Чтение онлайн

— А вот и сыграю! — хмельно гаркнул Ланс и хлопнул рукой по столу.

Он, немного качаясь и держась за стул поднялся, вытащил из футляра свою Малышку и направился к сцене. Группа посмотрела на него с явным неодобрением, но почему-то все же уступила микрофон.

Чуть не упав, забираясь на неё (сцену), Герберту уселся на стул и положил талию базы на колено. Проныра пододвинул микрофон, скрипнув им так, что все на мгновение заткнули уши, самые чувствительные даже вскрикнули.

Ланс, отвернув голову в сторону, срыгнул и прокашлялся.

— Дамы и господа, минуточку внимания, — пьяно произнес парень. — У микрфона... а впрчоем не важно. А вот спою я вам песню. Зародилась она в заброшенном род.доме Скэри-сквера, но окончательно оформилась на озере в окружении дементоров. Не самые приятные ребята, скажу я вам. Блюз бродячих собак, господа. (п.а. Геб играет трек группы Секрет — «Блюз Бродячих Собак», рекомендую врубить)

И Ланс заиграл. В этой композиции не было каких-то вокальных выкрутасов, изощренных рифов или сколько-нибудь гармонии. Лишь текст имел значение. Вскоре группа уже подвахитал ритм, влился басист, присоединился ударник. А Проныра пел и играл.

Пел о том, что в жизни бандита были свои плюсы, что это было даже хорошо. Пел о своем родном районе, но еще и том, что все это осталось позади. Кроме друзей, живущих в приюте, все осталось позади. Ведь он, Герберт Ланс больше не какой-то босота и бандит, он теперь волшебник и будущий Король Рока. А значит... значит пора распрощаться с босяцкой житухой и бандитским началом. Но, может быть, только может быть, порой об этом надо и вспоминать. Как раз в те моменты, когда звучит такой простой блюз.

Проныра доиграл, сорвал вялые аплодисменты, кивнул группе и спустился вниз. Девушек пришлось будить, так как они уже спали. Привычно оставив на чай, ребята подняли леди и буквально понесли их на выход.

Правда, стоило дамам выйди на свежий воздух, как они мигом пришли в себя. А Анастсия еще и ударила каблуком Миллера, за то что тот «слишком похабно держал за талию». Парни пожали плечами и вызвали «Ночной Рыцарь». Тот, скрепя тормозными, остановился у обочины.

— Точно не надо проводить? — осведомился Крам.

— Точно, — кивнули близняшки.

— Мы уже все, — сказала Яковлева, говоря Стену куда их везти. — А вам догулять надо, иначе потом опять будете чары на всех насылать. До встречи мальчики.

— До встречи девочки, — хором ответили парни.

И автобус исчез, размазываясь одной искрящейся линией. Крам, Миллер и Ланс, о чем-то оживленно споря, пошли вниз по улице.

— Вам не кажется, что на нужен кто-то еще для удачной прогулки?

— Это ты про кого? — переспросил Миллер у Ланса.

Проныра подмигнул, вновь открыл футляр, но на этот раз достал оттуда бутылку. Бутылку попсового, но недурственного виски.

— Старина Джек! — воскликнул Вик. — Нам тебя-то и не хватало.

— Моя школа, — одобрительно кивнул Дэв.

И дальше уже пошли три волшебника и одна бутылка виски.

Пол бутылки спустя

— И чего они от нас хотят? — шепнул Крам на ухо Лансу.

Проныра присмотрелся к девяти... нет, десяти гопникам.

— Прикиды стягивайте, лавэ на асфальт или мордой туда же, — рычал самый гоборитный.

— Стриптиз просят устроить, — перевел Проныра.

Вокруг была ночь, уныло мерцал разбитый фонарь, а трех волшебников окружило десять маглов хамоватого вида. Впрочем, они были не только хамоваты, но еще и быдловаты и гоповаты. Даже Ланса передернуло. Нет, и у бандита должен быть шарм. А то подойдешь ты гоп-стопнуть, а тебе сразу по морде, не комильфо как-то. А вот если ты подошел, а тебя даже не стреманулись, то это уже уровень.

— Мужики, кажется эти ребята не с нашего двора, — промычал Давид.

— Сто пудняк, — кивнул качающийся Виктор.

— Живее, — пропищал какой-то пубертат в джинсах, спущенных ниже колен. Впрочем он был прикрыт какой-то жуткой толстовкой, на размеров пять больше, чем нужно.

— Если быть точным, — пробулькал Ланс. — То ваш двор находится за пару часов лета отсюда.

— Что не меняет сути дела, — расплывчато кивнул поляк.

— В морду? — поинтересовался всемирно известный Ловец.

— Эх, — махнул рукой Ланс. — Гуляй рванина... Аааааа!

С этим криком трое бросилось на десятерых.

Одна драка спустя

Три чумазых парня, в изорванной одежде, с кровоподтеками на лицах и разбитыми костяшками, сидели на крыше. Свесив ноги, они изредка поплевывали куда-то вниз, где звучали клаксоны машин. Плевки летели долго — ребята сидели на крыше новенького небоскреба в центре делового Лондона.

— Хорошоооо, — протянул Крам. Он приложился к горлышку бутылки, а потом, цыкнув, скривился — алкоголь попал на разбитую губу.

— Классно мы их, — кивнул Ланс.

— Или они нас, — прошипел Миллер, держащийся за пострадавший бок, куда пришелся удар сапога со стальным носком.

— Скорее мы их, — хмыкнул Ланс.

Да, за тремя волшебниками, которые так и не достали палочки, осталось лежать на асфальте десять скулящих гопстопщиков. Так что можно было смело сказать «мы их».

— Приятно порой руками поработать, — заметил Виктор. — Вот так, по честному, без магии всякой. Раз на раз.

— Раз на три, — поправил Миллер, который перенял бутылку. — Но да — хорошоооо.

Посидели, помолчали, наслаждаясь ветром и вечерним городом. Сверкали огни, ревели машины, кричали птицы, которым мешали птиц, а они, в отместку, по утру будут мешать спать людям. Настроение было каким-то лирично философским. Такое всегда бывает после хорошей пьянки, окончившейся не менее хорошей дракой.

— Геб, а зачем ты форму свою спалил? — спросил Миллер, передавая анимагу бутылку.

— А чего её скрывать? — удивился юноша. — Не ключ от Форт-Нокса же. Анимагия, шманимагия, не важно это все.

— А что важно?

Проныра улыбнулся и стукнул себя по левой стороне груди, мигом сморщившись, болело буквально все.

— Хорошо сказал, — кивнул Давид. — Вот у меня дедушка — ребе в синагоге в Кракове. Так когда ко мне пришли из школы, он так сказал — «внуче, таки не важно за размеры твоей палки, важно за размеры сердца».