Ну вось и лета адышло —Знясли буслы на крылах.А што было? То дни лило,То парыла, варыла.У трапичнай гэтай цеплыни,У гульнях на прыродзеИмкливыя ляцели дни,Нибы-та у карагодзе.Пакуты школьныя забыцьДапамагли нам шпаркаУ лесе ягады, грыбы,А на рацэ рыбалка.На жаль яно каротки часУ маих краях пануе.Як тольки адыходзиць Спас,И восень каляруе.За ей зима и халады,И зноу мароз ушпарыць.Адно ад гэткае бяды,Як пра былое марыць.Як были цёплыми раллиИ парны ранни золак,И купал неба да зямлиУ дыяментах зорак.
Советское
От безродных гламурных сорокПовелось выраженье «совок».Им они объяснились вполнеВ отвращении к «этой» стране.Понимая под этим клише,Все, что наше и нам по душе.То, что нужно забыть нам и статьИм, чужим и безродным, под стать.Эта цель поддалась им почти,Но со мной им её не достичьНи за что, никогда и вовек:Я советской страны человек.На земле, на морях в небесах,В партизанских дремучих лесах,И в труде, и в военном огнеМои предки присвоили мнеЭто званье. Означил мой родВсех их орденских планок штрих-код.Символ Славы, завещанный в нём:Цвета пороха рядом с огнём.Потому-то даровано мнеВ самой лучшей на свете странеЖить среди самых лучших людей,Самых светлых и чистых идей.Не во сне, не в мечтах – наявуЯ в Советском районе живу.Здесь расту я, здесь в школу хожу.В заключение вот что скажу:Знаю, что непременно вернусьЯ в советскую вновь Беларусь.
Дом молодёжи
Образ Дома молодёжи —Кубоватый и вполнеНезатейливый – он всё жеСтал вполне приятен мне.Как-то в нём в страну поэтовПровели раздачу виз.Я, присутствуя при этом,Получила первый приз.Может, это был аванс мойИ намёк на добрый путь:Стану темой для романса,Анной Керн кому-нибудь.Иль когда-нибудь, наверно,Оправдаю тот авансИ какому-нибудь КернуПодарю я свой романс.
Олимпии, Венеры и Данаи
Чтобы вниманья женского добитьсяИ лёгкой лестью голову вскружить,Достаточно назвать фемину «львицей»И к ней эпитет «светской» приложить.И можно оплошать совсем немножко,Чтоб полный получить от них афронт:Возьмите, назовите даму «кошкой»,И сразу станет всё наоборот.Но львица – просто жалкая холопкаЖестокого звериного царя.Раба его несытой жадной глотки.Бесправно ему служит и зазря.А кошка независима. ЛюбомуГотова дать отпор в любой момент.К тому же кошка – украшенье дома,Изящнее в природе зверя нет.Веласкес, Караваджо, БоттичеллиНебесной достигали высотыВ изображении своих моделей,Кошачьи придавая им черты.Олимпии, Венеры и ДанаиВеками вдохновляют мир мужчин —Кошачья обаятельность дана им,И это главная из всех причин.Невольно сравниваю их. ПленяетИ женщины, и кошки красота.Но женщинам немного не хватает…Хвоста!
Кошка
Она была красива, словно кошка:Изящна, грациозна, а глаза!Я жутко был в неё влюблён.Она? Пожалуй, что немножко.Но все же вышла замуж за…Но не меня. Поблекли краски мира,Погасли звёзд далёкие миры,И я ушёл от дружеского клира.Презрел их шумные забавы и пиры.Но не сломал меня порыв любовной бури.Был бес любви самонадеян. ОттогоЯ мощной силой юношеской дуриРассеял тёмную материю его.Ах, юность беззаботная, лихая,Когда я, как суворовский солдат,Всем прихотям своим беспечно потакая,Ломил вперёд и не смотрел назад.Теперь я не смотрю вперёд – там всё предельно ясно,Вполне понятно, что там впереди.О, жизнь моя, как ты была прекрасна!Но сколько же я сам себе вредил!Сегодня, разбирая, как под лупой,Что я тогда по жизни вытворял,На глупость громоздя другую глупость.Что я тогда обрёл, что потерял?И лез я не туда, и делал, что не нужно,Но самому себе назло —В любви, друзьях, учёбе и по службе —Мне всё равно везло.Я думаю, что если б мне случилосьПо жизни разыграть другой сюжет,То из меня бы путное чего-то получилось,Но только не поэт.Но почему сейчас, уже у края,Всех прочих позабыв в упор,Без грусти, не жалея, не скучая,Я эту кошку помню до сих пор?
Монолог кошки
Вот человек. Он мнит, что мой хозяин,А сам страстями мелкими влекомИ вредными привычками терзаем:Насквозь пропах противным табаком.Живущий в будке, наш дворовый пёс —Безмозглое животное, тупое —Такую ахинею нёс!Сказал, что наш хозяин бог, и всё такое…Что с них обоих взять —Убогих, примитивных?Они друг другу, так сказать, под стать.И пахнут одинаково противно.Он лезет с ласками ко мне, но я не выношу.Хотя на ласки глупые его и странные капризыПорою гордо снисхожуС загадочной улыбкой Монны Лизы.Он не въезжает, но – я бог его,Хоть и не к чести мне такая малость.Вот он сидит, не видит ничего:Не чувствует,Что божество егоПроголодалось.
Не возвращайся
Стояли здесь в былые дниДома и огороды.Река их смыла, и ониУшли под воду.А те, любившие меня,Ушли под воды Леты.Лишь на кладбищенских камняхОстались их портреты.Я с ними жил, я вышел весьИз их корней и семени —Судьба мне подарила честьК их прикоснуться времени.Да, я успел, попал в струю.Мне повезло сверх меры:Я рос среди людей в краюСердечности и веры.Стрелою не был я ранимИ язвой не потравлен.И ангел, коим я храним,Был здесь ко мне приставлен.Теперь вот мой подходит срок.Ведёт моя дорогаЗа Лету: в небо иль в песок,Которого здесь много.Песок в глазах, песок в горсти,Песок в часах струится.Туда, где счастлив был, прости,Не возвратиться.
И это все о нём
Я, модно говоря, харизматичен:Божественно красив, но дьявольски циничен.И, чтоб вы не подумали иначе,Вот перечень моих природных качеств:Я – эгоист, как это ни печально,Аналога мне нет, но это лишь начало.Я мастер шантажа, я вымогатель,Обманщик, уклонист, предатель,Мошенник и воришка, плут,Двуличный тип: король и шут.Коль это всё неровным часомСвести в критическую массуИ наделить меня притомПодобным вашему умом,Какой бы я нанёс ущербПланете, людям, и вообще…Ни до потопа, ни потомЗловредней не рождалось монстра.Притом что я являюсь простоДомашним баловнем – котом.
Истина в вине
Есть ряд вещей приятных, но порочных,Здоровью неполезных, ноНеистребимых – это точно.И первое средь них – вино.Но эта правда для Руси, если хотите:«Веселие Руси – есть пити».А есть приоритет ближневосточный,И там другие нравы утвердились прочно.Там не приветствуют употребление вина,Пророк сказал: «Ни от лозы, ни от зерна.И, если выполнишь ты заповедь мою,То сорок гурий будут целовать тебя в раю».Прикинь, едва душа простится с телом,Как сразу же примчатся сорок целокИ станут рвать её на части —Во где награда, во где счастье!Во трезвость до чего доводит:Какая «белочка» приходит.И даже если он какой-нибудь БахрамИ пить не может запретить ему имам,Туда же лезет, прах его возьми!Вы можете прочесть у Низами.Сидит Бахрам. В руке сжимает кружку,Другой ласкает грудь подружки.И в чём здесь кайф? Мне непонятно,И телке той, наверно, неприятно.А я две кружки в двух руках держу.К устам то ту, то эту подношу.В нирване плаваю, сияю, словно страз.Испытываю подлинный оргазм.Так объясните мне хотя бы:На кой мне бабы?
Луна
Вначале это серп, сверкающий, как сабля —Деталь восточного ансамбля.Как будто кто —то открывает люкТам, в вышине, сдвигая крышку.Ещё чуток, и – полный круг,