Чтение онлайн

Картинка исчезла, Костя сидел в той же позе, абсолютно трезвым. Он разделся и, вылив пиво в раковину, лег спать. Спал крепко и без сновидений. Только мысли кружились в голове, не отвлекая от сна. Мысли….

Когда мне задавали вопрос “как?”, я делал паузу, прежде чем ответить. Меня всегда интересовало не «что», а именно «как»: как приходят письма, как их считывают, какие понятия для индекса, и почему улица называется как-то и имеет какой-то номер. Я не обращал внимание на кручение пальцем у виска моих друзей и подруг, но, когда это становится массовым…. Боже! Какой ужас! И ты как в эксперименте Соломона Эша начинаешь сомневаться в собственной сознательности, становишься сам себе изгоем, начинаешь копаться в себе и искать не решение, нет, искать собственную уязвимость и неправильность, и, замыкаясь, становишься ненужным себе, не говоря об остальных – жуткая ирония, плата за разум, бесчеловечная плата. Второй вопрос – «зачем?». Зачем то, зачем это, для чего? Suum cuique – каждому своё, говорит нам латынь, а на русском звучит вопрос – зачем тебе? Но хуже всего, когда этот вопрос не звучит вовсе, и тебе равнодушно, и тебе не надо – вот это уже не смешно. Вообще равнодушие – страшный порок, самый страшный из всех. Тебе не нужно, не интересно, не любопытно, не интригующе, не смешно, не чувствительно – в итоге ты мертв. Нет, физически ты дышишь, ходишь, даже говоришь, но слова пусты – это и есть смерть. Неправильно быть мёртвым среди живых, распространять сладкий запах зависти, уныния, высокомерия, зачем? Опять это слово «зачем». Купи себе новую одежду, купи себе новый телевизор, телефон и массу еще более нужных вещей, возьми их себе, не задавай лишних вопросов. А когда ты спрашиваешь «зачем», ты выпадаешь из местной ойкумены, ты изгой. Конечно, мне нужна новая одежда, вкусная еда, и новые вещи, но возводить в культ? Зачем? Опять треклятое «зачем».

Мне всегда казалось, что сделать что-то полезное – приятно, это уже подарок судьбы, но оказалось, что продать, представить гораздо выгоднее – гораздо существеннее и важнее, так зачем делать, если всё получит тот, кто продал, извечный вопрос зачем? Тебе говорят: “мы тебя не понимаем, ты говоришь сложно и непонятно”, но ведь встречал много людей, которых я не понимал, но я старался их услышать, принять и понять! А вы? Те, кто говорит со мной на языке «нового времени», вы слышите? Пытаетесь? Я ненавижу равнодушие, и сам становлюсь равнодушным обывателем: мне уже не безразличны часы на запястье, не безразлична машина, на которой ты ездишь, не безразличен парфюм и ручка, которую ты достаешь, чтобы что – то записать. Мне уже не хочется ничего менять. Это уже естественно, и не менее ужасно. Фобос и Деймос современного мира. Равнодушие и Гордыня – возвеличенные до крайности. Одно влечет другое и не может существовать друг без друга, равнодушие к таким как ты, неверие таким как ты, и пренебрежение к такими как ты. Я каждый день живу по-другому, и, мне кажется, что я на другой планете. Я читаю книги, смотрю фильмы, сижу в социальных сетях, но это чувство меня не покидает. Я атрибут. Атрибут чего-то другого, может быть важный, а может быть и не важный, атрибут непонятной мне сущности. Мной пытаются манипулировать, иногда успешно. Мной закрывают какие-то проблемы, иногда успешно. Мной оперируют, как законченным атрибутом, не слыша, не понимая, не пытаясь понять, зачем понимать атрибут? Каждый день я с новыми силами, откуда они берутся – загадка, встаю и живу по-другому: слышу, вижу, пробую, пытаюсь понять, понимаю, принимаю как есть, и всё равно проигрываю. Проигрываю большинству, которое выставляет мне оценки исходя из своего равнодушия и гордыни, исходя из того, чем живут они – деньгами, понтами, грехами, смертями, долгами. Они живут этим. И жить по-другому – «непонятно», кто живет по-другому – «не наш человек». И ты стараешься, упрощаешь, не употребляешь терминов и латинских фраз, но дело не в технике, дело в сути, ты не понят, в общем и целом. Наверно все из детства: тихий задумчивый ребенок располагает к пренебрежению, зачем его о чем-то спрашивать, а тем более слышать?! “Зачем?” – замечательный вопрос.

Они явились к нему снова где-то ночи через две, когда Константин был дома и уже предвкушал вечер с бокалом пива в руке. Он собирался в магазин, когда в сознании настала тишина, уже знакомая, и он упал в кресло напротив двух фигур.

– Решение принято, Константин, – ангел был немногословен, а огромные синие глаза бесстрастны.

Константин на секунду задумался. В памяти еще были свежи картины прошлого посещения. Его испуг, наверное, был явно написан на лице, впрочем, если бы явление было в этом мире, хотя….

– Мы в новом мире, – демон был более внимателен к Константину и мог более подробно объяснить действия всей троицы, правда всё равно никогда не делал этого полностью, – ты теперь будешь с нами, мы тебе будем помогать. Ты будешь помогать нам определять общее направление. Константин, у нас есть помощники из нашего общего прошлого и будущего, они будут приходить, когда возникает необходимость, но в таком обличии в каком удобно им, а не тебе, будь внимателен.

– А как я буду узнавать? – Константин явно был растерян. Что ждет его? Как оно будет происходить? Этот извечный вопрос «как»! На вопрос «зачем» у Константина уже был ответ, он понял. Но легче от его понимания не стало, а жалеть себя Константин давно не позволял даже мысленно.

– У тебя всё появится в голове: проекции и образы. Не скажу, что ты всему научишься сразу, но знать и чувствовать изменения будешь, – демон прямо источал любезность.

– Ты будешь появляться с нами или без нас во многих местах сразу, – ангел всегда говорил немного, но очень в тему. Правда – странная вещь. Одно слово может изменить многое, если оно сказано к месту. Теперь Константин знал это наверняка.

– Твоя и наша цель – научить новому: научить людей видеть и слышать. И ты, как человек, будешь помогать нам, нелюдям, доносить это человечеству: как видеть, слышать, чувствовать, понимать, сочувствовать. Понять человека может только человек, поэтому ты с нами, – демон был многословен, хорошо хоть он объяснял подробно, иначе Константин бы потерялся и испугался неведомого. Как оказалось ангел и демон взаимно дополняли друг друга, один говорил подробности без истины, другой истину без подробностей, а человек преображал в чувственное восприятие две эти крайности, или взгляда, выбирать человек всегда может, и должен, но почему-то, иногда просто боится.

– Ты будешь сводить нашу деятельность воедино.

– Твоё чувственное восприятие мира отразится на нашей общей деятельности. Так как ты живешь в России, отсюда пойдут изменения, и именно здесь нас будет больше. Ненамного, но больше, нежели в других местах Земли. В остальных частях света твоего влияния будет существенно меньше, но там мы справимся сами, – демон даже вздохнул от горечи, что ему придется работать за кого-то, а он, итак, перегружен и переработал.

– А я останусь человеком? Ну я хотел сказать мои натура не сотрется за всеми проявлениями? – Константин думал, что сейчас начнут потешаться над ним как в жизни над его мыслями.

– Нет, ты останешься человеком, – ангел сказал это жестким тоном.

– Тебе следует выбрать наблюдателя, который сможет критически оценивать твою личность и человеческую сущность. Лучше всего подойдёт специалист-психолог или психотерапевт. Работа с человеческими душами – их профиль, – демон был серьезен как никогда, – ты выберешь сам конечно, но я бы тебе посоветовал обратиться к психологам, ты же иногда чувствуешь себя не таким как все? Так они в этом специалисты, критичный взгляд – их профессия.

– То есть лечь в дурдом? – не сказать, что Константин был в ужасе. Исходя из того, как он сейчас проводил время – решение очевидное, но рад он не был. Человеческое в нем говорило о том, что жить дальше как-то надо, а тут будучи отличным от других – сложно, а с клеймом дурдома пробиться в люди будет и того тяжелее. Становилось страшновато от такой перспективы.

– Мир изменится, напрасные страхи, – ангел редко спускался до человеческих эмоций, но, видно, сильное смятение Константина подтолкнуло ангела смягчить свою жесткость.

– Оттуда менять мир логичнее всего, нежели из других мест, – демон мастер подробностей, – сам подумай, новый мир будет не похож на то, что было раньше? Не похож. От кого должны прийти изменения? От того, кто не похож на всех остальных, то есть, не от властных и облеченных доверием людей, а от таких, каких в старом мире считали неправильными, а в новом мире будут считать правильными. Да и психолога там себе выберешь, то есть убьешь двух зайцев сразу, а выступить мы тебе поможем.

– Символ надо предусмотреть, – ангел сказал, посмотрел на демона и, явно превозмогая себя, продолжил, – древний символ твоей земли – черное полотнище с красной окантовкой, с золотым ликом Христа. Рыцарь твоей земли, один из твоих предков, не против помочь и вознести стяг над твоей столицей.

– Я принимаю решения такого уровня? – осознание и правильный ответ пришли к Константину сразу, как только он закончил свой вопрос.

– Естественно, всё государство не заменишь, – демоны любят государства, именно иерархия придумана ими – подробности без истины. В государстве можно творить любую глупость, прикрывшись солидным мнением народа. Бюрократия – творение демонов. По-отдельности все умные люди, но вместе творят глупость на глупости, в отдельности все решения логичны, но в целом – чушь. Творение демонов – подробности без истины. Как можно по отдельности изучить целое? Вот поэтому ангел здесь. Истина дается с трудом и требует всего внимания и целеустремленности, и дается не всем, – ты обратишься к государству, но преобразования в целом оставь на наши плечи, – демон был серьезен, – будет параллельное действие государственного аппарата и нас, что получится – представить сложно, но не делать – ещё хуже.

– А кто мне будет помогать кроме Рыцаря? – Константин всегда отметал свою врожденную скромность, когда дело доходило до конкретных решений, поэтому начальство его не любило.

– Тебе будут помогать многие из прошлого и будущего. Те, кто выразил желание в нашем мире, многих ты знаешь по книгам, многие неизвестны для тебя.

– Ты не будешь один, – ангел всегда точен, от его слов всегда веет надежностью.

– В основном участвовать будут люди из твоей страны, но некоторые придут из других – это дело общее, – демон всегда скажет то, что может сказать, секреты Полишинеля.