Чтение онлайн

— Я не могу, — исключительно на силе воли оттолкнула его от себя. — Нельзя было снять два номера?

— По бюджету не проходили, солнце. У них только стандарты и люксы.

— Взяли бы стандарт.

— Они все были забронированы.

— Понятно, — повернулась к нему спиной и сделала вид, что сплю.

Завтра я не вернусь к нему и ни в какой другой город не поеду. Бросать его не буду. Для меня это слишком сложно. Просто пропаду раз и навсегда. И на Алинкины звонки тоже не стану отвечать.

Очередное утро. Завтрак. Возвращение домой. Фух, всё! Моя эпопея завершена. Мужчина моих грёз найдёт любовницу другую, Алина — новую подругу, а я… Я свободна! Могу делать всё, что пожелаю. Вернуться к бывшему, благо он не против отношений «секс-онли», выбрать любого парня из новой кампании, или просто начать жизнь с чистого листа. Последнее меня прельщает и пугает — выходить из зоны комфорта всегда страшно. Да и новые отношения пока мне ни к чему, поэтому я предсказуемо осталась с Улей и её мальчиками.

Снова звонки и письма. Теперь не только от Сашки, но и от Алины. Я их не блокирую — просто игнорирую. Вторник, среда, четверг. Очередная туса в квартире Макса — парня Ульяны. Алкоголь, закуски, новые знакомства. В кампании всегда появляются новые люди и даже одну девочку зовут иногда. А меня всегда.

— Это тебя, — Уля протянула мне свой телефон и я услышала голос Саши.

— Ты где сейчас? Я за тобой приеду.

— Не знаю. В гостях.

— Скажи адрес.

— Не знаю. Я же уже сказала.

— Выйди на улицу и посмотри.

— Там дождь.

— Тогда вызови такси и приезжай.

— Я же сказала — там дождь. Как я такси вызову?

— Возьми зонт.

— У меня нет.

— Ань, если ты сейчас не приедешь — мы расстаёмся.

— Ты сам это сказал… — Макс вырвал у меня из рук телефон.

И начал откровенно хамить. Секунды две, не больше. А потом начал одеваться и вышел из квартиры. Не знаю, что Сашка ему сказал, но мачо с револьвером в бардачке машины и оружейным сейфом в спальне научился мямлить:

— Прости, брат, на доме точно нет таблички с адресом. Я много раз его по кругу обошёл, — Макс вернулся весь мокрый. — Она не хочет, что я могу сделать?

И я и Уля с удивлением смотрели на него.

— Всё в порядке, девчат. Он больше не позвонит, — Макс выключил Ульянин телефон.

Теперь точно «всё в порядке» — Сашка сам бросил меня, не нужно придумывать причины расставания, метаться в сомнениях, бояться дать слабину в последний момент. Муки совести пусть останутся в прошлом, мне хватит приятных воспоминаний о первых неделях после знакомства с ним.

Вот только чувство облегчения уже на следующий день сменилось тоской. Искать новую работу, нового парня, снова привыкать жить своей скучной жизнью в простенькой квартире, я не готова. Да и Алину подставлять совсем не хочется. Ох, как неудачно я вспомнила о подруге!

Мозг буквально вцепился в чувство вины перед ней, руки сами тянулись к телефону. А что я теряю, в конце концов? До сентября ещё далеко, жене он всё равно изменять будет, так почему бы не попробовать продлить и без того затянувшиеся каникулы? Хоть денег подкоплю…

«Привет. Мне приезжать в понедельник?» — короткое письмо в воскресенье долго оставалось без ответа, но ровно в десять часов вечера я увидела на экране телефона:

«Да»

Тревога. Он хочет поговорить со мной? Бросить в чужом городе посреди ночи? Отомстить? Ни один мужчина не согласится принять в свою постель женщину, которая так цинично ему изменяет.

— Ань, ты почему на звонки не отвечаешь? — Алина не очень старалась мне дозвониться — она просто пришла в мою квартиру с чемоданом.

— Вообще-то я… мы с Сашей расстались.

— Знаю. Ты даже не представляешь, что тогда было…

— Он напился до усрачки, вёл себя как ненормальный. Шлюх вызывал несколько раз, потом прогонял их. Орал на весь отель что-то про то, что ему никто не нужен. Охранникам пришлось ситуацию объяснять. Ань, вы что творите?

— Я ничего не творю. Он сам предложил мне расстаться.

— Серьёзно? То есть, по твоей версии он бросил тебя, а потом так страдал, так страдал? У меня только один вопрос — зачем?

— Есть причина.

— Понятно. Говорить не хочешь. Имеешь право. Получается, завтра ты никуда не едешь? Можно я у тебя переночую?

— Еду, — я скорчила недовольную гримасу. — Мы, если можно так выразиться, помирились.

Только увидев Алину с чемоданом, я поняла, как сильно хочу поехать. Мы возвращались на месяц в то место, в котором, по сути, и начались наши отношения. Я хочу хотя бы попробовать ещё раз испытать те чувства, тот восторг, который бурлил во мне и во сне и наяву. Ещё один кусочек счастья, который я запомню на всю оставшуюся жизнь. Ведь так не бывает у простых людей. Бывший был очень важен для меня, более того — я любила его и сейчас, наверное, ещё люблю, но с Сашкой… Невозможно описать словами эмоции, которые он мне дарил.

— Так и знала, что вы просто поругались.

— Ага. Поругались. Устраивайся, я спать пойду. Завтра вставать рано.

Алина не стала ко мне приставать с расспросами. Ни в тот вечер, ни на утро, ни в поезде. Про Сашку больше ничего не говорила, а я не спрашивала. Не знаю, как относиться к его истерике. Никак? Даже думать об этом не хочу — ни о какой истинной любви между нами не может быть и речи.

И снова волнуюсь, как перед первым сексом. Он не здоровается, не смотрит на меня. Сидит за рулём и ждёт, когда Алина с Андрюшкой устроятся на заднем сидении. Я сажусь рядом. Молчу. Машина тронулась. Мы выехали из города и его рука, при переключении передачи скользнула по моей ноге. Второй раз задержалась дольше.

— Я мешаю тебе? — не пытаясь придвинуться к окну, спросила я.

— Нет, — он очень долго смотрел на меня, слишком долго для человека, управляющего автомобилем.

А потом оставил свою правую руку на моём колене до конца поездки. Прикосновения были не случайны. Мы будто чувствуем друг друга, но я не хочу. Знать не желаю, что между нами не просто секс, а нечто большее. Такой как с ним, я никогда раньше не была.

И с этого момента всё вернулось на круги своя. Ничего не изменилось. Быть может, ещё больше внимания и заботы. Чуть меньше работы и… моё раздражение. Так долго я убеждала себя даже не думать в него влюбляться, что у меня получилось. Незакрытый тюбик зубной пасты доводил до исступления, секс перестал приносить удовольствие, прикосновения бесили.