Чтение онлайн

Она продолжала уговаривать Стефанию, расписывая прелести предстоящего времяпровождения:

Кстати, это будет подготовкой ко дню рождению Маринки. Ты только представь себе два этаких безумных праздника на одной неделе, мама держи меня, я умираю от предвкушения! Да-а, — по-прежнему без энтузиазма монотонно повторила Стефания, почти не вслушиваясь в смысл Дашкиной тирады.

Дашка же, известная своей настойчивостью, не сдавалась:

…Мы сможем провести вечерок вдали от дома, вкушая все прелести нормальной студенческой жизни. Ты только представь себе — два дня вдали от моего брательника. С тобой и девчонками. Так это же класс! Мне так не терпится, скорее бы наступило завтра.

Взвесив все за и против, Стефания решила, что ей этого вечера не избежать, и согласилась:

Да, хорошо, — она машинально складывала разбросанные вещи по комнате, наводя порядок.

Вдруг, прервав свою речь, подруга скомандовала:

— Кстати, модную тачку свою не бери.

Не брать? — удивленно переспросила Стефания.

Даша веселым тоном подтвердила:

Не брать, категорически запрещено приезжать на своем авто. Как же мы оторвемся, если кому-то нужно будет потом сесть за руль? Но… — начала безнадежно протестовать Стефания. На эти два дня никаких «но», подруга. Только мы и отдых. Мы его действительно заслужили! Хотя бы за то, что сдали эту ужасную сессию. Вот теперь-то мы полноценные студенты, которые выжили после двух первых курсов. Да что ты, не преувеличивай, ничего сложного не было, — отмахнулась Стефания, для которой учеба была в удовольствие. Ну, может, для твоих мозгов и не было. Не то что для меня. Да каждая лекция — это испытание, а каждый семинар — бой на выживание. С которого, как ты знаешь, не все возвращаются. После всего этого кошмара чувствую себя израненной до смерти. Но я посмевший выжить боец!

Стефания разразилась смехом, представив себе смешную картину, так ярко описанную Дашей.

Раздался стук в дверь, вошла Алена. Она, не говоря ни слова, присела на небольшой овальный диван возле выхода и молча уставилась в окно.

Почувствовав неладное в поведении сестры, Стефания постаралась быстрее закончить разговор.

Ладно, Дашка, мне пора, созвонимся позже, — прервала она протестующие возгласы подруги.

Отложив телефон, Стефания постаралась оценить ситуацию. Медленно оглядев сестру с ног до головы, она обратила внимание на колени, прижатые друг к другу, руки, сцепленные над ними, и блуждающий, запутанный взгляд в окно.

Дорогая, что случилось? — мягко начала разговор Стефания, стараясь с первых слов прощупать причину странного поведения младшей сестры.

Алена Сергеевна Онищенко была младшей сестрой Стефании. Цвет волос у нее, как и у Стефании, был каштаново-рыжий и глаза карие, но оттенок ореховый с крапинками зелени. Их смело, встретив на улице, можно было назвать двойняшками. Так они были внешне похожи! Обе невысокие, худенькие, гибкие.

Вздохнув, она угнетенно заговорила:

Стеф, папа настаивает, чтобы я начала заниматься алгеброй и геометрией более углубленно, с репетитором из универа, каким-то профессором. Он считает, что я могу стать квалифицированным экономистом, — она замолчала, обведя пристальным взглядом книжную полку Стефании, забитую разнообразными книгами. И…? — отметив нерешительность сестры, Стефания подтолкнула ее к продолжению разговора. Но я не хочу быть экономистом, — воскликнула она. — Ну ты-то меня понимаешь? Я не смогу целый день считать и считать. А теперь еще и под присмотром репетитора. Это конец! Это нудный-нудный ужас! Лучше целый день рисовать и рисовать. Но, родная, папа хочет как лучше… — начала оправдывать действия отца Стефания, в уме подыскивая нужные слова. Лучше кому? Ты посмотри на себя! Ты ведь тоже не хотела быть историком? А все потому, что отец решил: зная историю, наша семья сможет лучше понимать настоящее, — объяснила сквозь слезы девушка, нахмурив брови и надув губы, подытожив: — Ты подчинилась, ты учишься! Но я не ты! Я не буду спокойно подчиняться властным командам отца! Я хочу сама выбирать, кем я буду!

Стефания понимающе улыбнулась бунтарскому взрыву сестры, но довольно резко отметила:

— Алена, не спеши с выводами. Отец знает, что делает, — но тут, словно спохватившись, более мягко высказала предположение, — может, тебе и понравится быть экономистом.

Необходимо было учитывать вспыльчивость характера младшей сестренки и не оттолкнуть ее. Сестры были своеобразной противоположностью друг другу, как день и ночь. Молчаливая и степенная Стефания, говорливая и порывистая Алена. Разница в возрасте между ними почти два года. Отец же обожал их внешнее сходство, подчеркивая при этом противоположность характеров.

Ты уже документы подала? — осторожно спросила ее Стефания.

Алена, опустив низко голову, жалобно пробормотала:

Да, но мечтаю я только о том, чтобы не быть зачисленной и поступить туда, куда хочу сама. Куда? — спросила Стефания, теребя в руках хорошо отточенный простой карандаш. В академию искусств… Хочу научиться профессионально и феерично рисовать. Хочу сохранить мир во всех его красках на холсте, сквозь века и тысячелетия. Чтобы картина олицетворяла то, что на ней изображено, а глаз человеческий, увидев, не смог забыть до конца жизни. Люди, увидевшие мои картины, будут говорить о них и гордиться, что имели возможность видеть их вживую! — подняв руки высоко над головой, к потолку, воскликнула Алена.

Стефания, замерев, наблюдала за сестрой, ее отчаяние и желание вызывали трепет. Прекрасно сказанное, отрепетированное до мелочей выступление. Но она говорит словами, которые не свойственны ей. Так какая разница? Приняв решение, Стефания предложила:

Значит, следует поступать и в академию искусств тоже. Учиться заочно. Что? — Алена непонимающе уставилась на сестру.

Взглянув на заломленные пальцы рук сестры, Стефания поспешила уточнить:

— Ну, если ты хочешь, ты можешь пойти на компромисс, одновременно учиться и на экономиста, и на художника. В этом вопросе важно твое желание, — она замолчала, ожидая ответной реакции. — Главное, чтобы ты успевала в обоих таких разных направлениях.

Алена, затаив дыхание, слушала сестру. Ее глаза с опаской смотрели на Стефанию, глотая, как воздух, то, что она говорила. Наконец в них загорелась надежда. Та самая, благодаря которой хочется идти вперед, несмотря ни на что.

А как же папа? — еле слышно пролепетала она, чуть наклонив голову в сторону двери. Наш папа, дорогая сестренка, получит своего экономиста и тоже будет доволен. Тем более, ты выполнишь его требование в полном объеме, став первоклассным экономистом. Но… — снова засомневалась Алена, бросив тревожный взгляд на дверь, будто ожидая что-то вот-вот войдет отец собственной персоной. Никаких «но». Это твой выбор! Раз именно этого хочешь ты, значит, только ты и должна принять решение, поставить перед собой цель и добиться ее, — прервала ее слабые протесты Стефания. Знаешь, Стеф, — сестра замолчала, не сводя изумленного взгляда с сестры, — мама свято верит в то, что ты тихоня и предпочитаешь идти по течению, как большинство людей.

Сквозь кислую улыбку, не зная, как реагировать на слова сестры, Стефания недоверчиво уточнила:

Что? Но мама не права. Твоя смекалка поразила меня. Я и не ожидала, что ты вот так легко предложишь простое решение безвыходной ситуации. Спасибо, ты меня просто спасла. Вот оно, решение, и не просто решение, а верный выход, который удовлетворит и отца, и меня!

Алена выглядела очень счастливо, как человек, который долго искал ответ и наконец нашел его. Она порывисто обняла сестру и, благополучно обходя многочисленные предметы мебели, начала прыгать по комнате, восклицая:

— О, это же классная идея! Я стану и экономистом, и художником! И для папочки, и для себя!

Но для этого тебе необходимо еще работать и работать, чтобы доказать, что ты справишься, — предостерегла ее Стефания от поспешных выводов. Да, да, да! Конечно, сестренка, — быстро согласилась Алена, по-прежнему задорно улыбаясь и лукаво задала вопрос: — все же можно маме я скажу правду? Думаю, мама будет на твоей стороне, — поддержала Стефания.

Алена снова закружилась по комнате, улыбаясь себе и миру. Розовое пышное и одновременно очень короткое платьице, которое было на ней, задорно приподнялось, обнажая стройное девичье бедро.

Принцесса?

Да, она выглядит как принцесса. Настоящая, без красок, живая. Нежная, манящая и веселая, а еще при этом обворожительно прекрасная.

К тому же только им, принцессам, удается сочетать несочетаемое, возможное и невозможное. Итак, вот она передо мной!

Каштаново-рыжие волосы, мраморная белая кожа, живые глаза и розовое платье. И к тому же бесшабашный характер и огромные амбиции!

И овцы целы и волки сыты, — промолвила Стефания, добавив, — каждому свое на своем месте и в свое время. Да, да, спасибо, бегу готовиться к разговору с отцом, — воскликнула Алена, — я надеюсь, он согласится со мной и будет не очень долго сопротивляться моим уговорам. Попробуй, действие всегда было лучше бездействия, — загадочно поддержала ее Стефания.