Чтение онлайн

— Ой, братыку, шо будет и как — сам не знаю…

Потом исчез. Мы все так радовались, но недолго… Вернулось оно…

А немцы — морду лопатой и не раз запросто заваливали в женскую парную к нашим симпатичным посетительницам … Наши девки выскакивали, как ошпаренные ко мне, типа:

— Че, он лезет, козел?!

А немцам — с гуся вода, только перья торчат меж ног… Так мы сразу разводили посетителей аккуратненько по половым признакам. А как сразу приучишь — так и нормальненько, говаривал я своим помощницам. А то клиенты потом воспринимали попытку что-то изменить, как наезд на их права. Урок начинается с построения! — всегда я говаривал своим помощницам. Но повесил на двери женские и мужские пиктограммы. А то были умники:

— Где у вас написано, что это женская парилка!

— Вам же сказали наперед, что туточки для джентльменов, а там — для леди!

— А где написано?

— Дык и негде не написано: не ругаться, не плеваться — это родители, как элемент культуры прививают, все ж не напишешь, как инструкцию к двуручной пиле, американцы правда пишут уже инструкции и к туалетной бумаге, для таких, как вы! — с улыбкой грю правдоискателю…

Бандюки могли вытереть туфли полотенцем на прощание, чем грешил один янки, пока я ему не объяснил разницу между обезьяной и человеком, банщиком и битой… Всё с юмором конечно, шоб не обиделся мани несущий или несучка, по народному. Бандюкам это объяснять было бесполезно… Просто однажды дал им их же полотенце… посмотрели внимательно на меня, но я взгляд не отвел, (ведь по делу выступаю, не выпедриваюсь же!) Больше не вытирали туфли. Руку жали при встрече в бане. Хотя их руки может и почище рук наших чиновников «що не кралы»… Хотя, бандит это не должность, а состояние души…

Тех, из известных, кто маскировался, мы старались ничем не беспокоить вообще. Хотя бы потому, что никому они не были нужны, т. к. в бане эполеты не наблюдались… На полкЕ — все равны, как в кровати! Как в песне пелось:

Гораздо более известные люди, которых можно было видеть только по ящику, хаживали к нам: из Голливуда, конгрессмены, министры, ученые, певцы, бизнесмены — вели себя очень просто и доброжелательно. От Дэвида Копперфильда, певца Стинга, семьи Кеннеди до групп: «Бони М», «Дип Пёрпл», «Назарет», до Перейры — тренера Бразилии по футболу — кто только не жил у нас в отеле, всех не перечесть!

Перед футбольным чемпионатом 2006 года сидел у нас в бане Перерейра с бразильским легионером Динамо Диого, что-то терли о своем. Диого пил хорошее бразильское пиво, по 5 баксов пляшка… Когда он уходил, я спросил:

— На кого счет-то на пиво выписывать?

А тот, шутник, записал на Перерейру… А тот, видать, юмора не понял… Иначе как объяснить, чего он его на мундиаль не взял? Шо, его зубастики-абреки и Рональдиньо — лучше сыграли?

Особенно старались сделать приятно, такому титану кино, как актер Армен Джигарханян. Совсем старенький ужо… Но голосок всё тот же, с рашпилем…

Однажды открываю двери, заходит знакомая рожа до опупения, а кто таков — не вспомню. Спортивный костюм голубой, на спине орел двуглавый золотом вышит — русский герб значит, хотя никакой он не русский, а герб Византийских императоров Палеологов… Ну теперь уж русский вроде стал с чего-то… Ну, так тому и быть… Стою, напрягаю память… Вроде знакомый известный спортсмен на пенсии…

А визитер:

— Не напрягайтесь, я министр обороны России, Грачев! — вежливо так с улыбкой…

А-а-а, грачи прилетели! — подумал я…

С ним адьютантша такая симпатичная, на казашку смахивает. Была у меня такая когда-то, супер женщина! И поучила меня хорошо не только в сексе, а в жизни, правде-матке. Пропал я как-то на месячишко, присох на другую, а потом вернулся к казашке своей, она де лучше… Поели, попили… уже и вечер. Я к ней, а она стелет мне отдельно. Я весь в раздрае, в недоумении кобелином:

— А что это ты мне стелешь отдельно?! — с обидой…

— Ты, Вася, не обижайся, но где ты лазил месяц, я не знаю — так культурно меня отстегала, что я побагровел… Кремень баба, так и не дала… Я потом к ней больше не ходил… Но, за науку — благодарен! Нашего брата тоже надо воспитывать, чтоб не мнил себя половым гигантом. Она мне потом призналась, что с трудом мне отказала… На том я и утешился по мужиковски…

Гляжу я но того министра, тьфу, думаю, а мне блазнится — спортсмен…

Расписались они в книге посетителей, культурно отдохнули по разным парилкам, поплавали, чайку попили, вежливо попрощавшись, ушли…

А наш генерал-эсбэушник, когда я сказал, кто у нас отдыхал, ругался:

— Редиска он, войну в Чечне начал…

А когда папа римский приехал в Киев, целая куча журналюг у нас жила. Раз под вечер пришел симпатичный такой молодой итальянец. Попарился, отдохнул, вынес сложенными: халат полотенце, простынь, аккуратно положил на кресло. Ну, думаю, культурный, просто приятно с такими работать. Наши—то пораскидывают, потопчут все, двери нараспашку — ну чисто Мамай прошел…

Проходит он мимо стойки администратора и пытает меня серьезно:

— А где у вас в Киеве есть гей-клуб?!

Я так и сел в кресло…

— Извините, не знаю!

— А как вы относитесь к геям?

— Я к ним не отношусь! — старюсь вежливо так отбрить…

Понял, ушел вежливо попрощавшись…

А я ехал потом ночью домой и пытаю у таксиста:

— Слышь, меня тут один клиент-итальянец пытал: где в Киеве собираются голубые?

— Да у сына Масола в клубе завода Точэлектроприбор… Я наверно твоего клиента туда и отвозил сегодня вечером. Я всегда говорил, что коммунисты — пидары! — смеется…

А моя помощница Наташка жаловалась, когда я ей рассказал про того итальяшку:

— У меня в доме в подвале, гей-клуб. Выхожу я с сыном подростком утром, а эти накрашенные голуби один другому противным тонким голосочком:

— Ты куда пошла? А пацелаваться? — Тьфу, ты пропасть! — плевалась она.

— Да-а-а, — грю — в Европу через ж…!

Вообще-то не подумайте, что только проблемы были, это редкость, но как поставишь на место дурака или хама — так потом самые козырные становились такими, что хоть на хлеб намазывай… Понятное дело, нервы на работе, а тут, приходя, пытались иногда оторваться на Васе, но я их быстро парком и веничком отстегаю, как шелковые выходили… Смеялся я, так приятно начальству холку намылить или веником отстегать пониже спины! А они мне:

— Сатиром становишься, Вася!

Часть из очень крутых жильцов приходили и к нам в центр отдохнуть и расслабиться без всяких претензий на особенность. Один продюсер из Голливуда Боб, друг Никиты, Джима Керри, ну того, что зеленую морду в маске играл, Шварценеггера, (я видел полно фотографий Боба на его сайте, где он с каждым в обнимку, да подписи самоличные актерские: «другу Бобу от…») со мной калякал часто про жизнь. А после отъезда Боб потом прислал по электронной почте письмо:

— Василий, я опять приезжаю в сентябре, ты будешь работать?

Конечно, я даже сменой поменялся, чтоб с ним поболтать. Простой такой и вежливый. Но я тоже с понятием. В аккурат надо быть с такими, не сильно упрощать, дистанцию не сокращать, они сами ее сократят, когда надо. А то простота — хуже воровства!

Однажды, звонок в двери. Открываю. В дверях живописно подбоченясь, стоит крепенький мужик, как с рекламы Мальборо, только шляпы не хватает:

— Привет!

— Привет! А вы, сэр, не из Тексаса?

— Откуда ты знаешь?! — удивленно…

Да как не знать, по полету и птицу видно…