(Не)чужая семья
Шрифт:
***
Жизнь Эмилии Ветровой разделилась на «до» и «после». Банально, да. Но так оно и было.
В том беззаботном и счастливом «До» все было понятно и ясно. У Эми был жених, подруги, перспективы, отчий дом, семья.
А в «После» не осталось ничего. Все разрушилось чужим и грубым вмешательством в ее жизнь. Эми до сих пор помнила то утро, когда вернулась домой.
Отец ждал ее в холле. Эми никогда прежде не видела такого выражения на его лице. Злость и разочарование источал взор разгневанного родителя.
В тот день отец впервые поднял на нее руку. Синяк долго не сходил с лица Эмилии, будто напоминал о ее позоре.
А дальше события завертелись еще быстрее.
Жених «случайно» узнал все подробности. Более того, знал о каждом ее шаге на территории клуба. Уже после стало ясно, кто именно обо всем доложил.
Эми помнила, как уговаривала Эльдара просто выслушать ее. Но бывший жених оказался глух к ее просьбам. А сейчас бывший жених Эми женится на ее бывшей лучшей подруге. Как предположил Игорь, Светка заранее все продумала. Построила свой брак на трагедии Эмилии.
Предательница, а не подруга. И Эльдар тоже получается предатель. Эми очень хочется забыть этих двух людей из ее жизни «До». Но пока не выходит.
Впрочем, Эми вообще хочет забыть все, включая Дымова. Хочет вернуться в то время, когда самой большой трагедией в ее жизни был сломанный ноготь. А теперь Эмилия Ветрова привыкает к новой реальности и пытается выжить в ней.
Притормозив на светофоре, Эми неосознанно устроила ладонь на животе.
И это тоже ее новая реальность. Ее ребенок. Ее малыш. Именно он заставляет Эмилию просыпаться каждое утро, улыбаться своему отражению, приезжать в офис, где все, каждая мелочь, напоминает ей о ее позоре.
Это ее ребенок. Ее собственный. Только ее. И никому, ни отцу, ни Дымову, ни любому другому человеку, Эми не позволит его обидеть.
***
— Как дела у Гарика?
— Все в порядке. Спасибо.
Эмилия мысленно считала до десяти и обратно, чтобы не сорваться. Присутствие Моники в рабочем кабинете Эми крайне напрягало. Это ведь территория Эмилии, ее вотчина и владения. Потому Ветрова не боится, даже оставшись наедине с этой двинутой на всю голову дамочкой.
— Была б моя воля, — процедила Мона, скрестив руки на груди, — вышвырнула бы тебя отсюда!
— К счастью, ты этого сделать не можешь, — Эми все же отвлеклась от чтения бумаг и взглянула на гостью, — половина этого офиса, как и всего клуба принадлежит Игорю. Уволить меня может либо он, либо твой брат лично.
— Дыму еще три месяца зону топтать! Будто ты этого не знаешь, стерва! — пренебрежительно скривилась Мона.
— Попридержала бы ты язык, дорогуша, — флегматично произнесла Клавдия Матвеевна, а Эми с трудом скрыла улыбку.
Перепалки с Моной стали неотъемлемой частью рутинной жизни, к которой Эмилия уже успела привыкнуть за последние два месяца. Можно сказать, встречи с сестрой Дымова держат в тонусе Эми, не позволяют расслабляться.
— Брат кое-что передал Гарику, — бросив недовольный взгляд на старушку, продолжила Моника. — Пусть приедет к нему.
— Я передам. Но постараюсь переубедить Игоря навещать твоего брата. Напомнить, в каком состоянии он вернулся с последней встречи? — Эми все же поднялась на ноги и скопировала позу собеседницы.
Мона, воинственная и злая, демонстрировала свой скверный характер. Эми казалось, что девушка вот-вот полезет в драку. А потому нужно быть готовой к любому исходу. Впрочем, Эми надеялась, что драться не придется. В конце концов, Эми уже не третьем месяце. Не до драк и разборок.
— Они взрослые мальчики, сами разберутся, — фыркнула Моника и развернулась, чтобы покинуть кабинет.
Уже у входной двери девушка обернулась.
— И на каком ты сроке? За Гарика по залету выскочила? — колкие фразы Эми пропустила мимо ушей. Мнение Моники ей безразлично.
— Всего доброго, Моника, — холодно улыбнулась Эмилия.
— А если это ребенок Дыма? Я имею право знать!
— Это мой ребенок, Моника! — зло прищурилась Эми. — И кабинет тоже мой.
— Не зря ты мне не понравилась с первого взгляда, — скривилась сестра Дымова. — Но учти, если в тебе растет сын моего брата, я все сделаю, чтобы отобрать его у тебя.
— Смотри, не надорвись, — усмехнулась Эми и красноречиво кивнула на дверь.
Моника, уходя, одарила Клавдию Матвеевну убийственным взглядом. А Эми выдохнула, как только кабинет опустел.
— Выпей водички, девочка, — заботливо предложила старушка.
Эми устало опустилась в свое рабочее кресло. Угроза Моники сработала. Ветрову начал бить озноб. Внутри растекался ледяной и липкий страх.
Надежда Эмилии на то, что семейки Дымовых не будет дела до ее ребенка — медленно угасала. Даже Нона, которая имеет крайне косвенное отношение к ребенку Эмилии, грозится заявить на него свои права. Умом Эми понимала, что все эти угрозы пустые. Но все равно было страшно, да.
— Мне кажется, Орлову пора намекнуть, что ты хочешь съездить в отпуск, отдохнуть, — продолжила Клавдия Матвеевна.
— Баба Клава, а если мне согласиться? — глухо прошептала Эми, пряча лицо в ладони.
— Отпуск — прекрасная идея, милая, — кивнула старушка, — все срочные дела мы с тобой уладили. С бухгалтерией помогут мальчики. Тем более, Гарик обещал мне нанять нового помощника. Езжай, Эми.
— Я не про отпуск, — вздохнула Ветрова, — вы ведь все знаете. Считаете, что мне нужно согласиться на брак с Игорем? Так я смогу защитить ребенка?
— Вопрос в том, останется ли ваш брак фиктивным, Эми, — задумчиво ответила Клавдия Матвеевна. — Орлов очень видный мужчина. Он защищает тебя с самого начала. Ты доверяешь ему. Ты умная девочка, Эми, но одного не понимаешь. Игорю ты не безразлична. Он хочет на тебе жениться. Хочет быть с тобой не как друг.
— Знаю, — вымученно вздохнула Эмилия.
— Когда ты родишь малыша, Игорь запишет его на свою фамилию. Это будет самый простой путь, — задумчиво пробормотала старушка. — Но что-то мне подсказывает, ты не согласишься.
— Игорь прекрасный мужчина, — возразила Эмилия.
— Угу, — кивнула женщина, — но именно мужчины ты в нем и не видишь. Хотя, он стал бы прекрасным отцом нашему карапузу.
— Вы во всем правы, Клавдия Матвеевна, — решительно согласилась Ветрова, — я взрослая, самодостаточная, независимая!
— Надо же, какой боевой настрой, — раздался веселый голос Игоря.
Орлов, разумеется, без стука вошел в кабинет. Судя по широкой улыбке, у друга сегодня прекрасное настроение. Наверное, наступил самый подходящий момент, чтобы вернуться к тому давнему разговору.