Не цепляясь за жизнь
Шрифт:
Покачиваясь на ногах и шатаясь из стороны в сторону, от кровопотери, он брёл к нему, временами опираясь на свою саблю, горевшую ярким незамутнённым серебряным пламенем и он уже был не человеком, вперёд рвалась его душа, смешанная с последним желанием, уничтожить, выполнить свой человеческий долг, и ватные ноги обутые в старые берцы, делали ещё один шаг и ещё, а мозг, посылая сигналы нейронам поддерживал равновесие его тела, не давая ему рухнуть на рыхлую землю и забыться вечным сном.
Зелёная аура резко прыгнула к нему, затрещали пистолетные выстрелы, вздрагивая от попадания пуль в бронежилет, он медленно шёл дальше, а пули впивались и впивались в него, вот одна, нашла щель и скользнула по его рёбрам и тут пистолет замолчал израсходовав свой магазин.
Сердце на миг, заработало, на высоких оборотах, безрассудно расходуя свой ресурс и гоня оставшуюся у него кровь, к почти уже онемевшим рукам и ногам, резко прыгнув, он стремительно сократив расстояние, нанёс удар сверху саблей. Зелёная аура мигнула и погасла, а потом взорвалась фейерверком осколков, тело псионика с разрубленной головой упало на землю, заливая всё вокруг, жаркой человеческой кровью, дёрнулось и застыло, закончив свою жизнь.
Рядом с ним, медленно завалился и Филатов, не в силах поддерживать в себе жизнь, он упал широко раскинув руки, и в его руке, горела ярким огнём сабля, довершившая разгром. Сознание дёрнулось несколько раз и погасло, улетев куда-то далеко, туда, где никто не знает, что есть люди и есть монстры, туда, где есть только душа и наверное – любовь.
Правая рука и организатор большинства спасательных операций и идейный вдохновитель всей Энгельской группировки Ирина Слаткая, была женщиной около сорока лет, моложавой брюнеткой, небольшого роста, с красивыми голубыми глазами и ещё стройной фигурой, работавшая до эпидемии глав врачом одной из поликлиник Энгельса.
Обладавшая твёрдым и жёстким характером, несмотря на своё хрупкое телосложение, державшая в своём миниатюрном кулачке мужа и двух сыновей, она сразу приняло деятельное участие во всём, что помогло бы людям выжить, несмотря на то, что вся её семья погибла.
Сделав своей целью, спасение других, она работала, спасала и научившись владеть оружием – воевала, доказывая всем, что не у всех женщин мягкий характер, у некоторых есть характер, который и у большинства мужчин отсутствует.
Так помогая и спасая других, она смогла выйти на пятый уровень, молясь в церкви и отдавая все силы на спасение других. Неожиданно для себя, она стала видеть ауры людей и монстров, но объяснить, почему она их видит, так и не смогла и заморачиваться на это не стала.
В этот день, она была свободна и сидела в штабе оборудованном в здании администрации в специально выделенном ей кабинете. Спустившись вниз, на пост охраны, она услышала надрывный крик Кэша, молившего о помощи.
– Что происходит? – спросила она у дежурного охранника.
– Это с блокпоста, который в сторону Казахстана расположен. Их монстры атакуют, а у нас только свободна женская группа и те, только стрелять научились!
– Группа готова к выезду?
– Да, уже почти собрались, сейчас мотоцикл подъедет и тронутся на помощь.
– Ясно, вызывайте мой пикап, я возглавлю группу, – приказала она и ушла в свой кабинет переодеваться и взять оружие.
Одевшись в бронезащиту и взяв автомат, она спустилась вниз, где на пикапе оборудованным пулемётной турелью, сидели четыре девахи. У всех был решительный вид, как им казалось. Но испуганные глаза, маленькие потные ладошки судорожно сжимавшие оружие, показывали опытному человеку, что всё как раз наоборот.
– Не ссать! – грубо сказала Ирина, которую за глаза называли "Жесть".
– Ясно вам девки? Девки, нервно покивали головами. Ирина села в кабину к водителю. А девки остались в кузове. Одна из них уцепилась лапками за пулемёт и так и тряслась в кузове, подпрыгивая вместе с ним. Скакали на жёстких лавках и остальные, глядя вперёд и щурясь от бившего в лицо ветра, пытаясь высмотреть там зомби.
Пикап, разогнался на ровной дороге, стремительно пожирая километры шоссе, начал приближаться к месту боя.
Через пятнадцать минут, они уже слышали отзвуки канонады. Слаткая насторожилась. Звуки канонады, были очень необычными – слишком сильными, для обычного боя. Постоянно слышались разрывы гранат, которых не было у оборонявшихся.
Ещё, через десять минут, они уже видели блокпост и бой который затухая, отдалился за него. Машина, замедлилась опасаясь засады. Канонада стихла. Больше ничего не стреляло и не взрывалось. Только крики монстров и звуки ударов слышались впереди.
Они подъехали и выйдя из машины, замерли в шоке, вокруг валялись просто горы трупов. Слаткая видела, что на крыше вагончика горела слабым жёлтым огнём аура ещё живого человека, а впереди с удивлением для себя, она увидела яркую синею ауру и напротив неё – зелёную, но с чёрными и багровыми червоточинами.
Дав команду, девкам забрать раненого с крыши вагончика, она вместе с водителем двинулась вперёд. Везде валялись мёртвые зомби и не было видно ни одной чёрной ауры. Впереди послышались пистолетные выстрелы и они увидели одинокую фигуру человека, который сотрясался от пистолетных выстрелов, шатаясь как пьяный.
Бросившись туда, они увидели, как стрелявший, стал перезаряжать, опустевший пистолет, а фигура перед ним почти уже мёртвого человека с уже сильно потускневшей синей аурой, внезапно прыгнула и острая сабля описав полукруг, обрушилась на голову стрелявшего, разрубив ему голову, тот вздрогнул и упал уже мёртвым, а человек сжимавший в руках саблю, пошатнулся и встав на колени, мягко опустился на землю и распластался на ней.
Его аура быстро, быстро замелькала чередой ярких огней и тут Ирина подскочила и поймав своей душой, уже почти вырвавшуюся из тела душу, заставила её вернуться обратно и стала переливать ему свою энергию. Аура замерцала синим, сначала прерывистым, а потом устойчивым цветом и неожиданно перешла в фиолетовый цвет, человек задышал и потерял сознание.
Оттащив его в сторону, она огляделась, вокруг валялись мёртвые высокоуровневые зомби. потом обратила внимание на повозку и лежавшего мёртвым человека с большой головой, две части которой залили кровью небольшой пятачок.
Нагнувшись к нему, она стала рассматривать азиатские черты лица, наконец догадка осветила её разум.
– Да ты псионик, теперь всё ясно, – кивнула она своим мыслям и отошла обратно к раненому.
Тот был ещё плох, но уже не безнадёжен, весь израненный с запёкшейся на лице кровью, он прерывисто и сипло дышал окровавленным ртом и ушибленными лёгкими. Подхватив его под руки, они вдвоём с водителем затащили его в брошенную повозку и впрягшись в неё заместо лошадей, потащили ею к пикапу.