Чтение онлайн

— Кем собираешься работать? — спросила ее женщина, отвечающая за подбор кадров. — Для продавцов собеседование будет в пятницу. Приходи к десяти часам. И не опаздывай, иначе с тобой и разговаривать не будут. У нас с дисциплиной строго.

Жанна рассчитывала, что все решится сразу, с ней побеседуют, а с завтрашнего или на худой конец с послезавтрашнего дня она уже выйдет на работу, преподнесет маме приятный сюрприз. «Куда собралась?» — недовольно спросит мать. «На работу», — просто ответит Жанна.

Разочарованная тем, что сюрприз откладывался, она шла обратно и думала о том, какой невезучий день сегодня выдался. Коридор был абсолютно пустым, пока откуда-то не появился парень, сосредоточенно спешивший ей навстречу. Поравнявшись с Жанной, он спросил:

— Девушка, а где двадцать первый кабинет?

— Там, — показала Жанна. — Повернете направо, он будет с левой стороны…

— Спасибо! — бросил парень и быстрым шагом удалился в нужном направлении.

Не прошло и пары минут, как он ее догнал. Может быть, он занимался легкой атлетикой и специализировался в беге на короткие дистанции.

— Ты тоже на собеседование приходила? — Ему, видимо, было неудобно молча пройти мимо Жанны, и он, как вежливый человек, хотел обозначить, что помнит девушку, которая показала ему дорогу.

— Ага, — ответила Жанна. — Я хотела продавцом… Но для продавцов собеседование будет только в пятницу.

— Устроили цирк! — возмутился парень. — Больше делать нечего, как приезжать к ним сто раз! И что-то я не вижу толпы желающих. Ты как — еще придешь?

— Не знаю. Других вариантов у меня пока нет.

Жанна остановилась, потому что они уже вышли на улицу, и нужно было заканчивать эту дежурную беседу, прощаться, расходиться в разные стороны. Парень, похоже, уже никуда не спешил, а переминался с ноги на ногу и смотрел на Жанну. Глаза у него были синие-синие, под цвет рубашки. Жанна никогда не встречала такого сочетания: брюнет с синими глазами. Но, возможно, он просто носил контактные линзы. Или солнце так высвечивало радужку…

— А я не хочу, — наконец продолжил он разговор. — Тем более меня в одно место уже берут. Сюда я приехал на всякий случай — для сравнения. Хочешь, тебя тоже устрою?

— Куда?

— Да тут недалеко. Супермаркет. Сетевой. «Седьмой континент». Наверняка ведь знаешь?

Жанна кивнула: конечно!

— Я там охранником буду.

— А ты спортсмен, что ли?

— Не без этого. Но вообще-то я студент. Виталий, — представился он.

— Жанна.

— Редкое имя.

— У тебя тоже.

— Так давай прямо сейчас сходим и все узнаем?

По пути к магазину выяснилось, что его возглавляет дядя Виталия, что заработки там небольшие, но Виталия устраивает охранная деятельность по ночам, что он копит на машину и ему осталось собрать совсем немного.

Дяди на месте не оказалось, он уехал на целый день по делам. Жанна с Виталием покрутились в магазине, посмотрели на персонал — в основном, естественно, женский — и решили вернуться к метро, пройдя через Старый Арбат.

Здесь шла обычная арбатская жизнь. Откуда-то звучала этномузыка, мелькали раскрашенные бока матрешек, лица знакомых киноактеров смотрели с рисунков уличных художников, у Вахтанговского театра, как обычно, собралась толпа, в центре которой шло какое-то представление… Летние кафе были заполнены народом. В одном из них от стола к столу ходила маленькая девочка лет десяти со скрипкой в руках. Она была одета в черные блестящие юбку и кофту, как какая-нибудь солистка консерватории. А гладко причесанные волосы переливались при каждом повороте головы, и Жанна сразу определила, что они покрыты специальным лаком.

Девочка подошла к столику, где ели мороженое две старушки — явно туристки заморского происхождения, и спросила по-русски:

— Вам сыграть что-нибудь? — она показала скрипку и постучала по ней смычком.

Старушки, поняв, закивали, обратившись во внимание. Девочка положила инструмент на плечо, закрыла глаза, подняла смычок… Жанна узнала мелодию из «Розовой пантеры» и попросила Виталия:

— Давай послушаем?

Соседний столик как раз освободился. Они тихонько прошли к нему и сели — лицом к девочке.

Она играла очень старательно. Ее детское личико отражало каждый звук скрипки — то хмурилось, то улыбалось, то вытягивалось в некотором недоумении… Когда девочка закончила, на глаза чувствительных старушек навернулись слезы. Одна из них достала десять рублей.

— Сыграть вам еще что-нибудь? — забрав деньги, спросила девочка.

Но старушки — с просветленными взглядами от соприкосновения с искусством — уже уходили, выражая свои чувства воздушными поцелуями.

— Подойди сюда! — позвали девочку от одного из столиков, где обосновалась мужская компания. — Возьми! — Один из мужчин протянул юной скрипачке пятьдесят рублей.

— Вам что-нибудь сыграть? — повторила она свою дежурную фразу.

— Не надо, — отмахнулся мужчина.

— Я просто так деньги не беру, — насупилась девочка.

— Это тебе за прошлую песню, — объяснил щедрый посетитель кафе маленькой глупышке.

— Мне за нее уже заплатили.

— Ладно, — согласился мужчина, — сыграй что-нибудь.

Девочка подняла скрипку и очень серьезно исполнила «Мурку».

— Надо же! — восхитилась Жанна. — Такая маленькая, а уже и деньги зарабатывает, и с принципами!

— Меня тоже в детстве мучили игрой на скрипке, — сказал Виталий. — Зря не учился. Наверное, у этой крошки заработок больше, чем у меня. Но скажу как полупрофессионал: она — молодец, чувствует музыку…

Последние слова Виталий произнес протяжно, словно в такт медленной и томительной мелодии, которую девочка сейчас играла. Наверное, детские занятия скрипкой не прошли даром, и он действительно разбирался в музыке. Жанне же просто понравилась эта симпатичная девочка. Она подумала, что скорее всего ее родители тоже имели отношение к Арбату — не в маленькой же блестящей головке родилась мысль об этих выступлениях!

Кто-то вообще «выезжает» в этой жизни за счет собственных родителей. Жанна тут же вспомнила Вику. На последний экзамен та прикатила в университет на новенькой серебристой «тойоте», которую получила в подарок ко дню рождения, и с таким чувством превосходства смотрела на «безлошадных» однокурсниц, что это трудно передать словами!

— Вот ты на машину копишь, — сказала Жанна. — А родители тебе не могут помочь?

— Года два назад, — медленно заговорил Виталий, — я взял отцовскую машину и поехал с друзьями кататься. Ну мы что-то отмечали, прилично выпили… Кончилось все тем, что врезались в столб. Чудо, что остались живы, отделались легкими царапинами… А машина — вдребезги. С тех пор мои родители лишили меня и доступа к автомобилю, и серьезных финансовых вливаний… Я вступил на путь исправления… С тех пор, например, совсем не пью…