Чтение онлайн

— Надо обмозговать, — почти сдался следак.

Костя протянул руку для пожатия.

— Не боитесь, Константин Ильич, что ваши партнеры не поймут, когда узнают, что вы мента пригрели? — все же спросил Вадим.

— С этим я сам разберусь, — усмехнулся Дым. Непонятки, конечно, будут. Но преданность и мозги Скоробогатова Косте, ой как, пригодятся. Мужик крайне толковый.

Гости разъехались. Эми ушла наверх. Мона с Витьком укатили домой. Следак испарился. Парни из охраны разбрелись по своим постам. Дом опустел и затих.

Костя лично убедился, что все двери и окна закрыты. И только потом поднялся в спальню.

Эми уже была здесь. Тихонько сидела на краю постели, укутанная в огромный мужской халат. Была беззащитной, хрупкой, с влажными после душа волосами.

— Хреновый денек, да? — негромко пробормотал Дымов. — Устала? Хочешь чего-нибудь?

— Спать, — улыбнулась Эми.

— Ложись, — кивнул Костя, отбросил одеяло, приглашая девочку устроиться.

Малышка послушно легла на подушку. Костя не торопился идти в ванную. Присел на матрас. Повернув голову, смотрел на Эми.

Она глядела на него своими огромными глазами. Костю словно что-то шарахнуло в голову. Будто наконец дошло. Впрочем, Дым и прежде обо всем догадывался.

Эта женщина его. Принадлежит ему. И ради нее он горы свернет. Загрызет любого, кого сочтет угрозой. Костя никогда не сможет ее отпустить, просто не сможет.

Костя протянул руку, перехватил девичью ладонь. Не сводя глаз с нежного лица, прижал тонкие пальцы к щеке.

— Я должен был давно просчитать адвоката, — наконец пробормотал Дымов.

— Иди в душ, Костя, и ложись спать, — ласково произнесла Эмилия. — Обо всем поговорим утром.

Мужчина согласно кивнул. Эми права. Разговоры можно отложить на утро.

Когда Дым вышел из ванной, свет в спальне уже не горел. Но даже в полумраке комнаты можно было отлично рассмотреть фигурку малышки.

Костя по привычке оставил телефон и пистолет на тумбе, сам лег рядом с Эми.

— Я понимаю, что у тебя такая… работа, но…, — негромко заговорила Эмилия, а Костя, повернувшись набок, осторожно обнял малышку, провел ладонью по бедру, накрыл выпуклый животик. — Костя, я с ума сойду, если …

— Если что? — шепнул Дымов, когда Эми замолчала, не договорив.

— Я не могу каждый день жить в страхе за тебя, Костя Дымов, — договорила Эми.

— Я тебя услышал, малышка, — выдохнул Дымов.

— Я не Мона, у меня так не получится. Я не могу сохранять хладнокровие, когда кто-то тычет в меня пистолетом, — чуть громче шептала Эми. — Или похищает меня! Или грозит убить! Да и вообще…

— У нас проблема, девочка, — Костя крепче обнял Эми, зарылся новом в волосы на затылке, — тебе нужна спокойная жизнь, чтобы какой-нибудь правильный мужик был рядом. А не такой отморозок, как я.

— Ты не отморозок.

— Возможно, — усмехнулся Костя, — почему ты не уехала полгода назад? Почему осталась? Согласилась на план Гарика? Тачку мою отжала? В офисе моем стала работать?

— Можно я не буду отвечать на твои вопросы сейчас?

— Я итак знаю ответы, малышка, — заявил Костя, — потому что ты моя женщина. Потому что ты достаточно сильная, чтобы быть со мной. Ты — Дымова.

— А ты дурак, — по-детски всхлипнула Эми.

Голос у девочки дрожал. Костя понимал, что малышка вот-вот расплачется. Наверное, это даже хорошо. Пусть поплачет, пусть выплеснет все, что накопилось.

— Дурак, — согласился Дымов, — но ты ведь меня любишь, девочка?

— Не хочу об этом говорить! — шмыгнула носом Эми.

— Зато я хочу, — шепнул Костя, потерся носом о нежную кожу на плече. — Ты меня любишь. Ты родишь мне дочь. Потом сына, или еще дочь. А потом решим по обстоятельствам.

Эмилия возмущенно выпуталась из его рук, села на постели, включила ночник, обернулась к Дымову.

— Знаешь, что, Костя! — прищурилась девушка.

Костя изогнул бровь, закинул руку за голову, зевнул. Однако настроение у Дымова моментально подскочило. И вот такой, дерзкой и колючей, Эмилия ему очень нравилась. Он балдел от такой своей девочки.

— Что?

— Ты все решил, да? А меня спросить?! Я не одна из этих твоих…, — малышка взмахнула рукой в воздухе.

— Ты особенная, — подсказал Костя, потянулся, перехватил Эми за край халата, — ты свела меня с ума еще в первую встречу. Я на тебя запал, как пацан.

— Врун!

— Полегче, девочка, — присвистнул мужчина, — никто безнаказанно Костю Дыма треплом не называл.

— Тогда докажи! — бросила вызов Эмилия.

***

Ей было до чертиков страшно. Она боялась.

Нет, не Костю, разумеется. Не физического насилия, или того, что Дымов выстрелит в нее из пистолета, оставленного на прикроватной тумбе.

Ей было страшно от того, что Константин Дымов отберет у нее весь этот мир, что сам же и создал. Он открыл для нее новые грани. Показал, какой она, Эмилия, может быть: сильной, несгибаемой, дерзкой. Он заразил ее упрямством.

Он влюбил ее в себя. Привязал. Сделал зависимой от взглядов, мыслей, намеков, поцелуев. И пусть начиналось все крайне скверно, зато сейчас все у них хорошо.

Или нет?

Хотя, кто запретит Косте выставить ее на улицу? По закону и всем бумагам она все еще жена Игоря Орлова. У нее нет никаких прав быть здесь, в этом доме, в этой спальне, в постели Кости Дымова.

Он может прогнать ее. А возразить ей будет нечем.

Она не хочет уходить. Совсем не хочет. Хочет остаться рядом с этим жестким мужчиной, тираном, деспотом, монстром. Потому что знает: этот монстр умеет любить.

Ведь глаза не врут.

— Я не знаю, как, малышка, — нахмурился Дымов. А Эми уже забыла вопрос. Да, точно, она велела ему доказать свои слова. Доказать, что он не бросает слов на ветер. — Ты моя женщина, Эми. По долбаным бумажкам ты жена Гарика. Этот момент я решу в ближайшее время. А с остальным? Не знаю, девочка. Требуй, чего хочешь. Я на все согласен.

Эмилия застыла неподвижно. Во все глаза она смотрела на Костю. Тот отвечал серьезным, тяжелым взглядом. Не юлил. Не «спрыгивал» с темы, так, кажется, говорят? Словом, Костя Дымов не прятал от нее эмоций. И это подкупало.

Эми чувствовала себя неуклюжей и огромной. Но все равно довольно ловко забралась обратно на постель. Костя потянулся к ней, легко, словно она ничего не весила, приподнял и усадил ближе к себе.

Вернее, теперь Эми расположилась верхом на мужских бедрах.

Девушка вспыхнула от смущения, но тут же подумала о том, что в спальне больше нет никого. А Костя видел ее обнаженной, вытворял с ее телом немыслимые вещи. Так чего же стесняться?