Чтение онлайн

На тумбочке пиликнул телефон. Подскочила и бросилась к нему. Неужели интуиция не подвела — все девчонки уже поздравили меня, писать некому… Значит, Марат всё-таки сжалился надо мной, остыл и простил. Он всё-таки решил оставить ссоры и обиды в прошлом году, а новый начать с чистого листа?

Увы, нет. На экране высветился входящий перевод на пять тысяч рублей от Олега Сергеевича К. Сообщение в диалогах: «Настя, пусть новый год принесёт тебе океан счастья. Всё точно будет хорошо. Я в беде не брошу. Твой давний друг». Про него-то я совсем забыла.

— Смотри, — протянула телефон Марьяне, внимательно наблюдавшей за мной.

— А я ждала, когда же он напомнит о себе, — задумчиво произнесла сестра.

Видимо, выражение моего лица говорило само за себя. Маря легко считала по нему мои мысли. Она села поближе, погладила меня по голове и прижала к себе. Так и сидели, тихонько раскачиваясь из стороны в сторону.

— Марат… Зачем он так? Я же… — снова захотелось разреветься. И убежать. От себя, от этой жизни с её сложностями, от несчастной любви, убивавшей во мне все светлые порывы. Надоело жить через силу, терпеть каждый день и ползти вперёд против воли. Всё уже поперёк горла.

— Президент говорит, я за игристым! — Марьяна ломанулась на кухню. Она притащила запотевшую бутылку… детского шампанского. Обхватила горлышко двумя руками и заняла выжидающую позицию, уставившись в телевизор. — Сейчас. Совсем чуть-чуть и начнётся.

— Напьёмся с горя и с радости, — рассмеялась я.

— Что ещё нам остаётся?

— А ритуал с желанием сработает на нашей шипучке?

— В этот раз обойдёмся без пепла. Сделаем так: три раза вдумчиво произносим свою хотелку, только самую заветную. Пойдёт?

— Ага.

Тут думать не надо. У меня сейчас одно желание. И я твердила его изо дня в день. Так что повторить его ещё три раза не составит труда. Всё равно приготовилась и сосредоточилась.

«Бом-бом-бом», — на экране появились куранты.

«Я хочу, чтобы мы с Маратом снова были вместе», — сложила руки у губ, закрыла глаза и раз десять торопливо повторила слова для верности.

Гимн России торжественно известил нас о начале нового года.

— Ура-а-а! — закричала сестра, следом раздался хлопок бутылки. Я подставила бокалы, куда хлынула золотистая газировка. Светлая радость искрилась в груди. Я хлопала в ладоши, а сестра прыгала, как шестилетка у ёлочки. — С новым годом, Цветик! Теперь всё у нас будет хорошо! — она бросилась обнимать меня, не прекратив прыжки.

— С наступившим, моя дорогая. Этот год станет для нас особенным! — уткнулась в шею сестры. — Давай есть. Ты столько вкуснятины наготовила, отвал башки!

Шампанское вроде было детским, но развеселило оно нас не на шутку. Может, туда что-то подсыпали, например, горсть смешинок? Мы хохотали до слёз, словно сошли с ума. Наверное, светлые надежды придали нам сил и оптимизма. Новый год всё-таки, начало новой жизни.

Нас отвлёк настойчивый звонок в дверь. Кто мог прийти в первые тридцать минут нового года? Странно. Переглянулись. Заинтригованная Марьяна пошла открывать.

3.4. Гости с новостями

«Сюрпри-и-и-из!!! С новым го-о-о-одом!!!» — с порога раздались громкие девичьи возгласы.

— Варя, Аня, вы откуда здесь? Как вы? — побежала встречать подруг.

И увидела их в костюмах снегурочек: в серебристых кокошниках со стразами, с длинными русыми косами, в нежно-голубых платьях с расклешёнными юбками до колена, подол которых обит белым искусственным мехом.

Серьёзно? Они нарядились для нас и приехали в гости в новогоднюю ночь? Сумасшедшие! Любимые!

— Проходите, угощайтесь, гости дорогие! Не густо, но, чем богаты, тем и рады, — торжественно пригласила к столу своих Снегурок. — Сейчас стулья принесу.

— Я сама, Насть, — остановила меня сестра.

— Девчонки, ну вы даёте! Сюрприза так сюрприз. Отпад! Слов нет! Я настолько счастлива, что вы здесь! — продолжала радоваться я.

— На самом деле у нас всё спонтанно случилось, — Аня уже с аппетитом жевала тарталетку. — Посидели мы в общаге, посмотрели на всех и рванули к вам. Зачем в новогоднюю ночь куковать по-отдельности, когда можно вместе?

— А костюмы такие красивые где взяли? — рассматривала наряды Снегурок.

— Секрет фирмы. Там, где взяли, уже нет, — хихикнула Варя. — Ого, детское шампанское, сто лет такое не пробовала, — она разглядывала бутылку.

— Это ж сколько тебе лет, дай прикинуть, — подсчитывала я.

— О, брось эту затею — тебе не подсчитать, собьёшься, — рассмеялась Варя.

— А ты хорошо сохранилась. Расскажешь свой секрет? — я не унималась.

Марьяна тем временем расставляла стулья и с улыбкой поглядывала на девчонок.

— Увы, это великая тайна нашего рода, — подыгрывала подруга.

— Мы тоже сегодня отказались от градусов, — вклинилась Аня. — Ну их.

— Плеснуть вам шипучки? Она не простая, со смешинкой, — предложила я.

— Вот сейчас очень подозрительно прозвучало! Что ж вы туда подмешали такого увеселительного? — рассмеялась подруга. — А давайте заселфимся для сторис?

Варя многозначительно посмотрела на подругу. Её лицо окаменело и всем своим видом демонстрировало протест:

— Успеем ещё. Отгадайте, кто поздравил Анютку с наступающим?

— Калугин? — спросила с сомнением.

— В точку! — подтвердила мои догадки Варя.

— Офигеть! Вот прямо сам написал и лично поздравил? — не могла поверить своим ушам.

— Да-да, Ань, зачитай нам.

— Там ничего особенного. Он, наверное, рассылку по всем контактам сделал или всем старостам скинул. Ерунда.

— Не скажи, сообщение именно тебе предназначено, — Варя не унималась.

— И я уже пожалела, что показала его тебе, — буркнула староста.

— Ты от радости по комнате носилась и прыгала до потолка. Там уже не скрыть и не отмазаться было.

— В общем, он написал: «Аня, с наступающим тебя! Пусть новый год принесёт удачу по всем фронтам. Так держать, староста!»

— Удачу по всем фронтам, ну-ну… — подкалывала Варя.

— Девчонки, а Калугин — это не замдекана случайно? — уточнила Марьяна.

— Он самый, — кивнула я.

— А сколько ему лет? — изумлённо рассматривала нас Маря.

— Может, около сорока, но это не точно, — ответила сестре.

— А разница в возрасте не слишком большая? — скорее рассуждала, чем спрашивала Марьяна. От её вопроса Аня заметно потухла: её радость, только что разлившаяся бордовым румянцем по щекам, тотчас погасла. Сестра подняла больную тему для юного и ранимого сердечка.