Чтение онлайн

"Хааск с ним, с дух-х-хом, — проворчал Ластар. — Главное, чтобы кое-что поваж-ж-жнее не поникло".

Я рассмеялся, глядя на вытянувшееся лицо Беллы.

— Ластар дело говорит, светлейшая. На старости лет буду "поникать духом". А пока что мне с головой хватает одиночества во время утренних медитаций. Тем более что я, как архан, никогда не бываю по-настоящему одинок, со мной всегда есть Ластар. Так что одиночество в полном смысле этого слова мне в принципе своем не знакомо.

На переговорах все проходило в штатном режиме, и Белла пока нигде ничего странного не унюхивала. Впрочем, я и не надеялся, что она везде и сразу будет что-то подмечать. Меня больше всего интересовало, что она может унюхать на переговорах с салахцами, назначенными в один день в послеобеденное время. Мне все казалось, что там должно что-то произойти.

Салахская делегация в количестве шестерых волшебников прибыла по вопросам заключения нового торгового договора, предыдущий срок которого подошел к концу. Требовалось пересмотреть некоторые условия, потому что меня многое перестало устраивать. Да и я хотел попробовать пошантажировать их, в очередной раз пытаясь вывести на чистую воду и нащупать их слабое место.

В Салахе отличные дипломаты, ничего не могу сказать. Они могли заболтать кого угодно, они очень грамотно переводили темы и нападали словесно. Так как я им не уступал в умениях, то наши встречи всегда превращались в многочасовые взаимные издевательства друг над другом, откуда пока никто не выходил победителем. Но может в этот раз будет как-нибудь иначе?

Поначалу все шло как обычно, не считая того, что салахцы мгновенно обратили внимание на присутствие Белладонны в зале.

— Посторонний в переговорной, Ваше Высочество, — как бы между прочим заметил Фрэнсис, скользкий тип с узкой бородкой и в круглых очках.

— Мисс Риччи не посторонняя, — холодно сказал я. — Ее присутствие допустимо в рамках дворцового устава и лакорского законодательства.

Вот, кстати, любопытный факт: никто ранее на переговорах не акцентировал внимание на Белладонне. Даже если у кого-то и были вопросы, но вслух они заданы не были. На Беллу лишь кидали любопытные взгляды при входе в зал, но этим всё и заканчивалось.

— Допустимо присутствие ищейки? — насмешливо произнес Фрэнсис. — Вы нас обнюхивать собрались, Ваше Высочество?

Ага, значит, он как минимум что-то знает о Белладонне. Она там, конечно, примелькалась в поисковой гильдии, неудивительно.

— Да, допустимо. И если ваша совесть чиста, то это не должно вас волновать.

Фрэнсис молча поджал губы, раздраженно сел за стол, отодвинув стул с противным скрипом.

Гляди-ка, занервничал. Присутствие Белладонны в зале ему явно очень не нравилось.

Но больше на эту тему никто ничего не говорил.

Первые полчаса проходили в привычном режиме, а в какой-то момент ко мне неожиданно подошла Белладонна, улучив момент паузы в диалогах.

— Я прошу прощения, но я вынуждена вмешаться.

— Какая неслыханная дерзость, — тут же отреагировал Фрэнсис, главный представитель салахской торговой гильдии, с которым мы преимущественно и общались последние полчаса. — Впервые вижу, чтобы так нагло вмешивались в государственные дела!..

Белладонна не обратила на его слова никакого внимания. Вид у нее был весьма взволнованный, глаза яростно сощурены. Хм, интересно, что она там унюхала?

— Ваше Высочество, ваш оппонент нагло врет вам прямо в глаза и не краснеет. Забалтывает и сбивает с толку. Рассказывает вам сказки о том, какой чудесный Лакор, как здесь здорово отдыхать, как увлекательно делегация проводила сегодня время на дегустации местных вин… Неплохая тактика для девицы вроде меня, но так себе поведение для иностранного представителя.

— Клевета! — Фрэнсис аж привстал со стула. — Я требую официальных извинений!..

— Спокойно, господин Фрэнсис. Давайте разберёмся и дадим голос госпоже Риччи, — мягко произнес я и повернулся к Белле. — Это очень серьезное обвинение, вы понимаете, мисс Риччи?

— Ничего она не понимает! — продолжал возмущаться Фрэнсис, но я жестом попросил его замолчать.

— Я еще раз прошу прощения, но вы лжете, господин Фрэнсис. Ни в какой винной лавке вы сегодня не были. Ни сегодня, ни вчера, ни вообще на этой неделе. Зато были в лекарской лавке, совсем недавно, примерно час назад. И провели в этой лавке довольно продолжительное время, четверть часа примерно, — сказала Белла, и при ее словах Фрэнсис сильнее сжал губы и зло сощурился. — И намерения ваши вызывают у меня очень большие сомнения. Особенно ввиду того, что под вашей мантией сейчас скрывается целый арсенал ядовитых веществ. Судя по запаху, хм… — Белла с шумом втянула носом воздух и уверенно кивнула. — Да, точно: пыльца тейлонского горного папоротника. Редкая дрянь. Насколько я помню, арханы ее плохо отличают по запаху: слишком тонкий и специфичный аромат, ослабляет внимание при малейшем вдохе.

О как. Нормальные такие новости.

Ластар, а ты сам чувствуешь что-нибудь подозрительное?

"Нич-ч-чегошеньки. Но крош-ш-шка Белла вряд ли будет врать".

Это я и сам понимал, да.

— Клевета!! — как заведенный повторял Фрэнсис.

Он уже окончательно вскочил из-за стола, оперся на него и тыкал своим коротким указательным пальцем в Беллу, разве что слюной не брызгал от возмущения.

Должен отметить, что его коллеги смотрели на Фрэнсиса в недоумении и пытались его остановить. Судя по их растерянным лицам, они были либо не в курсе чего-то, либо чего-то очень боялись. Хм.

— Изъять, — коротко кивнул я стражникам.

— Вы не имеете права!!.. — уже закричал Фрэнсис, когда к нему шагнули стражники.

Все произошло как-то очень быстро…

Белла среагировала быстрее всех, быстрее стражи и даже быстрее меня. Я лишь краем сознания успел удивиться ее нечеловеческой скорости, но на тот момент был сосредоточен на другом.

Например, на том, что Фрэнсис что-то вытащил из-за пазухи и резким движением швырнул в мою сторону. Некий оранжевый порошок мгновенно рассеялся в воздухе и не долетел до меня, только потому что Белла взмахнула рукой, формируя вокруг меня защитный купол. Глаза у нее при этом сверкнули ярким желтым светом. А выражение лица было такое разгневанное — любо-дорого смотреть. На месте Фрэнсиса я бы сбежал куда-нибудь подальше от столь воинственно настроенной девушки.

М-м-м, знаете, а это очень приятно — когда тебя защищает твоя соула…

Ну да сейчас не об этом.

Защитный купол у Беллы получился такой мощный, что он не просто не пропустил оранжевый порошок в мою сторону, но и с силой оттолкнул его обратно, накрыв оранжевым облаком всю салахскую делегацию. Те, кто сидел подальше, еще успели отскочить, а вот остальные вдохнули ядовитого порошка и схватились за головы, которые сейчас раскалывались от невыносимой боли.

— Пыльца горного папоротника, смешанная с цветами орлеандра, — пояснила Белладонна. — При смешении дает эффект сильной мигрени, помутнения рассудка. Не смертельный яд, но может на несколько часов вывести противника из строя. А в маленькой дозировке просто рассеивает внимание. Ну, например, для того, чтобы лакорский принц пошел на все уступки Салаха по новому договору, хм? Судя по запахам, исходящим от этого господина, он перед переговорным залом заходил в уборную, где провел не меньше десяти минут. Полагаю, как раз за эти десять минут он мог намешать нужный порошок, ингредиенты для которого он скорее всего пронес во дворец, распихав по отдельности в маленьких пакетиках по всей одежде. Дело в том, что по отдельности ингредиенты не представляют собой никакой опасности, а вот именно в правильной смеси опасность кроется. Поэтому господин Фрэнсис спокойно прошел все дворцовые проверки ранее. А перед входом непосредственно в переговорный зал никаких проверок во дворце уже не делают, считается, что достаточно всех тех сторожевых постов, которые гости прошли ранее.

— Значит, теперь один пост будет перенесен сюда, перед залом, — хмуро отозвался я, наблюдая за тем, как стражники связывают грязно ругающегося Фрэнсиса.

Это серьезный недосмотр стражи, конечно. Ну и мой, что уж там…

Коллеги Фрэнсиса рассыпались в извинениях, но я слушал их вполуха, быстро сканируя каждого и анализируя информацию. Кажется, остальные салахцы не были замешаны в планы Фрэнсиса. Но в любом случае, стоило покопаться в их головах, а потому пока не следовало никого выпускать из дворца.