Чтение онлайн

– Нет, Кира Дмитриевна, вы меня не совсем правильно поняли. С ним нужно провести индивидуальные занятия, поднатаскать его. И это дело я поручаю вам.

– Но, как же, – закачала головой. – Разве в мои обязанности входит индивидуальное преподавание? Для этого есть репетиторы…

– Вы правы, не входит, – согласился Андрей Васильевич, но в интонации его читалось явно не то, что он произнес. – Однако, он хорошо заплатит университету за дополнительные занятия, и приличная доля оплаты достанется вам.

А, ну все понятно. Взятка, значит. И говоря «университету», он подразумевает себя.

– Но если вы категорически не согласны, – добавил он, – То я найду преподавателя, который с радостью возьмется за это дело…

– Согласна, – выпалила я, предчувствуя, что за этими словами кроется незамысловатая угроза скорейшего увольнения. – Я за максимально короткое время подготовлю его и…

– А вот этого тоже не надо, – качнул он головой. – Занимайтесь с ним медленно, вдумчиво. Пусть молодой человек хорошо изучит дисциплину, чтобы знания засели в нем навсегда.

Медленно и вдумчиво… То есть мурыжить его как можно дольше, чтобы выкачать побольше денег, правильно поняла?

– Но готов ли он будет долго заниматься? Все же у выпускного курса и так полно забот, да и выльется это, наверное, в кругленькую сумму, – все же решилась озвучить свою мысль.

– Об этом даже не беспокойтесь. Студент из очень состоятельной семьи, и эти затраты никак его не побеспокоят. А вот для университета это станет значимым вкладом в бюджет.

– Я вас поняла, Андрей Васильевич. Раз никаких тому препятствий нет, то буду заниматься со студентом основательно.

– Я очень рад вашему решению, – декан тут же повеселел от моих слов. – Тогда я передам секретарю, чтобы состыковала ваши расписания и подобрала дни и время, когда вы оба будете свободны. А после этого она пригласит вас для ознакомления с расписанием.

– Конечно, как вы скажете.

– Ну, как прошел ваш первый рабочий день? – непринужденно поинтересовался он, словно предшествующего разговора с неприятной ноткой и не было вовсе.

– Я как раз для этого и зашла к вам. Все прошло отлично. Как никак, а со школьниками заниматься все же значительно труднее, хоть и программа для них проще.

– Ну и замечательно. Рад, что вы теперь в нашем коллективе. Что ж, если у вас нет никаких ко мне вопросов, то не смею вас больше задерживать.

– Спасибо, пока вопросов нет. Доброго вечера вам!

– И вам. И вам, – пробубнил он в ответ, уткнувшись в бумаги.

Мда… Индивидуальные занятия со своим одноразовым любовником никак не входили в мои планы. Но я почти уверена, что занятия Дана интересуют меньше всего. Он задумал что-то. Вот только осталось понять, что именно.

Наивно было полагать, что преподавание в университете окажется чем-то более простым и спокойным. Не знаю, что будет дальше, ведь началось все не очень-то и радужно. Но, надеюсь, что этот этап моей жизни не будет столь же нервным, как преподавание в школе.

После окончания института меня по распределению направили преподавать в школе. Да не в какую-нибудь там провинциальную, а в самую что ни на есть элитную.

Тут можно было бы только порадоваться, правда? Хорошая зарплата и большие премии, комфортные условия для преподавания. В стенах школы красота и уют, а не драный линолеум и облупившаяся краска на стенах. Отличное бесплатное питание, корпоративный досуг… И все это счастье перечеркивалось всего одной вещью – ученики здесь были просто исчадиями ада!

Нет, не все, конечно. Да и в любой школе есть хулиганы и нормальные дети. Но здесь доля отбитых на голову мальчиков и девочек просто зашкаливала, потому что они чувствовали свое превосходство в обществе из-за своего благосостояния. И считали, что им все сойдет с рук. Собственно, так оно и было.

Директор при первой же возможности дал мне понять, что с этих детей нужно пылинки сдувать и ни в коем случае не перечить им, даже когда их поведение пересекает все границы. Иначе праведный гнев их родителей лишит школу хороших спонсорских взносов, а нерадивого учителя премий.

И мне приходилось терпеть. На тот момент желание достойно обеспечивать себя было важнее моего морального спокойствия.

Чем дети были старше, тем они были невыносимее. Их язык был настолько острый, что я даже не находила слов, чтобы тактично им отвечать.

И, конечно, моей главной головной болью был Иванов – ученик одиннадцатого «А». Я каждый день молилась, чтобы этот класс поскорее выпустился, а этот поганец оставил меня в покое.

***

– Кира Дмитриевна, не желаете приятно провести вечер? – распускал свой поганый язык Иванов. – На вашем месте я бы не отказывался, а то так и останетесь старой девой, – продолжал он отвешивать похабства, а весь класс поддержал его ядовитым смехом.

– Оставь свою самоуверенность для директора! – не сдержалась я. – Ты забываешь, с кем говоришь!

– И с кем же? С тупой и стремной училкой? – язвительно усмехнулся он.

Я знала, что спорить с этим дегенератом бесполезно, да и грозить директором – тем более. Сын одних из влиятельнейших людей в городе мог позволить себе почти все, оставаясь полностью безнаказанным. Мне оставалось лишь терпеть его издевательства. Но и молча глотать все, что он говорит, я тоже не всегда могла. А если уж отвечала, то его уже было не угомонить.

– Хватит! – неожиданно раздался возглас самого тихого мальчика в классе. – Невозможно больше слушать этот бред! Для чего эта постоянная клоунада? Никакого уважения к учителю!

Боже, Андреев, ну зачем ты влез?! До выпускного осталось каких-то три недели. Я весь год терпела его, смогла бы и еще немного потерпеть. А теперь ты не только мне хуже сделал, но и себе. Собственноручно превратил свое оставшееся учебное время в ад.

– Кто там и что вякнул? – усмехнулся в ответ Иванов, даже не повернувшись к Андрееву, тем самым дав ему шанс не продолжать конфликт.

– Ты все слышал! – не унимался Андреев, встав со стула. – Давай выйдем и поговорим!

Что он творит?!

Внутри все сжалось от ужаса и беспокойства за этого мальчика.

– Так, прекратили оба! – закричала я. – Вам нужно готовиться к экзаменам, а не разборки чинить! Да еще и на уроке!

– Не волнуйтесь, Кира Дмитриевна, – с пылающим местью взглядом ответил Иванов. – Мы после уроков с ним поговорим.

После перепалки в классе возникла непривычная тишина и спокойствие, и я смогла продолжить вести свое занятие. Когда прозвенел звонок, все ученики ринулись к выходу, за исключением Андреева. Он дождался, когда класс опустеет, и подошел ко мне: