Чтение онлайн

— Собирайся, моя хорошая. А я пока скажу Любаве и Оболенскому о переезде. Сможешь сама позвонить Сергею Юрьевичу? — спросил я, оторвавшись от Юлии.

— Конечно, смогу. — Мышкина задержала меня, взяв за руку и шепнула. — Будь осторожен. Ты нам нужен живой и здоровый. — Второй рукой она погладила живот и от этого действа у меня внутри всё сжалось.

Сейчас на чаше весов была не только моя жизнь, но и жизнь моего ребёнка. Странное чувство. Оно и окрыляет, и вместе с тем ужасно пугает. Как будто само небо падает тебе на плечи, и нужно попытаться его удержать.

— Всё будет хорошо, — кивнул я и вышел из спальни.

Сразу же направился к Любаве и Оболенскому. Они гуляли по парку, разбитому в академии. К моему удивлению, вопросов и возражений ни у кого не возникло. Ранее я уже просил Любаву позаботиться о Юле, видимо и сейчас она решила, что это лишь очередная командировка. А Оболенский готов отправиться куда угодно, главное, чтобы вместе с Любавой.

Пока Юлия собирала вещи, Гантулга вместе с толпой монголов прокатил мимо замка три гаубицы. Так уж вышло, что никто из моих бойцов, кроме переселенцев из Гистуса, не умел обращаться с гаубицами. Из их числа я запросто сформировал три артиллерийских расчёта и направил на позиции.

Паршиво было то, что у нас маловато снарядов. Да и трёх гаубиц явно недостаточно для того, чтобы сдержать натиск демонов. Изрядно потрепать — да, а вот сдержать… Я потянулся к Гру, и божок тут же появился из зелёной вспышки.

— Всё, Антипу новую кисть отрастил. Денёк отлежится и может возвращаться в строй. Нужно ещё кого-то подлатать?

— Да, нужно подлатать нашу линию обороны, — усмехнулся я. — Гру, я хочу чтобы ты оплёл шипастыми лозами дверь и всё в радиусе пятисот метров от неё. Лозы должны стать непроходимой преградой для врага.

— Но ты же понимаешь, что они лишь задержат демонов?

— Понимаю. Именно поэтому под лозами ты выроешь кучу волчьих ям.

— Оу. Какой хитрый план. Пробираясь через лозы, они не заметят пустоты в земле и провалятся, а там их будут ждать колья. Мне нравится, — дендроид хищно улыбнулся.

— Не только колья. Ты будешь должен оплести каждый кол вьюнком-повиликой.

— Использовать энергию демонов против них самих?

— Именно так. Каждый покойник даст тебе немного сил для создания дендроидов и всего, что может нам понадобиться во время обороны.

— Тогда я пошел работать. Ведь если мы не поторопимся, то Дубровке настанет конец. А я ещё пекарни не успел открыть, — хмыкнул Гру и с тоской посмотрел на меня. — Зря мы запечатали проход в Руиндар, сейчас бы могли просто сбежать от проблем.

— Или привести проблемы прямиком к неокрепшему Урфину, — парировал я. — Ничего страшного. Справимся.

Гру кивнул и отправился творить. Да и мне пора заняться делами.

Травматологическое отделение

Московской областной больницы.

— Людка! Подь сюды. Тут коматозник ваш опять ходить пытается, — закричала дородная женщина в белом халате, обращаясь к постовой медсестре.

— Да тише вы. Я уже хорошо себя чувствую. Сейчас покурю на лестнице и вернусь, — шепотом обратился к даме седой мужчина со шрамом на виске.

— Ага. Шустрый какой. А если ты кони нарежешь, то Людке за тебя отвечать? Нет. Так не пойдёт. Людка!!!

— Степановна, да чё ты орёшь? Там главврач обход делает, а ты тут горланишь, — выпалила прибежавшая медсестра и тут же нахмурилась, уставившись на пациента. — А вы, голубчик, куда собрались? Живо в палату.

— Людмила Сергеевна, да мне же одну папироску выкурить, и всё. Войдите в положение.

— Никаких папирос! Когда выпишут, тогда хоть обкуритесь. А пока я за вас отвечаю, никакого табака, — медсестра подхватила мужчину под руку и повела в палату.

— Ну, можно я тогда в окошко покурю?

— Специально для таких как вы, мы все окна заколотили, — медсестра усадила мужчину на кровать и услышала слева невнятное бормотание.

— Ага, этот третий час лопочет. Настасью какую-то зовёт. Вот! Слышите?

Медсестра подошла ближе и склонилась над пациентом.

— Суки, пустите… Пустите Настасью… Настасьюшка, я иду… — невнятно бормотал мужчина с забинтованной головой.

Когда его нашли, он был одет как аристократ, но вот в карманах документов не имелось. Из-за чего и пришлось определить его в отделение общей терапии. Аристократики-то все, как один, в частных клиниках лечатся или, на худой конец, в платных отделениях. А что делать с этим бедолагой — непонятно.

Медсестра вздохнула и вовремя успела отстраниться. Мужчина резко вскочил и заорал на всю палату:

— Настасья! — Его взгляд заметался из стороны в сторону и наконец сфокусировался на ошалевшей медсестре.

— Голубчик, вы чего так орёте, — начала повышать тон тётка, но её тут же заткнули.

— Где мой мобилет?! Это вопрос жизни и смерти! Нужен! Соображай, родная, мать твою! — прикрикнул аристократик.

— Вы чего кричите? Все ваши вещи в тумбочке, — растерянно ответила медсестра и попятилась на выход.

Мужчина с силой выдернул верхний ящик, покопался в нём пару секунд и нашел мобилет, а ещё запечатанный конверт. Он собирался позвонить, но что-то заставило первым делом заглянуть в конверт. Внутри было письмо:

«Господин Тополев. У нас твоя жена. Постарайся сделать так, чтобы министр торговли приложил все возможные усилия для того, чтобы императорский двор отказался от услуг Дубровского. Если не выполнишь наши требования, то станешь вдовцом. У тебя неделя.».

Дочитав письмо до конца, Тополев Никита Юрьевич ощутил, как дрожь пробежала по телу. Рука сама собой набрала номер Дубровского и поднесла трубку к уху:

— Виктор. Мне нужна помощь.

Повесив трубку я, мягко говоря, был зол. При этом я злился не столько на ублюдка герцога, сколько на себя. Нужно было убедиться, что Фридрих надышался испарениями квакштуньи и сошел с ума. Но нет! Я позарился на новые танки. Из-за моей неосторожности похитили жену Тополева.

Проклятье! Как же меня достало то, что из-за меня страдают близкие мне люди. С другой стороны, единственный путь, чтобы никто не страдал, так это запереться в Дубровке и ни с кем не общаться. Но даже так пострадает тот же Ершов, да и род Львовых уже был бы стёрт с лица земли. И Оболенский бы давно потратил последние сбережения и пошел по миру.