Чтение онлайн

–  И на том спасибо, - равнодушно сказала Диана, взяла со столика еженедельник, написала в нем что-то, вырвала листок и передала его следователю.

–  Что это?
– спросил Артем, заглядывая в листок.

–  Это телефон моего адвоката. Позвоните ему, если у вас вдруг возникнет желание вновь обвинить меня в убийстве Нины Вартанян, - холодно улыбнулась Диана и вышла из гостиной, крикнув горничной, чтобы та проводила гостя.

«Вот стерва!
– подумал Артем Босяк, усаживаясь в свой «жигуль».
– Как легко отмазалась и как легко поставила меня на место! Умная девочка, хочется верить, что она говорила правду. И в то же время руки так и чешутся сорвать с ее лица надменность и заставить рыдать, умолять, просить…»

–  Это я, кажется, загнул, - улыбнулся сам себе Артем и выехал за ворота коттеджного поселка.

Осень. 1984 год. Москва.

Квартира была пустой и неуютной без нее. Он сидел в кресле и тупо смотрел на диван: в уголке, скомканный и одинокий, лежал шерстяной плед, рядом - томик ее любимых стихов, заложенный в середине старой новогодней открыткой. Он не выносил, когда ее не было рядом. Стрелка часов неумолимо клонилась к десяти, на улице уже было темно, а она все не возвращалась домой. Куда она могла пойти в чужой, негостеприимной Москве? Где она могла задержаться?

На лестничной клетке охнул лифт, сообщив, что прибыл на его этаж. Эхом отозвались легкие шаги. Это пришла она. Не успел еще в замке скрипнуть ключ, а он уже выскочил в коридор.

–  Где ты была?!
– взволнованно спросил он, оглядывая ее с ног до головы, будто удостоверяясь, что с ней все в порядке.
– Я с ума схожу! Где ты была?

–  Я гуляла, - сообщила она и загадочно улыбнулась своей очаровательной, неповторимой улыбкой - его раздражение вмиг исчезло.
– Смотри, я собрала букет из осенних листьев. Видишь, какие они красивые! В парке сейчас так уютно. Пахнет костром. Знаешь, мне вдруг показалось, что я дома. Я легла на кучку прелых листьев и долго смотрела на небо. Небо… Сегодня оно было в точности, как в Англии. А изо рта у меня шел пар, и я думала, думала, думала… Потом ко мне подбежала собака и лизнула меня в щеку. Я так испугалась…

–  Замерзла?
– нежно спросил он, взял из ее прохладных рук букет, положил на зеркало в прихожей и помог ей снять легкую болоньевую курточку.

–  Немного, - сказала Джулия, сняла ботинки и, подхватив свои листья, устремилась на кухню.

–  Я сделаю тебе чай, - засуетился он у плиты.

–  Не нужно. Сядь, Володя, мне надо с тобой поговорить, - тихо сказала Джулия, расправляя в вазе листья.

–  О чем?
– насторожился он, сел и внимательно посмотрел на ее до боли знакомое, родное и любимое лицо.

–  Я была у врача, - сказала Джулия и замолчала, опустив глаза.

У него вдруг похолодело все внутри, горло сдавило, во рту появился странный металлический привкус. Она была у врача. Она очень бледна. С утра она отказалась от завтрака. Вчера у нее кружилась голова. Что случилось? Почему у нее такое странное выражение лица? Почему она отводит глаза? Она больна! Больна чем-то ужасным и неизлечимым!

–  У меня будет ребенок, - прошептала Джулия и присела рядом с ним.

–  Ты уверена?
– тупо спросил он.

–  Да. Я же сказала, что была у врача, - ответила девушка.

–  Когда?
– пытаясь прийти в себя, спросил он.

–  Сегодня, - ответила Джулия.

–  Я хотел спросить, когда у нас будет… Я хотел сказать, что очень… Боже мой, как я люблю тебя!
– Он подскочил к ней, встал на колени и уткнулся лицом в ее потертые джинсы.
– Милая моя, родная моя, как же я жил все это время без тебя? Пообещай, что никогда не оставишь меня одного. Пообещай, что всегда будешь рядом!

–  Обещаю, - ласково пролепетала Джулия и поцеловала его в макушку.

Он подхватил ее на руки и перенес в спальню. Сейчас он был особенно нежен с ней, будто она была фарфоровой статуэткой и могла разбиться в любой момент. Он целовал ее пальчики, ее нежные плечи, шептал ей ласковые слова, с восхищением разглядывал ее плоский животик и по-детски радовался, что теперь там, внутри ее, живет маленькое чудо, объединяющее их вместе навечно.

–  Знаешь, мне хочется, чтобы родилась девочка, - мечтательно сказал Володя и откинулся на подушку.

–  Почему девочка?
– удивленно спросила Джулия.

–  Во-первых, хочу, чтобы по дому носилась еще одна ты, только маленькая. А во-вторых, у Пашки с Леной - сын, он подрастет и будет знатным женихом для нашей дочки. Здорово я придумал?

–  Да, - задумчиво сказала Джулия.
– Только…

–  Что - только?
– настороженно переспросил он и заглянул в ее глаза.

–  Нет, ничего, - торопливо ответила она и отвернулась от него к стене. Сегодня она промолчит и не будет расстраивать его. Сегодня он слишком счастлив. Она скажет ему завтра, или послезавтра, или через месяц, но обязательно скажет, что не может больше жить в этой стране, что хочет вернуться в Англию, и он обязан поехать туда с ней - ради будущего их малыша.

Визит наглого следователя вывел Диану из себя. До самого вечера она слонялась по дому, как привидение, пытаясь найти себе хоть какое-нибудь занятие, чтобы успокоиться. Ей очень хотелось поговорить с Верочкой и обсудить с ней последние события, но она так и не решилась заглянуть к ней. Если уж Вера отказалась от обеда, то ей определенно было не до мелких проблем Дианы. А кровь кипела и бурлила, раздражение нарастало, требуя немедленной разрядки.

–  Что бы такого сделать плохого, - миленьким голоском пропела Диана, легко взлетела по лестнице на второй этаж, держа в руках чайник с водой, и без стука вошла в комнату Павла Сергеевича Зорина. Обильно оросив спящего супруга холодной водичкой и высказав все, что она о нем думает, Диана вернулась в гостиную довольная и удовлетворенная - и нос к носу столкнулась с частным детективом.

–  Роман Петрович, что с вами?!
– изумленно воскликнула она, оглядывая детектива, который только что вернулся с задания.

–  Издержки профессии, - крякнул тот и виновато опустил глаза.

–  Что случилось? У вас под вторым глазом тоже синяк! Кто вас так?

–  Да идите вы все в жопу!
– неожиданно крикнул детектив, сел на ковер в гостиной и заплакал. Диана застыла на месте с открытым ртом.
– Говорила мне мама идти на бухгалтера учиться, нет же - не послушался, на юрфак поступил! Хотел адвокатом стать - не вышло, следователем - тоже. Ничего у меня в жизни не складывается! Все меня бьют! Все меня обижают! И Вера тоже! Я же тогда как лучше хотел, - плакал толстенький детектив, размазывая слезы по щекам.