Чтение онлайн

— Голышком, дома, — фыркнув, Марат отворачивается от нас. — Ты, моя главная победа, особенно над твоими страхами, — вогнав меня в краску таким признанием перед незнакомым человеком, Кирилл немного отсрочил очень важный для меня разговор. Мы же должны доверять друг другу. А она врет, чтобы поссорить. Снова. Стерва.

— Поехали, а то ты пользуешься большим спросом у своих почитательниц, — киваю себе за спину. — Еще не выпустят, — хохотнув, Кирилл толкает дверь на улицу.

В клубе «Империя», в котором я была не единожды, ничего не поменялось.

— Кирилл, здравствуй! — радостно восклицает рыжеволосая девушка, заметив нас. — Можно поздравить с очередной победой?

— Да… Всё готово?

— Конечно!

— Лик, нужно поговорить, — Марат останавливает девушку. — Скоро подойду, — уже адресует нам.

— Мар, — качает головой Кирилл. — Давай без глупостей.

— Да, какие тут глупости… — скалится Марат, уводя девушку от нас.

В ВИП комнате царит полумрак, создающий иллюзию расслабленности. Мы садимся на диван, переплетая наши пальцы рук.

— Ты целовался с Элей? — спрашиваю очень тихо. — Я ей не верю. Ни одному слову. Только тебе верю, потому что ты обещал мне не делать больно, — словно сразу пытаюсь извиниться за свой же вопрос.

— Это она тебе сказала? — спрашивает с нажимом в голосе.

— Она явно соврала, чтобы досадить мне. По крайней мере мне так показалось… А вот про мое здоровье, лучше никому не рассказывай. Пусть это будет только между нами.

— Тот поцелуй, — а внутри все обмирает. Я умираю. На месте. — Она мне рассказывала, как переживала из-за развода, а я ей рассказал про то, что ты проходишь очередной курс лечения. Мы выпили… Это глупая ошибка, Ева. Не более, — откинувшись на спинку дивана, берет в руки пустой фужер и наполняет его коньяком.

— То есть я тоже могу целоваться со всеми подряд…?! За душевный покой, так сказать?! — вспыхиваю, как спичка.

— Ну, пожалуйста, только не сейчас… — Марат присоединяется к нам, присаживаясь напротив. Кивает Кириллу, чтоб тоже налил ему выпивку. — Я не хочу сейчас ссориться.

— А когда захочешь? Дома?! — не унимаюсь.

— Тогда лучше домой мне не заявляться, — дергает уголками губ. — Скоро девочки подойдут, может с ними поболтаешь… Пар спустишь.

— Ни с кем я болтать не собираюсь, — нависаю над ним. — Особенно с «вашими девочками», — подскочив на ноги, иду к выходу. Кирилл выбегает следом за мной.

— Ева, ты меня позоришь перед другом, перед людьми! — оглядывается по сторонам.

— Это ты меня позоришь, когда в качестве утешения засовываешь свой язык… — продолжать аж противно. — Отхватил звездной болезни?

— Что?!

— Того, Кирилл, того… — продолжаю идти вдоль улицы, не оглядываясь назад.

Только не сразу понимаю, что позади меня больше никого нет. Я одна.

Кирилл

— Я уже думал, что ты не вернёшься, — Марат вальяжно раскинулся на целую половину дивана, отпивая виски прямо из бутылки. — И побежишь снова за ней, окончательно загоняя себя под каблук.

— Может я хочу быть под ее каблуком? — набираю Еве сообщение, что скоро буду дома. Дошло. Не читает.

— Все бабы дуры и только могут, что манипулировать нами, — недобро ухмыльнувшись, Марат делает очередной глоток алкоголя.

— Лика умница, что не бегает за тобой. Не хочет всего того дерьма, что происходит в твоей жизни.

— Ева тоже от тебя сбежит… Ей тоже этого «дерьма» не нужно, — хочется врезать ему по роже, но не буду. Оба взвинчены из-за девушек.

— Не сбежит, — сажусь рядом с ним, закидывая в рот подобие маленького бутерброда.

— Уже сбежала, увидев тебя во всей своей красе в окружении девиц. Стер хотя бы, — указывает на мою щеку. На моих пальцах остается липкий след от красной помады. Черт! — Ей нужна другая жизнь, не наша, где баб столько и все разных мастей. А она чистая, светлая… Не по твою душу, вот, — хочется сдохнуть на месте от такой досадной фатальной ошибки. Пишу снова сообщение Еве. Как и предыдущее оно остается без прочтения.

— А Лика? Она тоже не по твою душу? — спрашиваю излишне эмоционально, чем следовало. Меня бесит, что Ева меня игнорит.

— Она как райская птичка… — потом резко выдаёт, меняя тему: — мой батя тут задумал меня женить.

— Что?!

— Майя Солоницына, дочь прокурора. А мой отец вор, пока вне закона. Сечёшь…

— А любовь уже не в счёт? — пораженно качаю головой, на миг забывая обо всем.

— Нахер она нужна, — всё также с пофигистическим настроение толкает Марат.

Чуть позже к нам присоединяются парни, а потом и девушки, участвующие в рекламной компании. Минут ещё через пятнадцать заявляется Эльвира под руку с нашим тренером. Она сменила свой предыдущий наряд на ультракороткое красное платье, будто знала, что Ева не выдержит и снова «сбежит», а мне снова будет нужна ее мнимая поддержка.

— Кирилл, а где твоя красавица? — Артем Ильич интересуется между делом, подливая в свой бокал беленькой.

— Устала, — говорю первое, что пришло на ум. — Скоро сам поеду домой.

— Кир, ну мы только начали, — рука Эли обвивает мою шею. — Куда торопиться, если с поводка уже сняли? — скидываю ее руку, обращаясь к тренеру:

— Артем Ильич, можно на пару слов? — заметив, что тренер меня правильно понял, выхожу из комнаты.

— Кирилл, скоро спонсор приедет. Давай накатим и встретим его навеселе, чем с кислыми мордами, — отрицательно качаю головой.

— Увольте Элю. Найдите причину. Скажите, что сокращается штат сотрудников.

— Дела любовные? Без них никак?

— Она треплет нервы Еве, а для ее спокойствия я пойду на многое.

— Ох, трахал бы Эльку, — хохочет, не обращая ни на кого внимания. — Ладно. Мне от нее проку ноль. Не болтай только, Кир.

— Я поеду домой, — коротко киваю на выход.

— Как?! — ошарашенно таращит на меня свои глазища.

— Хочу под каблук к любимой, — кажется я сегодня совершал два нокаута. Один на ринге, второй прямо здесь и сейчас.

Вернувшись домой, я застаю Еву, сидящей за кухонным столом. Ее длинные волосы струятся прозрачным водопадом в сумраке, освещенным только лунным светом. Между своих тонких пальцев она сжимает что-то очень маленькое, напоминающее бумажную полоску.

— Сделала сегодня утром, — сажусь напротив нее, не включая верхний свет. — Интересно сколько я еще буду пытаться…? — кладет передо мной, как я понимаю отрицательный результат.

— Почему ничего не рассказала?

— Это будет из месяца в месяц, пока у меня есть силы принимать лекарства, — она не плачет. Это плохо. Когда нет эмоций — всегда плохо.