеном, ныне принадлежит Борийскому двору. И я, как первый советник герцога, имею право распоряжаться судном. По сему, я дарую его Вам, магу из другого мира, как благодарность за помощь герцогству, – он протянул девушке свежеисписанный лист бумаги с еще не засохшей печатью герцога внизу. – Плыть по воздуху - самый быстрый и безопасный путь в Эпис, куда вы и направляетесь, насколько я знаю, - Нолтон впервые на памяти Маши улыбнулся.

– С… спасибо… - оторопело промямлила она, принимая бумагу.

«А не такой уж он и неприятный тип», - подумала Маша, до этого считавшая Нолтона серым и скользким типом.

– Вы свободны покинуть Борию в любое время… Как только закончатся ремонтные работы на Вашем корабле.

«Вот хитрый жук!» - с долей восхищения про себя воскликнула она.

– Не стоило так хитрить. Я, в любом случае, не собиралась сбегать.

– Вот и хорошо, - невозмутимо ответил Нолтон. – Потому что вы нам очень нужны сейчас…

Керийцы перебрасывались через передвижной портал прямо в Борию, в сутках марша до замка. На переброску такого количества людей и осадных машин требовалось огромное количество магической энергии, поэтому Нолтон предположил, что, если они сразу двинутся на замок, то останутся без поддержки магов, которые не успеют полностью восстановить силы. Сирен подтвердил, что чародеи керийцев измотаны до предела. Так же, их глазами он видел пресловутого Килиана, который тоже участвовал в зарядке портала. На вопрос, почему столь сильный дар телепата работает не на всех людях, он по-прежнему не мог дать ответа. Но, пока рядом с наглым магом был кто-то подверженный влиянию Сирена, за ним можно было легко наблюдать.

Тем временем, в замке вовсю шла подготовка к обороне. Нападать, не дожидаясь атаки, как в прошлый раз, не решились. Хотя Маша и просилась съездить навстречу врагу в одиночку и слегка их затормозить, ей не позволили так рисковать, аргументировав это тем, что второй раз эффекта неожиданности не будет, да и солдаты керийцев - матерые головорезы, а не вчерашние крестьяне, из коих состояла половина первой мирянской армии. Вместо этого, девушке показали стеклянную башню. На самом деле, она лишь казалась стеклянной: башня была создана из зачарованной воды. В недрах замка хранился артефакт, постоянно поддерживающий жидкость в твердом состоянии, а так же обеспечивающий другие свойства магического строения. Башню не мог порушить ни один, даже самый сильный, удар: снаряды просто проходили сквозь воду, входившую в жидкое состояние при ударе. На ее вершине находилась комната боевых магов. Стены там были намного толще и подвижнее. Если что-то твердое попадало по этим стенам, они меняли форму, мягко отклоняя удар в сторону, что давало находящимся внутри людям почти стопроцентную гарантию безопасности. Помимо защиты башня давала боевым магам отличный обзор и возможность точного нацеливания заклинаний: стены реагировали на касания руками и формировали внутри себя своего рода увеличительные линзы. Опробовав, под скорбный вздох Нолтона, точность наведения огненного шара на деревце в двух километрах от замка, Маша с улыбкой подумала, что Костя, будь он здесь, непременно похвалил бы «мультитач» и поинтересовался бы разрешением матрицы у водяных линз. В последнее время девушка остро чувствовала нехватку своего молодого человека. И Няша, отвлекавший ее от тяжелых мыслей, как назло, тоже куда-то подевался.