Не будите спящую ведьму
Шрифт:
— Ты так ненавидишь Имбри? — спросил Эрик.
— Как — так?
— На уровне инстинкта. Обернулась — он, и — взрыв.
— Глупости. Если уж тебе так хочется узнать подноготную, то вот она: твоим языком выражаясь, у моей ненависти уровень рефлекса. Сначала мою спину прикрывал Эдд Уэст из агентства — Имбри лишил меня прикрытия. Сегодня защищал Винсон. Это был шок — услышать голос не Винсона, а этого… этого…
— Ладно, не ищи слов, — вздохнул лейтенант, — пошли к Бренту. Он, наверное, уже заждался нас.
Заждался — это ещё мягко сказано. Он ходил по своему отсеку, кстати, более комфортабельному и обширному, чем наши, ходил, едва сдерживая злость. Он даже сесть мне не дал. Подошёл, уставился суженными глазами.— Мы летим на помощь целой планете. Может быть, там нас ждут отчаявшиеся люди. Вы оба согласились на эту поездку. (Имбри что-то недовольно проворчал) Так почему бы вам не прекратить свои личные распри?! Что ты сделала с компьютером?!
— Я предупреждала…
— Но сначала ничего не было! — сорвался майор. — Аппаратура при тебе работала нормально! В чём же дело?! Из-за твоей свары с Имбри!..
— Наверное, я могу объяснить, что случилось, — сказал Тайгер. Он с удобством устроился в кресле, неподалёку от насупившегося Имбри. — Ата потеряла контроль над собой. От неожиданности. Более подробно это выглядит так: видимо, ещё с детства Ата развила экстрасенсорные способности. Возможно, ей в этом кто-то помогал. Мне нетрудно представить, что было вокруг девочки Аты, когда она ещё не умела сдерживать эмоции и желания. Любой прибор в её присутствии либо тихо ломался, либо взрывался. Ата, это ведь ещё одна причина, почему ты ставишь вокруг себя эмпатоблоки?
— Ты уверен? — подозрительно глянул на него Брент.
— Куда деваться, я ведь тоже работаю с энергией. Правда, мои способности гораздо ниже, примерно, как у Дайкса.
Тайгер не упомянул сидящего здесь же Ника Имбри, из чего я заключила, что Эрик "не видит". Он может угадать экстрасенса по его действиям или по результату его деятельности, но никак — по движению энергии в личном пространстве человека.— Ты очень сильный экстрасенс? — спросил меня Брент.
— Уточните, что вы имеете в виду под определением "сильный экстрасенс", — хмуро предложила я. — Сила ведь может быть разная.
— Например?
— Можно просто иметь сильную энергию. Можно уметь ею манипулировать. Можно жить со всем этим и считать, что эта способность естественна, как способность метко стрелять.
— Ата, я задал вопрос, на который ожидал услышать "да" или "нет", — саркастически сказал майор. — В ответ слышу минилекцию. Может быть, я и правда неправильно сформулировал вопрос. Хорошо. Итак, как ты считаешь сама, ты сильная?
Я помолчала, прикидывая. В конце концов, мне впервые задают вопрос такого рода. Оценить себя трудно. Поэтому сказала осторожно:— Ну, поскольку я срываюсь и не всегда могу себя сразу переключить на работу с энергией, то, наверное, экстрасенс из меня не очень.
— То есть, насколько я понял, всё решает разница между умением и владением. Если бы ты не только умела, но и владела…
— Правильно. Была бы идеальным экстрасенсом.
Глаза майора вдруг вспыхнули.— Ты дралась там, в коридоре… А столкнувшись с живыми уродами, могла бы использовать свои силы, чтоб их уничтожить?
Вопрос поставил меня в тупик. Откуда мне знать, когда я ни разу не думала о таком применении энергии? Так честно и ответила:— Не знаю.
— Никогда не пробовала?
— Окстись, Брент! Откуда?! Я ж их впервые вижу!
— Ну, хорошо.
Майор откинулся на спинку стула, на который наконец сел. Села и я. После небольшой паузы, рассеянно оглядывая отсек, Брент увидел Ника Имбри и — вспомнил, по какому поводу вызвал нас.— Мне нужно… Нет, всей нашей команде нужно, чтобы до конца нашей миссии вы оба друг с другом не воевали. Это приказ. Меня поняли?
Имбри дёрнул плечом. Вроде как согласен.— Ладно, — неохотно сказала я.
— Нет, не ладно, — возразил майор. — Обменяйтесь рукопожатием, тогда я приму твоё "ладно".
Мы встали и пожали друг другу руки. Я — вяло, Имбри — безразлично, как здороваются с человеком, до которого и дела нет, но он протянул ладонь — и приходится…— Можем идти? — спросил Имбри.
— Ещё один вопрос. Точнее, проблема, — вздохнул майор и почти искательно взглянул на Имбри. — Барри Боуэн. Он и правда что-то вспоминает?
— А, надоел. Бормочет и бормочет о тенях.
— Ник, ассоциаций никаких? Ты видел сон с тенями, Барри бормочет о них?
— Ассоциация одна: если я видел чужой сон, почему бы и Барри его не увидеть?
— Уж кто-кто, а ты должен знать: сириусец помнит сны с момента засыпания до пробуждения. До последней детали. Тем более, Барри безуспешно пытался вспомнить миф или легенду, пока ты был в больничном отсеке. При виде тебя он соотнёс, как он выразился, "шепчущие тени" с твоим сном. Но ведь во сне тени молчали. А воспоминания Боуэна связаны не только с шёпотом, но и с шорохом теней.
— И чего вы от меня-то хотите?
— Уговори Боуэна попробовать вспомнить с МПК.
— Уговаривать Барри? На МПК?! Гиблое дело!
— Майор, разрешите мне поговорить с Имбри, — вмешалась я.
Обозлённый, но ещё не доведённый до высшей точки кипения Брент кивнул. Имбри сунул руки в карманы комбинезона и выжидающе улыбался. Я оглянулась на заинтересованного лейтенанта и сказала Имбри:— Пошли — выйдем?
— Пошли! — Он чуть передразнил меня. Кажется, ему-то было весело.